Судьба ОПЕК – в чужих руках

Автопортрет на фоне колокольни Св. Стефана, Вена, 6 мая 2017 г.Парадоксально, но факт:  предсказуемые решения венской встречи ОПЕК оказались для нефтегазовой отрасли менее важными, чем итоги двух саммитов, не имевших прямого отношения к углеводородному ТЭК. В самом деле, что нового и резонансно-прорывного увидели мы в заранее предрешенных договоренностях ОПЕК и аутсайдеров во главе с РФ? То, что члены картеля будут еще 9 месяцев добывать не более 32,5 млн баррелей в сутки, а Россия — не более 10,9 млн,  можно было предвидеть. А вот то, что, вопреки другим членам «семерки» и даже своей дочери Иванке, Дональд Трамп предупредил о скором выходе Вашингтона из Парижского экологического протокола и — в итоге — о снятии последних барьеров на пути сланцевой революции, нефтепереработки и топливной энергетики в США, — это действительно мощный удар по ОПЕК и ее планам. Штучка, как говаривал один генсек, «посильнее «Фауста» Гете». 

shutterstock_543596524Цель атаки — Тегеран

Новостью номер один стало еще и то, что новичку глобальной политики удалось-таки нейтрализовать, после острых дебатов второго дня в Таормине, ажиотаж союзников по поводу пресловутой «российской угрозы Европе». Сдвинуть, иными словами, этот пункт на второй план.

На передний же план поставлена задача удушения нефтегазоносного, но не устраивающего Запад Ирана. Название этого курса Североатлантического альянса и «семерки» звучит, правда, безобидно. Это якобы подъем уровня борьбы с терроризмом. Что ж, на фоне срочного возвращения Терезы Мэй домой в ожидании возможных (не дай-то Бог) последствий манчестерского взрыва, многое в этом смысле выглядит обоснованно. Англо-американский тандем в выборе антитеррористического приоритета сработал четко. Что же касается спора между британским премьером и Трампом о досадном сливе американской стороной в прессу снимков о расследовании, то он не важен.

Continue reading

Национальный эгоизм и экспортные противоречия помогут рыночной стабильности

Павел Богомолов
Павел Богомолов

На смену иллюзиям глобализации и якобы возможной (на закате монополярного мира) гармонии интересов, на рынок углеводородов, вместе с сырьевым национализмом Дональда Трампа, ворвутся в 2017-м свежие ветры совершенно открытых нефтеэкспортных споров и даже конфликтов. Об этом «Нефтянка» уже писала в одном из своих недавних обозрений.

Цены, однако, останутся пока вполне приемлемыми

Диалектика, впрочем, такова, что жить и работать при таком откровенном раскладе всем нам будет проще. Проще, чем еще вчера – на фоне недосказанности и фальши бесконечных уговоров и согласований, да еще и в условиях беспрецедентно затянувшейся полосы низких цен. 

Это потому, что в ответ на каждый всплеск ресурсного национализма — где бы то ни было — непременно прозвучит встречный контрвызов коллективного характера, причем не замаскированный, а громко и жестко артикулируемый. И вот парадокс: в итоге рынок жидких углеводородов окажется в целом более прибыльным и стабильным, чем в эпоху дипломатического тумана, не подкрепленных практикой призывов и демагогии. 

С одной стороны, не исключено, что Саудовская Аравия, этот ведущий в мире нефтеэкспортер, первой же не выдержит режима ограничений добычи, согласованного в Вене с партнерами по ОПЕК, Россией и десятью другими государствами. Такого нежелательного поворота не исключает вице-президент Wood Mackenzie Ltd Алан Гелдер. И ведь действительно: будучи амбициозной державой не только с крупными социальными обязательствами перед собственным населением, но и с зарубежными издержками далеко не мирного характера от Йемена до Сирии, «королевство пустынь» может и впрямь не справиться с параметрами снижения производства. Но ничего страшного и тем более фатального, уверяю вас, не произойдет.

Continue reading

Взять энергию Земли

Павел Богомолов
Павел Богомолов

Лима, что в переводе на русский означает «лайм», явно добавила цитрусовой остроты к дипломатическим коктейлям, поданным мировым лидерам на исходе 2016-го. Шанс внести терпкий, то есть гораздо более пряный, чем обычно, привкус в ароматно-политизированные смеси глобальных проблем умело использовала делегация России, побывавшая в столице Перу.

К региональным альянсам, но не замкнутым, а открытым

Почти все, что Владимир Путин говорил и на своей итоговой пресс-конференции, и в ходе двусторонних встреч, и в кулуарах саммита АТЭС, имело прямое либо хотя бы косвенное отношение к энергетике. Прежде всего, он авторитетно подтвердил готовность Москвы сдержать свое обещание и проявить солидарность с ОПЕК на ее венском форуме  в конце этого месяца.

Там, в австрийской столице, РФ по сути возглавит группу приглашенных на сессию добывающих стран, которые не входят в состав нефтеэкспортного картеля. Для нас сдержать обещание — значит не только присутствовать в качестве приглашенной стороны на официально заседании нефтеэкспортного картеля 30 ноября, но и поучаствовать в неформально-подготовительном, причем расширенном, мероприятии этого альянса двумя днями раньше.

Ограничить на месяцы объем добычи нефти в России — это, согласитесь, немало. А уж когда мы вдруг слышим, будто Москва рискует разочаровать ядро ОПЕК своим узким пониманием формулы «ограничение» и неготовностью пойти дальше, то есть сократить производство, то такая критика, извините, от лукавого. Разница между словом «лимитировать» и словом «уменьшить» хорошо известна и общепринята во всех мировых языках. Кстати, биржи все поняли правильно. Они мгновенно и, конечно, позитивно отреагировали на заявление нашего президента, заметно подняв цены жидких углеводородов сразу же, не дожидаясь дебатов на Дунае.

Continue reading

Американская энергетическая революция и мировые рынки

stop1

6 октября 2016 г. в Московской школе экономики МГУ в рамках семинара по экономике энергетики и окружающей среды сделали доклады друзья «Нефтянки», члены группы «Российский нефтегаз» в Facebook – Николай Александрович Иванов, заведующий сектором «Энергетические рынки» и Екатерина Орлова, старший эксперт энергетического департамента Фонда «Институт энергетики и финансов». Тема сообщений – американская сланцевая революция и ее влияние на мировые энергетические рынки.
Continue reading

Тонкая красная линия

Oil-chess-01

В результате переговоров в Катаре Россия, Саудовская Аравия, Венесуэла и Катар договорились заморозить добычу нефти на уровнях по состоянию на 11 января 2016 г. Правда, только в том случае, если их поддержат остальные производители. Идея принадлежит министру нефтяной промышленности Венесуэлы Эулохио дель Пино, который предложил сохранить добычу на достигнутом уровне, что позволит спросу догнать предложение. ОПЕК надеется на рост спроса в феврале на 1,25 млн баррелей до 94,21 млн баррелей в сутки. По сравнению с июньским пиком прошлого года картель уже сократил добычу на 400 тыс. баррелей в сутки, только за декабрь снижение составило 210 тыс. баррелей в сутки.

В свою очередь, ОПЕК заявляет о готовности сотрудничать с другими странами по сокращению объемов добычи нефти с целью стабилизации мирового рынка. По словам министра энергетики ОАЭ аль Мазруи, из-за снижения уровня инвестиций производство углеводородов неизбежно будет падать, а цены должны вырасти, поэтому он с оптимизмом смотрит на дальнейшее развитие ситуации на рынке. На наших глазах разворачивается глобальная партия в шахматы, где на доске определяется будущее лидеров нефтегазового бизнеса с их дорогостоящими проектами, а также темпы разработки сланцевых запасов и динамика роста возобновляемой энергетики.  

В одной из последних публикаций, посвященных нефтяному рынку, Financial Times поставила под сомнение дальнейшие перспективы существующей бизнес-модели мэйджеров. На фоне существенного сокращения доходов BP, Chevron, Exxon балансируют на тонкой грани, определяющей дальнейшее развитие отрасли: инвестировать ли в добычу или выплачивать максимальные дивиденды своим акционерам пока это еще возможно.

Падение доходов крупнейших мировых нефтегазовых компаний
Падение доходов крупнейших мировых нефтегазовых компаний

По данным Morgan Stanley, в этом году может быть принято решение о реализации по всему миру лишь 9 из более чем 230 проектов, ожидающих принятия инвестиционного решения. Среди них вторая фаза глубоководного проекта Mad Dog в Мексиканском заливе (оператор BP) стоимостью в 10 млрд долларов, а также планы Eni по разработке недавно открытых и многообещающих запасов газового месторождения Zohr на средиземноморском шельфе Египта. На общем фоне выделяется французская Total, заявившая, что не будет в этом году принимать решения ни по одному добывающему проекту. На сегодняшний день заморожено порядка 400 млрд долларов инвестиций в нефтегазовые проекты. Continue reading