Вывод из эксплуатации проектов в Северном море: перспективы

Офшорная платформа Andrew, принадлежащая компании BP, Северное море. (BP plc)
Офшорная платформа Andrew, принадлежащая компании BP, Северное море. (BP plc)

Крупные изменения в регуляторной политике и старение активов всё больше затрагивают работающие в Соединенном королевстве нефтяные и газовые компании. В интервью с Interfax Natural Gas Daily глава энергетического направления юридической фирмы Dentons Кристофер Макги-Осборн обсуждает последний отчет компании, озаглавленный «Радикальные перемены в мировой энергетической отрасли: акцент на Европе», а также рассказывает о том, как правильно структурировать договоренности, чтобы справиться с расходами на снятие с эксплуатации и открыть возможности для новых проектов в Северном море.

Interfax Natural Gas Daily: Насколько новые процессы регулирования смогут улучшить перспективы энергетической отрасли?

Кристофер Макги-Осборн: Стратегия британского правительства, направленная на максимальное ускорение восстановления экономики, довольно сильно меняет положение дел. Она обязует каждого лицензиата задуматься не только над привычными вопросами, вроде своей собственной рентабельности и эффективной разработки своих ресурсов, но и над проблемами эффективности всего бассейна и связанной с ним инфраструктуры.

Это ведет к сотрудничеству компаний, которые трудно было заподозрить в этом раньше. Вот это большое изменение в регуляторной политике. И, по сути, Администрация по нефти и газу действует и будет вынуждена и дальше действовать как сваха, чтобы свести этих людей вместе.

Кристофер Макги-Осборн (Dentons)
Кристофер Макги-Осборн (Dentons)

INGD: Как именно компании формируют и структурируют эти партнерские отношения?

КМО: Как они структурируются — это вопрос на миллиард. Можно использовать любую структуру совместного предприятия. Администрация по нефти и газу могла бы, например, выступить посредником по ряду сложных соглашений о совместной эксплуатации [для совместной разработки месторождений] или договориться о продаже или обмене активами, чтобы помочь людям получить экономическую выгоду — но в данный момент они этого не делают.

INGD: Расходы на вывод из эксплуатации могут обескураживать, и вы упоминаете, что победители еще не определены, и что ими необязательно станут крупные международные нефтяные компании. Почему так?

КМО: На вывод из эксплуатации необходимо потратить много денег. Крупные нефтяные компании традиционно сосредоточены на строительстве и управлении инфраструктурой, а не на её разборе. Нигде в мире им еще не приходилось задуматься, как им, возможно, придется задуматься здесь, о том, что происходит, когда добыча прекращается.

Международные нефтяные компании наверняка будут сосредоточены на том, чтобы взять под контроль неожиданные перерасходы и обязательства, и гораздо меньше будут инетерсоваться тем, чтобы добыть последние баррели на месторождениях. Они будут озабочены расходами на вывод из эксплуатации и своими обязательствами, и это будет значить для них больше, чем последние возможные доходы от добычи.

Это означает, что инвесторы или компании, которые могут предложить другой подход — в рамках которого они заинтересованы в достаточно небольших прибылях от оставшихся запасов, но также предлагают свои услуги [по выводу из эксплуатации] — смогут прийти и заработать денег.

INGD: Что может помочь этим маленьким компаниям выйти на рынок?

КМО: Вот уже, как минимум, десять лет идут разговоры об услугах по выводу из эксплуатации, оказываемых при поддержке страховых компаний. Небольшие игроки могут появиться при поддержке некого страхового продукта, которые решает потенциальную проблему, когда затраты на вывод из эксплуатации превышают способность игрока понести их, что приводит к его банкротству — и все эти неожиданные расходы достаются крупным компаниям. Если появится какой-нибудь страховой продукт, хотя бы частично покрывающий эти расходы, это будет означать, что крупные производители смогут лучшим образом смягчать свои остаточные риски, а у мелких игроков появится возможность выйти на рынок.

Еще одна идея состоит в том, чтобы собрать несколько проектов по выводу из эксплуатации вместе, чтобы мелкие игроки могли инвестировать на синдицированной основе вместо того, чтобы рисковать поодиночке. Т.е. вы собираете вместе несколько объектов, которые необходимо вывести из эксплуатации, и это приводит к появлению более крупного комплекса работ, в отношении которого люди могут по-другому смотреть рассматривать риски. Риск перерасхода средств на одном проекте может быть довольно высок, но при работе с портфолио проектов возможен как перерасход по некоторым направлениям, так и недоиспользование средств по другим.

INGD: Сможет ли новый страховой продукт помочь продаже активов мелким компаниям, или же с расходами на вывод из эксплуатации столько неясности, что компаниям в любом случае будет нужен страховой продукт, чтобы справиться с ней?

КМО: И то, и другое. Если у вас сравнительно небольшой финансовый баланс, но вы думаете, что справитесь с работами по выводу из эксплуатации, и вам интересна эта задача, то вы приобретаете актив, получаете прибыль с оставшихся запасов, а затем используете её для финансирования работ.

Но в рамках договора между вами и крупной нефтяной компанией, у которой вы покупаете актив, можно договориться о финансировании страхового продукта, и тогда страховая компания возьмет на себя часть перерасходов. Это один из вариантов того, как могут быть организованы подобные соглашения.

INGD: Есть ли какой-то прогресс в подписании подобных договоров?

КМО: Разговоров было много. Я думаю, что сегодня, когда необходимость в выводе из эксплуатации становится более безотлагательной из-за упавших цен на нефть, которые лишают экономических обоснований продолжение добычи, подобные разговоры имеют все шансы стать более плодотворными.

Annemarie Botzki

interfax-2