Пора больших решений

Павел Богомолов
Павел Богомолов

Пока министр энергетики РФ Александр Новак летел в Доху, многим обозревателям визит представлялся вполне обычным. Мол, львиную долю в графике Новака займет то мероприятие, ради которого прибыли в «энергетический эмират» профильные министры государств, добывающих 67% газа в мире. Речь идет о давно уже намечавшейся на 17-18 ноября встрече в рамках Форума стран-экспортеров газа (ФСЭГ).

Как бы не пришлось сокращать нефтедобычу,  а не просто замораживать ее

Но едва шасси прибывшего из России чартера коснулось горячего бетона в Дохе, из Америки пришло ошеломляющее сообщение, сразу переместившее тематический эпицентр многосторонней дискуссии в несколько иную плоскость. На западе Техаса открыто гигантское нефтяное месторождение с объемом выявленных запасов около 20 млрд баррелей.

Как тут же напомнили западные эксперты, открытие крупнейших в СССР залежей жидких углеводородов в объеме 19 млрд баррелей в 1965 году на Самотлоре помогло продлить историю СССР лет на двадцать. Иначе наша многострадальная экономика забуксовала бы без нефтеэкспортных доходов задолго до перестройки. Итак, вы теперь можете себе представить, что такое добавка в два десятка миллиардов «бочек», да еще 16 триллионов кубических футов газа, даже для такой огромной экономики, как американская.

shutterstock_424006372Министр природных ресурсов и экологии РФ Сергей Донской отмахнулся от сенсационной вести, назвав ее проявлением лукавства. Мол,  можно ли говорить о компактно-концентрированном месторождении, если речь идет о ресурсной базе региона?! Скепсис явный, но не очень-то убедительный. Во-первых, дело пахнет все же месторождением — конкретным и геологически обоснованном. А во-вторых, разве сейчас дело в научных дефинициях? Дело-то ведь совсем в другом. Сотни мозговых трестов, в том числе российских, еще вчера гадали: подтвердит ли приближение президентства Дональда Трампа возврат Америки к классической философии республиканцев — базировать развитие сверхдержавы на нефти и мощной, не сдерживаемой экологами энергетике в целом? И теперь мы воочию видим: так оно и есть!

Новые ресурсы Техаса выльются на рынок не завтра. Но психологически они уже работают на нервное ожидание переполненности и Европы, и Китая дешевой нефтью. Так стоит ли удивляться тому, что газовая повестка Дохи сдвинулась в сторону гораздо более предметной, чем думалось еще недавно, подготовки к историческому заседанию, планируемому в столице Австрии на 30 ноября? Нет, никто не умаляет значения диалогов по газу, проведенных Новаком с коллегами из Боливии, да и самого Катара. Но на передний план вышли беседы с членами ОПЕК именно о нефти.

А ведь еще недавно российский обыватель скептически поговаривал, что весь этот диалог — не что иное, как проедание государственных средств. Но вот хорошо информированная пресс-служба Bloomberg сообщила на этой неделе, что уже сами переговоры Москвы с ОПЕК об ограничении добычи принесли в бюджет РФ свыше 400 млрд рублей или 6 млрд долларов. Это объясняется тем, что контакты с картелем способствовали росту цен на нефть, а ее добыча была тем временем увеличена. Что правда, то правда. Недаром рейтинговое агентство Fitch отмечает, что антироссийские секторальные санкции пока не оказали существенного влияния на нефтяной сектор РФ. Действительно, в октябре добыча в стране составляла 11,2 млн баррелей в сутки — это рекорд для современной России.

Особое место в катарской повестке Новака заняла встреча в саудовским министром энергетики Халидом аль-Фалехом. Видимо, удалось обсудить общие параметры заморозки, которая будет предложена членам картеля в Вене. Но лишь Богу известно, коснулись ли Новак и Халид аль-Фалех еще одного тезиса, не принятого ранее Россией. Не зашла ли речь об отклоненной Москвой возможности крайних мер по снижению добычи? То есть по сокращениям пусть малым и даже обреченным на те или иные нарушения недисциплинированными партнерами по ОПЕК, но все же способным стать ощутимыми впервые. Да, над горизонтом вновь забрезжило нежелательное для многих, но кажущееся теперь спасительным снижение добычи в рядах ОПЕК на целых 4%. Хотя, конечно, убедиться в этом еще только предстоит.

Момент больших решений приближается.

Правительственный кризис в Москве? Непохоже!

Россия, как известно, — страна политического плюрализма, системной и несистемной оппозиции. У нас в каком-нибудь газетном киоске вмиг увидишь на первых полосах более широкий «разброс» партийных и внепартийных  мнений, чем в библиотеках по всей Америке. Об утрате доверия президента к экс-министру экономразвития Алексею Улюкаеву  отозвались все — от неолиберальных «Ведомостей» до патриотического «Завтра», от правительственной «Российской газеты» до не менее лояльной своему Центральному Комитету «Правды».  

Много цитат из иностранных СМИ. Вот, к примеру, отклики из Лондона. Так, Би-Би-Си ссылается на шок тех московских «инсайдеров», которые  единодушно настаивают: «Леша — не про то», и «не настолько глуп», чтобы брать взятку». Та же Би-Би-Си предполагает в другом материале: случившееся могло стать «драматичной формой мести» Улюкаеву за его отпор спорным подходам к приватизации с использованием государственных фондов. Мол, задержание — «более эффективная форма расплаты» с опальным министром, «чем просто его увольнение». «Другие видят в происшедшем символичный удар по либеральному лагерю в правительстве». Эту же линию продолжает Guardian. Она считает, что речь идет о «части обычно скрытой борьбы между кремлевскими группами, которая может вылиться наружу». Times приводит версию Григория Явлинского о том, что соперники Улюкаева недовольны недавним докладом минэкономразвития, в котором сказано, что экономика РФ будет находиться в состоянии стагнации на протяжении еще 20 лет.

 Однако глубже других «копает» Дмитрий Дризе со страниц московского «Коммерсанта». Он пишет, что эпизод с задержанием имеет признаки не только схватки элит, но и правительственного кризиса, хотя до кризиса политического пока еще не дотягивает. В словах Дризе много рационального, особенно когда он говорит о том же, что беспокоит и наш сайт, — о тяжелом эффекте событий на возобновление диалога с зарубежными инвесторами.

Правда, и преувеличивать это все же не надо. Так, министр экономики Японии Хиросигэ Сэко, общавшийся с Улюкаевым в Москве в начале ноября и обсудивший с ним 30 проектов для презентации к двустороннему саммиту в декабре, теперь вежливо заверяет, что задержание министра (давно уже находившегося в оперативной разработке) не повлияет на совместные планы. Об этом же говорит и официальный представитель МИД РФ Мария Захарова. И все-таки давайте ответим прямо: каково сегодня иностранцу настраиваться на вхождение, да еще в атмосфере санкций, на российский рынок, если его московский партнер по контактам, как пишет Дризе, в любой момент может угодить в тюрьму? С другой стороны, и какому-нибудь московскому чиновнику тоже страшновато проявлять активность — уж лучше обождать!

Ох, не на пользу все это экономике РФ. Недаром СКР спешит успокоить общественное мнение, заверяя, что в деле о двухмиллионной взятке — всего лишь один фигурант. А Игорь Шувалов прибыл по поручению премьера в Минэкономразвития — развеять тревоги в коллективе. Чиновников призвали трудиться в обычном режиме с высокой отдачей и профессионализмом на всей полуторагодовой полосе, остающейся в календаре до президентских выборов в мае 2018 года. Это, кстати, и успокаивает, и немного тревожит: неужто правы злые языки, говорящие, будто поддержанная народными массами борьба с лихоимством как раз и составит, вместо сущностной полемики о стратегии развития страны, сердцевину предстоящей (или, быть может, уже начавшейся на дальних подступах) избирательной кампании?

Все это любопытно, но в главном сторонники столь парадоксального взгляда на события все же ошибаются. Никакого политического кризиса в России нет. Если бы он был, то появились бы симптомы перемен во внешней, оборонной, социальной, культурной и, конечно, экономической политике. Или симптомы приближения таких перемен. А их нет. Что, например, четко прослеживается в неизменном векторе освоения энергоресурсов Арктики.

shutterstock_343395791Да, напрасно называли Север крайним     

У Егора Гайдара, Михаила Ходорковского и других реформаторов был — в подходе к этому вопросу — свой резон: выкачивать сырье агрессивно и как можно дешевле, кончать с градостроительной гигантоманией эпохи СССР в Заполярье и отказаться от наращивания проживающих там сегментов трудоустроенного населения России. А для разработки нефти и газа — пользоваться исключительно вахтовым, челночным методом.

В двухтысячных эта линия была свернута. Отраслевой поход на Крайний Север, все ближе и ближе к маршруту Севморпути, возобновился с новой силой. И никто не стесняется не только неизбежных «времянок», но и гранитных фасадов и мраморных подъездов среди тундры. Наши северяне заслужили эту рукотворную красоту не меньше, чем жители городов Аляски.

Вы уже целый город построили, — одобрительно обратился президент РФ к председателю правления компании НОВАТЭК Леониду Михельсону в ходе состоявшейся на днях беседы.

Михельсон проинформировал главу государства о том большом плюсе, который дали в 2016-м инвестиционные проекты на Ямале. Так, прибавка по жидким углеводородам получается более 30%. Приняв еще в 2012 году свое  инвестиционное решение, НОВАТЭК и «Сибур» осваивают 27 млрд долл. «Сегодня общий прогресс, — сказал инициатор этого проекта, — где-то 68%. Прогресс по первой линии — порядка 85%. Плановый ввод этой линии — в конце 2017 года. Сегодня в Сабетте (круглогодичный порт для вывоза СПГ) работают уже более 22 тыс. человек — столько создано рабочих мест. Общий объем заказов по России оценивается где-то в 580 млрд рублей. Работают порядка 650 предприятий. Создано… где-то 60 тыс. рабочих мест».

Вот как идут дела на Ямале, где на сегодня получены и осваиваются все инвестиции. 13 млрд долл дали акционеры, от российских банков получено порядка 4 млрд эквивалента, 12 млрд долл вложили инвесторы из КНР. Через год президента пригласят на заливку первого танкера. В память о трагически погибшем во Внуковском аэропорту главе французской корпорации Total судно названо «Кристоф де Маржери». Нефтеналивной гигант уже проходит ходовые испытания. И это — явно ко времени, тем более что законтрактован практически весь объем будущих поставок СПГ из Сабетты — 96%.

И последнее — приняты решения по строительству — силами «Сибура» — Тобольского комбината «ЗапСибНефтехим» — крупнейшего в Европе производителя сжиженного этилена и пропилена. Стоимость создания предприятия — 9,5 млрд долл.

shutterstock_109755791Прогнозируя разворот Трампа к ТЭК, мы были правы

Как и отмечалось в первом разделе нашего обозрения, Дональд Трамп намерен — в хорошем смысле слова — обслуживать интересы нефтянки. Следуя заветам республиканских президентов, правивших до него, он делает все возможное для нефтегазового сектора Соединенных Штатов.

В русле ожидаемой корректировки подхода новой администрации США к энергетике будет много интересного. «Речь может идти как о форсировании развития внутренней добычи и инфраструктуры в сфере ТЭК, так и о более благоприятном изменении режима работы американских компаний за периметром, особенно в России». Об этом подробно пишет на страницах «Известий» руководитель аналитического управления в Фонде национальной энергетической безопасности РФ Александр Пасечник. Но об этом же, отметим без ложной скромности, писали и мы в прошлую пятницу.

При Бараке Обаме защитники окружающей среды с помощью индейских племен нагромоздили на пути развития ТЭК в США немало барьеров. Так, они парализовали строительство трубопровода Dacota Access, призванного подавать «черное золото» на НПЗ Иллинойса. Упрямый оператор  — Energy Transfer Partners, так и не свернувший этот проект вопреки антирыночному прессу демократов, возлагает теперь надежды на тяготение Трампа и его лагеря к «энергетическому реализму».

Обамой было заблокировано и создание нефтепровода Keystone XL, предназначенного для транспортировки канадской нефти с песков Альберты до НПЗ на Мексиканском заливе. Если нобелевский лауреат, покидающий зимой Белый дом, надеялся, что американцы верят в первичность запретов местных властей низового уровня на прокладку этой артерии в ряде штатов, а президент, мол, ни при чем, то он ошибся. Прокладку большой трубы через континент тормозили в основном федеральные власти, сроднившиеся с лобби влиятельных экологов. А теперь, наоборот, высоки шансы на получение позитивных резолюций от кабинета прагматиков, формируемого Трампом.

Чрезмерное и в чем-то даже болезненное увлечение Обамы и его команды возобновляемыми энергоисточниками, да и в целом «зеленой энергетикой», не прошло серьезного экзамена. Теперь, видимо, оно останется в прошлом.  Да-да, отныне капитал неизбежно будет перетекать из альтернативного ТЭК в сланцы. А это, в свою очередь, расширит сырьевую нишу Соединенных Штатов на глобальном рынке. Иными словами, подчеркивают «Известия», места в Америке «хватит и внутренним нефтедобытчикам, и традиционным ближневосточным». Хотя последним, вероятно, придется потесниться.

Нефтеимпорт в США станет меньше, а инвестиций в Россию — все-таки больше

Как дают понять те же «Известия», важнейший предвыборный тезис вошедшего в большую политику Трампа о необходимости изменить концепцию закупок ближневосточной нефти (в Саудовской Аравии, Ираке и Иране) готовится, по всей видимости, к реализации. 

Планы республиканского истеблишмента «замещать внешние поставки углеводородов за счет программ стимулирования роста национального потенциала добычи привели к переосмыслению глобальных инвестиционных стратегий на биржах. Это, — пишет Пасечник, — отражают данные торговых сетей — с 9 ноября фондовые индексы ряда ближневосточных стран потеряли до 1,5-2,5%». Возможны — добавлю от себя — и такие перемены во внешней политике США, которые помогут возрождению духа и буквы документа об энергобезопасности, принятого на Петербургском саммите G8 в 2006 году.

Оздоровление приоритетов сможет приблизить США к курсу глобального энергетического сотрудничества при равном учете интересов как транзитеров и потребителей, так и производителей углеводородов. Как ни странно, в этом логичном формате топливное взаимодействие развивалось в Европе и мире даже в эпоху «холодной войны» и конфронтации общественных систем. Континентальные экспортные потоки сырья в ту беспокойную пору крайне редко становились заложниками чьих-то политических капризов и зигзагов.

Вот и в предстоящие годы, справедливо продолжает Пасечник, ExxonMobil могла бы восстановить полновесный диалог с «Роснефтью» в зоне Арктики. «От Трампа многие эксперты ждут послаблений секторальных санкций против РФ вплоть до полной отмены. По крайней мере, банк Morgan Stanley оценил в 35% вероятность снятия американских санкций против Москвы в следующие два года после избрания Трампа президентом США… И это не может не обнадеживать нефтедобывающую индустрию».

Новую эпоху в энергодиалоге между Москвой и Вашингтоном предвидят не только российские СМИ. Далеко идущие выводы о вероятном ренессансе топливно-сырьевого сотрудничества делают и западные издания, телеканалы. А в тех случаях, когда предпринимаются попытки реанимировать, вопреки планам Трампа, жесткие подходы к нефтегазовой сфере, то выглядят они все более нелогично и даже дико. Так, на фоне яростных сожжений флага США греческими демонстрантами-радикалами в дни визита Обамы в Афины, гость посоветовал премьеру Алексису Ципрасу не рассчитывать на ТЭК России, а готовиться к поставкам газа с новых, только что открытых и пока не обустроенных месторождений в Восточном Средиземноморье. Позвольте же спросить: чем вы порекомендуете грекам отапливать свою страну сегодня?

Или еще пример. Совет глав МИД стран ЕС призвал из Брюсселя к тесным связям в сфере газа и электроэнергии со странами Восточного партнерства. В общем, сотрудничать в углеводородном блоке надо не с Россией, а с Грузией,  Азербайджаном, Арменией, Молдавией, Украиной и Белоруссией. Заметьте: Минск и Ереван, давно уже вступив в Евразийский Союз, ориентируются в области ТЭК на общую нефтегазовую стратегию ЕАЭС. Молдавия, избрав своим лидером сторонника сближения с Россией Игоря Додона, тоже надеется на спасительные для нее энергопоставки с востока. Грузия гадает: сколько «голубого топлива» взять у Азербайджана (с уже признанным в Баку спадом нефте- и газодобычи), и сколько из РФ. Что же касается Украины, то в телефонном разговоре между Путиным и Меркель 14 ноября говорилось о риске отбора транзитного газа, проданного Евросоюзу. Речь идет об отборе газа нечистым на руку Киевом, что может случиться нынешней зимой.

Вот вам и газоэлектрическое звено пресловутого Восточного партнерства, о котором так торжественно говорилось в столице ЕС. И зачем все это?!

Между тем самая едкая оценка «выборочного эмбарго» против отраслей российской экономики прозвучала на днях не в Брюсселе и не в Вашингтоне. Она была озвучена не на международных переговорах и не на «форуме для избранных». Общаясь с молодыми работниками Ярославского моторного завода в цехе, Путин со всей прямотой и, вместе с тем, простодушием дал характеристику «санкционного зуда». Эта оценка была озвучена в тот день, когда в «столице Верхней Волги» шло выездное заседание Госсовета РФ.

Когда один из одетых в синие комбинезоны участников встречи спросил, долго ли продлятся нынешние кредитно-технологические ограничения и запреты США, ЕС и их союзников против России, президент с лукавинкой парировал: «Вы что считаете: эти санкции против нас придумывают какие-то гиганты мысли?». И сразу для всех стало еще более ясным интеллектуальное убожество самой концепции «не пущать!», высмеянной когда-то на той же Верхней Волге Михаилом Салтыковым-Щедриным, на далекой Темзе — Джонатаном Свифтом, а на еще более далекой Миссисипи — Марком Твеном.

Павел Богомолов