Большая политика против «Турецкого потока»

Фото: utro.ru
Фото: utro.ru

Как заявил политолог Сергей Марков на круглом столе в «Парламентской газете», «Турецкий поток» имеет стратегическое значение, поскольку поможет России диверсифицировать маршруты экспорта газа.

«Тем не менее правительство Украины и контролирующее его правительство США делают все, чтобы сорвать Евросоюза и России в вопросах обеспечения европейских потребителей российским газом», — отметил Марков. По его мнению, «Турецкий поток» является ответом России на эти «газовые игры». Однако для того, чтобы протянуть 2-ю нитку газопровода до Европы, России требуются гарантии реализации этого проекта от ЕС. Об этом глава МИД РФ Сергей Лавров сообщил на этой неделе.

Каковы же все-таки шансы на строительство 2-й нитки газопровода?  И нужен ли «Турецкий поток» Европе?

Алексей Белогорьев, заместитель директора по энергетическому направлению Института энергетики и финансов: Сегодня Россия обеспечивает почти 60% газопотребления в Турции по «Голубому потоку» и Трансбалканскому газопроводу. Даже если полностью прекратить транзит газа через Украину по Трансбалканскому газопроводу, то за счет текущих и перспективных контрактов с Турцией мы покрываем мощности первой нитки «Турецкого потока» и треть второй нитки.

Россия и ЕС по-разному оценивают надежность поставок газа через Украину. Вся ГТС Евросоюза на целена на, чтобы получить максимальные избыточные мощности как предложения, так и транспорта газа. Тогда будет конкуренция, тогда будут низкие цены. В этом смысле все российские газотранспортные проекты должны приветствоваться Евросоюзом. Сейчас происходит ровно наоборот, хотя все понимают, что российский газ по себестоимости наиболее конкурентоспособный в Европе и останется таким в ближайшие 15 – 20 лет. Это делает Европу уязвимой, европейцы боятся энергозависимости от России. Кроме того, у ЕС, очевидно, есть некие обязательства перед Украиной по сохранению ее ГТС. А «Турецкий поток» и «Северный поток-2» фактически хоронят украинскую ГТС. Кроме того, Германия, которая является главным союзником России по «Северному потоку-2» — главный противник по «Турецкому потоку», поскольку совсем не заинтересована в реализации данного проекта.

Есть возможность реализовать эти проекты («Турецкий поток» и «Северный поток-2» — ред.) за счет 3-й газовой директивы, однако вопрос в любом случае упирается в урегулирование отношений с ЕС. И политическое давление со стороны ЕС на «Турецкий поток» будет очень большое.

Алексей Гривач, заместитель генерального директора по газовым проблемам в Фонде национальной энергетической безопасности: Политические риски в реализации 2-й нитки «Турецкого потока» действительно высоки и лежат вне юридической плоскости. Тот же «Южный поток» был закрыт исключительно политическими методами под лозунгами юридического несоответствия.

С первой ниткой потока вопросов нет. Она не только необходима, но и обеспечена всеми необходимыми атрибутами. Подписано межправительственное соглашение, готовы трубы. Когда есть одна нитка, говорить о судьбе второй гораздо проще. К 2020 году всей украинской ГТС, которая идет в направлении Европы будет 35 лет, и ее жизнеспособность подходит к концу. Трубам требуется модернизация, которая будет стоить дороже, чем продолжить новую трубу. И диалог с Евросоюзом должен выстраиваться вокруг этого вопроса.

Игорь Ковалев, декан факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ: Шансы построить 2-ю нитку газопровода достаточно велики. Главным лоббистом «Турецкого потока» будет Италия, которая крайне недовольна тем, что Германия имеет выход на два «Северных потока» и превращается в крупнейший в Европе газораспределительный хаб.  Итальянцы даже заявляли, что ни при каких условиях не будут потреблять газ, идущий из Германии по «Северным потокам».

По мнению Forbes, в проигрыше от строительства «Турецкого потока» может оказаться не только Болгария, которой придется отказаться от надежды возобновить «Южный поток», но и Иран, а также другие южные поставщики газа. Причем Россия пытается с помощью 2-й ветки трубопровода обеспечить себе некоторый переизбыток в поставках, чтобы предотвратить в дальнейшем вероятный экспорт из Азербайждана, Туркменистана и Ирана.

Кристина Кузнецова