Закрутить вентили или ослабить?

Perytskyy / Stock.adobe.com

Конец ноября — момент истинно символичный для мировой нефтянки. Очень уж долго мы надеялись на материализацию — к зиме — апрельских прогнозов ОПЕК+. Думалось так: сократив добычу силами участвующих в этом формате 23 стран на 9,7 млн баррелей в сутки, мы-де недолго пострадаем в объемах поставок и доходов, но уж затем… От сессии министерского комитета ОПЕК+ сейчас, на ноябрьско-декабрьском календарном стыке, нефтяники ждали согласия с планом мягкого роста добычи хотя бы под Новый год. Мол, спадет пандемия, пройдут выборы в США, выправится спрос и улягутся, мол, конфликтные страсти первой половины високосного года. Выходит, однако, что эксперты ошибались: лучше не стало. Пролог к квотным послаблениям, отложенный с июля на август, выдался смятым. А второго, новогоднего повода, похоже, совсем не будет. И это несмотря на жесткий контроль саудитов над обычно непослушными соседями-иракцами, пытавшимися выйти из-под лимитов. Что касается союзных картелю аутсайдеров, то свою норму чуть-чуть недовыполняла порою Россия. Но что такое 100 тыс. баррелей «не вытянутой» нами квоты, если ежесуточное снижение добычи в РФ достигло вначале целых 2,5 млн баррелей?! Кто, кроме Эр-Рияда, мог бы похвастаться такой жертвой… Впрочем, нынче причина предрешенного продления сокращений кроется не в сравнениях между странами. Она — в жестокости коронавируса. Возобновлены ограничения на поездки по ЕС, и такие же запреты грозят — со дня на день — Соединенным Штатам. Застряла в неподвижности и часть Азии. Спрос на нефть в Индии и КНР хотя и достиг уровней годовой давности, но шансы сетей НПЗ, судя по Bloomberg, становятся шаткими. А на Атлантике, пишет обозреватель Джулиан Ли, переработка и вовсе буксует на оборотах… 2000 года! Это, между прочим, плохо для двух мега-поставщиков нефти в Северную Америку и ЕС — России и Нигерии. Карантинные «обломы» — не единственные враги возрождения активности на рынке. Мешает и вливание потоков нефти оттуда, где ТЭК еще вчера дышал на ладан. Так, неделю назад в Ливии, которая примирилась «сама с собой», добывалось уже 1,145 млн баррелей. И это — по сравнению с сентябрьскими 90 тыс. баррелей! А что, если при власти Джо Байдена выйдет из-под эмбарго Иран? Что, если увеличит свой экспорт Венесуэла? Да, при этих опасениях не могут профильные министры государств ОПЕК+ рискнуть и сильно поднять производство. Старожилам Аравии шепчут отовсюду: вентили на скважинах надо будет еще какое-то время держать в зажатом состоянии. Но как долго?

Трампизм живет и побеждает: «сырьевому половодью» в США быть!

Те, кто предвидит производство «черного золота» везде, кроме Америки, готовящейся, мол, к обещанной атаке Байдена на нефть и газ, — ошибается. Расчет на то, что уже предстоящей зимой американский апстрим упадет в объемах еще ниже, чем он откатился в текущем году (т.е. с 13 до менее чем 11 млн баррелей в сутки), — призрачен. А может быть, и вовсе иллюзорен.

По прогнозу The Washington Post, новым властям США суждено (в своем модном ВИЭ-порыве) ввязаться в серию неприятностей. Грядут тяжелейшие правовые баталии в ходе прославленного разворота к былым запретам Обамы на разведку и добычу на федеральных, муниципальных землях и акваториях. Ведь ломать-то «альтернативщикам» придется не только частокол принятых при Трампе законов. Непонятно: как поступить с зависимостью огромных территорий от не менее огромных роялти по линии ТЭК? Да не будет у Белого дома денег, дабы возместить потери ряду штатов от ухода нефтянки. А среди штатов немало таких, где правят… демократы! Заметим, что в 2019-м активность ТЭК на федеральных и племенных землях, а также на шельфе, дала 11,7 млрд долл налогов! Из них 4,9 млрд осело в казне США, более 2,4 млрд поступило в пользу местного самоуправления, а остальное пошло индейским резервациям, природоохранным, консервационным фондам и т.д. 

Так что все-таки скажут о грядущем безденежье власти союзных Байдену Нью-Мексико или Колорадо с их богатыми недрами, но не столь богатыми демократическими администрациями? Да их освистает разочарованное население, голосовавшее за свержение Трампа и избрание 78-летнего «отца американской демократии». А если хитрым губернаторам захочется — ради своего же финансового выживания — спустить «священную войну» против нефти и газа на тормозах, то против изворотливых бюрократов поднимется целая армия. Двинутся колонны природоохранного лобби, молодежных активистов и этнических меньшинств, которые и привели демократов к власти своим беззаветно-уличным безумием минувшего лета и осени.

Другое дело нынешнее — уходящее правительство Трампа. Уж оно-то выполнит долг перед топливно-энергетическим, сервисным, трубопроводным и энергомашиностроительным электоратом до конца. Все, что делает в этом плане Трамп, образно именуется в политическом лексиконе как последние, отчаянные указы «за час до полуночи». Лицензии на аренду, пока не поздно, сыплются на нефтяников, газовиков из окон и дверей республиканского Белого дома. Объявив о продаже блоков в Мексиканском заливе площадью 79 млн акров, кабинет уже продал в минувшую среду 518 тыс. акров. А к 20 января, т.е. к дню инаугурации Байдена, команда Трампа берется пустить с молотка — в пользу буровиков — участки заповеднейшей доселе территории Заполярья — the Arctic National Wildlife Refuge. И так далее, и тому подобное. Фактически, как предрекает министр внутренних дел США Дэвид Бернхардт, демократы настолько глубоко и безуспешно увязнут в разгребании этого наследства, что ничего нельзя будет поделать аж до конца первого срока правления Байдена как минимум. Вот так, господа присяжные заседатели!..

…Похоже, словом, на то, что сланцевая революция, временно забуксовав и стихнув на фоне ценового спада, не умрет окончательно; и тройку ведущих нефтегазовых держав планеты Соединенные Штаты уже не покинут. Да-да, не покинут даже в течение предстоящей демократической четырехлетки. Углеводородов в Америке будет производиться по-прежнему много, хотя и при очень скромном спросе. В ОПЕК+ этого, конечно, не могут не понимать.

Да, рынок затоварен больше, чем ожидалось

«Аналитики, — подчеркивает MarketWatch, — уже заметили признаки усиливающейся напряженности в рядах… самого же формата ОПЕК+. Как и симптомы напряженности между коренными звеньями нефтяного картеля как такового и другими крупными добытчиками «черного золота».

«Bloomberg, — сказано далее в статье, — сообщает о том, что должностные лица из ОАЭ, говоря на условиях анонимности, усомнились в выгодах своего дальнейшего пребывания в альянсе. Всевозможные слухи нынешней недели сфокусировались на следующем вопросе: решит ли ОПЕК+ на своей сессии, намеченной на 30 ноября — 1 декабря, продлить действующие сокращения добычи или, наоборот, последовать (смягченному — Авт.) графику, который ослабил бы эти ограничения в январе 2021 года». «Сегодня уже кажется, что одна из ключевых стран ОПЕК+, т.е. ОАЭ, не желает далее придерживаться режима «урезания» объемов, ибо в других (регионах мира — Авт.) добыча нарастает, — отметил в обзорной записке Юджин Вайнберг, аналитик в отделе Commodities в структуре Commerzbank. — Поскольку и в России производство набирает силу, то многое теперь будет зависеть от Саудовской Аравии».

В общем, поводов для гаданий и даже страхов с каждым днем все больше. В четверг на прошлой неделе, пишет эксперт Майра П. Саефонг, впервые за 4 биржевых смены упали нефтяные фьючерсы в США. Знатоки говорят: это, мол, происходит из-за более сильного ухудшения статистики COVID-19 (вопреки появлению вакцин), а также из-за общего беспокойства касательно спроса на сырье. «На цены, — пишет г-жа Саефонг, — давят и тревоги о степени единства в Организации стран-экспортеров нефти. А фьючерсные котировки природного газа тем временем тоже испытали в четверг наихудшее падение. Произошло это после того, как правительство сообщило: поставки данного вида горючего на отечественный рынок возросли сверх всяких ожиданий». 

Однако ни бензина, ни авиационного керосина, ни топлива для дизельных двигателей сегодняшней — предрождественской Америке почти не нужно — вот кошмар! Мало кто хочет нынче путешествовать под праздник – ни к тете, ни к дяде, ни даже к подружке на другой край Штатов. Везде свирепствует пандемия. На рынках США взвешиваются шансы на введение «елочных локдаунов». Достигнув в школах семисуточного рекорда по положительным тестам на коронавирус у 3% осмотренных учеников, Нью-Йорк изучает возможность остановки системы просвещения со дня на день. И все это — на фоне охвата болезнью городов и сельской местности, что перенапрягает больницы. «США убедились в массовом усилении всяческих рестрикций (на продвижение и на контакты между людьми — Авт.) в ряде штатов, — отметил в свое докладе Робби Фрейзер, менеджер отдела глобальных исследований и анализа в Schneider Electric. — И уже почти не вызывает сомнений то, что потоки отпускных поездок в нынешнем году намного ослабнут…». 

А что, интересно, явствует из приближения этого Рождества в глобальном топливно-сырьевом масштабе? «Если можно будет восстановить дисциплину добычи в ОПЕК+, то это подстегнет рыночное доверие к альянсу, — полагает уже процитированный выше Юджин Вайнберг. — Но даже если вообразить этот исход, — окажется, тем не менее, возможным и нечто другое. Саудовская Аравия все равно будет способна отреагировать примерно так же, как она сделала в марте с.г. Это значит, что ценовая война все еще возможна». Что имеет в виду эксперт из Commerzbank, — совершенно понятно. Он ссылается на продлившуюся целый месяц битву весны 2020-го между Эр-Риядом и Москвой, — битву, которая залила планету сырьем в то самое время, когда мировая экономика почти уже «захлопнулась» перед лицом COVID-19». 

Топ-менеджеры не согласны с пессимизмом экспертов

Международное энергетическое агентство (МЭА) призвало готовиться тем временем не просто к худшему, а к самому худшему. Парижская штаб-квартира альянса потребителей углеводородного сырья, корректируя свои же прогнозы в негативную сторону, считает, что по итогам 2020-го спад мирового спроса на нефть окажется «под занавес» гораздо более мрачным.

По подсчетам МЭА, востребованность «черного золота» в целом по планете снизится — в результате нынешних рыночных неурядиц — в 7 раз сильнее, чем это произошло по итогам приснопамятного финансового кризиса 2008–2009 годов. А это фактически предвещает, что на возрождение докризисного спроса, который более или менее устроил бы производителей своей среднесуточной планкой 100 млн баррелей, уйдет не ограниченный период «обозримо-ближайшего будущего». Понадобится, как считает CNBC, несколько лет! С другой стороны, главы нефтяных компаний высшей лиги, отстаивая более оптимистичные взгляды на завтрашний день, не разделяют скепсиса международных организаций, их аппаратчиков и аналитиков. 

«Топ-менеджеры топливного бизнеса, — пишет комментатор Дэн Мерфи, — говорят, что спрос на нефть восстановится уже в будущем году. Но, судя по их ожиданиям, волатильность все-таки останется завышенной по мере того, как отрасль будет выходить из «полосы расплат», обусловленных пандемией коронавируса». Позиции большинства мега-компаний, как и их нацеленность на лучшее, совершенно понятны. Если для кабинетных экспертов, в том числе независимых, дилемма «отгадать или не отгадать» зачастую является предметом профессионального престижа и карьерного роста, то для сотен тысяч рядовых нефтяников и капитанов отрасли это — нечто гораздо большее.

Речь-то ведь идет еще и о выживании бизнеса, а ему не пристало раньше времени поддаваться на мрачные, пусть и снабженные цифровыми доводами графики спада. Что, собственно, и засвидетельствовал состоявшийся на днях в Абу-Даби «круглый стол» с участием более чем 30 исполнительных директоров нефтегазовых гигантов Земли. В дискуссии участвовали главы эмиратской ADNOC и индийской Reliance, а также ЛУКОЙЛа, Total, INPEX, BP, CNPC, Eni и других компаний. Похоже, что в обобщенно-суммарном плане их настроения были на сей раз все же лучше, чем довольно тревожная атмосфера предыдущей — июньской встречи в таком же формате, когда мировой ТЭК едва выкарабкивался из-под руин первой волны коронавируса.

В надежде на премиальный сбыт

По крайней мере, сейчас, как звучало в Абу-Даби, на свете появились уже опробованные или даже сертифицированные вакцины. Те самые чудо-медикаменты, о которых многие докладчики, как, скажем, топ-менеджер Total Патрик Пуянне, говорили не реже, чем о буровых или о танкерах.

«Нам надо обрести оптимизм, но, вместе с тем, еще и чувство реализма», — нейтрально высказался, со своей стороны, глава ВР Бернард Луни. — Мы не контролируем цену своего продукта, но мы контролируем структуру наших издержек, уровень инвестирования и его эффективность». Эту уверенность разделяет министр индустрии и продвинутых технологий ОАЭ, глава национальной компании ADNOC Султан аль-Джабер: «Нефтяная и газовая промышленность продемонстрировала за несколько предыдущих месяцев выдающуюся стойкость. Как нам известно, фундаментально-длительные основы развития отрасли остаются неизменными, и планета будет по-прежнему нуждаться в углеводородах на протяжении многих десятилетий». 

Ряд спикеров, как, скажем, глава Occidental Petroleum Вики Холлуб, верит в быстрый успех не только расчетов на восстановление темпов добычи и переработки, которые мол, обречены, по мнению многих ораторов, на рост. Бытуют в ТЭК надежды еще и на то, что корпорации больше заработают на вынужденно-ускоренном подъеме экологической планки нефтепродуктов — на «антиуглеродных», «антипарниковых» стандартов их нового поколения. Так, собственно, и пишет CNBC: «…Источник, близкий к прошедшей в Абу-Даби встрече, подтвердил, что среди участников возник консенсус — отрасль и впрямь может сплотиться вокруг решений по проблеме перемен климата». В общем, нефтяники хотя и встревожены многим из того, что происходит, но все же из последних сил «верят: рынок наградит премиальным доходом если не за объем добычи, то хотя бы за улучшенные — низко-карбонные баррели». 

«Кавказ подо мною», — решил Помпео

Напрасно мы с вами, уважаемый читатель, годами сравнивали фамилию госсекретаря США с величественным полотном «Последний день Помпеи» кисти Карла Брюллова. В эти ноябрьские дни прояснилось, что не столько Везувий, дымящийся вулканическим пеплом, сколько белоснежный Казбек гораздо больше импонирует главе вашингтонской дипломатии.

Его тбилисский дебют показал: не для кого-нибудь, а для Помпео написал великий Пушкин свои строки: «Кавказ подо мною. Один в вышине…». Поклонникам внешней политики США может грезиться, что Кавказ ныне — под Помпео. Но, собственно, в какой момент кавказской истории? Даже агентство Reuters, которое не обвинишь в антиамериканизме, предпослало своей статье критичный заголовок: «В то время как Помпео наносит визит в пост-советскую Грузию, — тысячи ее жителей протестуют против результатов выборов». Но каких выборов? Уж не американских ли — пронизанных подлогами, по поводу чего пришлось вздыхать, в частности, и республиканцу Помпео, то есть в равной мере проигравшему соратнику г-на Трампа? Нет, древний Тифлис, столь любимый Пушкиным и Лермонтовым, бушует нынче негодованием по поводу собственной — грузинской избирательной кампании.

Ну не чудовищна ли — сами посудите — перекличка пост-выборных кадров из Вашингтона и Тбилиси по силе своего гротескного восприятия мировой аудиторией? Сообща сражаться против «путинского зажима демократии» должностные лица США и закавказского государства собрались в тот самый момент, когда мало кто на Земле верит в незыблемость разрекламированного демократизма как на плавно текущем Потомаке, так и на пенистой Куре.

Учтя профиль «Нефтянки», — мы не станем подводить политические итоги грузинских событий. Подумаем лучше о другом — о той опасности, которую происходящее несет для энерготранзитной роли Грузии. Ведь это одна из немногих миссий, которую гордая, но заплутавшая на историческом перекрестке страна все еще несет прибыльно, а не с убытком для самой себя. В 2008-м, когда антикремлевская пропаганда заклинала угрозой броска русских танков к нефтепроводу Баку-Тбилиси-Джейхан (БТД) и временным обрывом этой энергомагистрали, — ничего подобного, естественно, не случилось. Ведь на деле-то России, с нашим-то широким видением реалий, нет дела до идущих за рубежами РФ энерготрасс: мы ведь не Штаты с их «зубовным скрежетом». 

Но в условиях растущего внутригрузинского хаоса (пусть и не сегодня, а завтра), не дай-то Бог, беды все-таки смогут произойти. К примеру, по вине каких-либо ближневосточных террористов, которые когда-то доставлялись через Грузию в Чечню, а сейчас, быть может, — в некоторые другие уголки региона. Как минимум падение деловой репутации может ударить не только по БТД, но и по ее газовому собрату — трубопроводу Баку-Тбилиси-Эрзерум (БТЭ). За подтверждениями злосчастной гипотезы далеко ходить не нужно. Стоило по соседству, в Азербайджане, разразиться междоусобной трагедии в Нагорном Карабахе, — и старушка Европа потеряла доверие к закавказскому Южному коридору. В Старом Свете не верят более в его надежность ни в нынешнем виде, ни, тем более, в футурологических контурах вливания в трубу TANAP еще и полноводной реки газа из-за моря — из Туркменистана. 

Баку уступил Москве лидерство на турецком рынке газа. Почему? 

Да уж, там, где горит под ногами земля, европейцы не привыкли строить долговременных нефтегазовых планов. Так что грузинским партнерам лучше дорожить хотя бы остатками геополитического спокойствия на значимых в коммерческом плане международных путях своей молодой республики.

Ведь что сулит им диалог «под занавес» с уходящим кабинетом Трампа? То, что в последние дни своего правления обиженный на жизнь президент США грозит нанести удар по ядерным объектам соседнего с Грузией Ирана и выкинуть в том же регионе еще парочку тому подобных «фейерверковых номеров»? Нет уж, лучше потомкам великого «Витязя в тигровой шкуре», как-то обходившегося в своих подвигах без Америки, позаботиться о тихой прокачке традиционных энергоносителей без социального хаоса, уличных баталий и антикремлевских выпадов. Ведь даже Анкара, непосредственно причастная к Карабаху, — и та, похоже, стала пессимистичнее смотреть на кавказский коридор, ибо к нему заметно охладел энергопотребляющий Запад. 

Если в первом полугодии, пока не было боевых действий, лидером по поставкам газа в Турцию до июля был Азербайджан, а Россия, увы, временно переместилась на одно из последних мест в списке экспортеров «голубого топлива» на Босфор, то с сентября соотношение изменилось. Когда климат вокруг Карабаха стал «жарким», турки развернулись к «Газпрому», купив за месяц 1,9 млрд кубометров — максимум с января 2020 года. Но почему? По данным авторитетных московских экспертов, приведенных «Ведомостями», до конца лета Турция, «на фоне снижения цен на европейских хабах, активно отбирала СПГ с затоваренного рынка, в частности, из США». Но, повторяю, больше всего тогдашняя спотовая атмосфера послужила союзнику Эрдогана — Азербайджану, который наверняка заполнял сейфы своего Минобороны, готовясь к дорогостоящей военной операции. «А вот в сентябре контрактные цены на российский газ, будучи привязанными к нефти, — излагают сюжет «Ведомости», — начали снижаться, отыгрывая падение котировок черного золота марта 2020 года, — поясняет Мария Белова (Vygon Consulting). — Спотовые же цены, напротив, продолжали расти из-за фактора сезонности».

В общем, казалось бы, — чистая экономика. Но это лишь на первый взгляд. А в глубине играет свою роль и геополитика. Важно, что «голубое топливо» из России не проходит, к счастью, через «горячие точки». То есть через те нестабильно-задымленные зоны Закавказья, где США, да еще при дрейфе потомков Османской империи в сторону все более опасных амбиций, смогут задать своим тбилисским адептам «вопрос вопросов». Не хватит ли, строго спросит из-за океана гегемон, обслуживать топливные интересы турок? То есть тех, кто строит АЭС «Аккую», покупает ракетные комплексы С-400, перегоняет сибирский газ по «Турецкому потоку» и мешает сколачиванию «малой НАТО» в нефтегазоносной акватории Восточного Средиземноморья?

Павел Богомолов