Углеводороды и политика

Павел Богомолов
Павел Богомолов

Весьма успешной для «Роснефти» стала прошедшая в Лондоне «Международная нефтяная неделя» (IP Week). Документы, подписанные на Темзе, подтверждают — госкомпания заблаговременно заботится об устойчивом обеспечении сырьем новых объектов своего зарубежного даунстрима, прежде всего — в Южной Азии. 

Гигант расширяет географию

«Роснефть» и региональное правительство иракского Курдистана заключили в британской столице соглашение о сотрудничестве в области разведки, добычи, инфраструктуры, логистики и трейдинга углеводородов.

Подписан и контракт на покупку и продажу по заказам «Роснефти» партий сырья в период 2017-2019 гг. Договор  предусматривает предоплату. Ну а непосредственным покупателем выступает трейдинговое подразделение отечественного гиганта — Rosneft Trading. «Контракт позволит обеспечить сырьем расширяющуюся международную сеть НПЗ «Роснефти» и повысить их эффективность», — отметил глава компании Игорь Сечин.

shutterstock_400829230В эти слова, как представляется, заложен глубинный смысл. Ведь еще сравнительно недавно — на саммите БРИКС в Гоа, на 5-м Евразийском форуме в Вероне, а также в своей статье на страницах итальянской Corriere della Sera глава «Роснефти» гораздо чаще упоминал о возможности наполнить только что обретенную компанией 49-процентную долю в огромном индийском НПЗ «Вадинар» тяжелой нефтью из Венесуэлы. На первый взгляд, такая схема довольно логична. Ведь именно там, на Ориноко, именитый инвестор остается одним из двух членов российского Национального Нефтяного Консорциума, а в целом работает совместно с местной PDVSA на 5 активах.

Но активы — лишь одна сторона медали, в то время как другая может сулить проблемы.Прежде всего, от Карибского моря до Бенгальского залива — огромное расстояние, на котором даже разработанная Сечиным бизнес-философия глобальных интегральных цепочек вряд ли поможет существенно сэкономить в ходе дорогостоящих танкерных перевозок. А во-вторых, внутриполитическая ситуация в Боливарианской Республике тоже становится, мягко говоря, непредсказуемой; и для «Роснефти» гораздо лучше застраховаться дополнительными контрактами поближе к Индии — на арабском Востоке.

Особенно хорошо для госкомпании, что официальный Багдад не обвинит ее в поддержке курдского сепаратизма. Ведь до сих пор у «Роснефти» не было никаких инвестиций в Курдистане. Зато на основной территории Ирака такой проект есть. Купив «Башнефть», ведущий холдинг РФ получил возможность прийти на перспективный нефтеносный блок 12 в провинциях Наджаф и Мутанна, в 80 км к юго-западу от Самава и в 130 км к западу от Насрия. Словом, речь идет о части Западной пустыни — неразведанного региона с крупнейшим сырьевым потенциалом во всем Ираке. Площадь блока — 7680 км. В связи с доказанной перспективностью этого участка геологоразведочные работы считаются низкорискованными. И не стоит удивляться, что компания приступила к бурению в рамках данного проекта.

Ирак, кстати, — не единственная страна ближневосточного региона, откуда могут в недалеком будущем начаться поставки жидких углеводородов на индийский «Вадинар» или на другие зарубежные НПЗ, которые, возможно, уже находятся под коммерческим прицелом «Роснефти». При этом мы не говорим о проектируемых либо уже строящихся при ее участии заводах в Индонезии и КНР. Заметьте: в ходе IP Week Игорь Сечин подписал еще и документ о сотрудничестве с национальной  нефтяной корпорацией Ливии (NOC).

С главой NOC Мустафой Саналла достигнуто соглашение об инвестициях «Роснефти» в ливийский апстрим. Заключен, как и в случае с Курдистаном, и договор о покупке сырой нефти. Причем опять-таки, наряду с бухгалтерским подсчетом и узким подходом к поставкам, немалую роль сыграли, по всей видимости, еще и попутные соображения в извилистом русле энергетической дипломатии. Дело ведь еще и в том, что даже строгая в ограничительных квотах ОПЕК фактически разрешила расколотой кофликтом надвое Ливии не прибегать к сокращениям добычи; и страна неожиданно сумела за два месяца нарастить нефтеэкспорт. Учитывая это, «Роснефти» не приходится опасаться в ходе своих контактов как с Триполи, так и с Бенгази, обманчивых ссылок на внешние препятствия для главной сфере ливийской экономики.

shutterstock_499219615Москва – Тегеран – Минск… Далее везде

«Спор шел только по газу, а они стали резать нефть, — критически отозвался президент Белоруссии Александр Лукашенко о нынешнем топливном споре между Минском и Москвой. — Мы обратились, конечно, в суд согласно нашим договоренностям».

Глава соседнего и союзного с Россией государства с обидой уточнил, что вместо 24 млн тонн нефти в прошлом году Минском было получено 18 млн тонн, а теперь планируемый годовой объем поставок вообще упадет, мол, до 12 млн тонн. Так оно или нет — неизвестно, но ясно другое. Затянувшиеся споры о тарифах на российский газ и задолженность белорусов на сумму, как утверждается в Москве, 425 млн долл, тормозят и достижение двустороннего согласия по нефти.

Побывав за последнее время в ряде стран-экспортеров, Лукашенко пытается найти хотя бы частично-альтернативные источники для своего энергоимпорта. Но ведь никакой сенсации в этом нет — в 2016 году Азербайджан отгрузил по заказу Минска 560 тыс. тонн нефти. А теперь эстафету приняли соседи солнечного Баку в Тегеране — там Белоруссия закупила 80 тыс. тонн нефти. Ну и что здесь особенного?

Оказывается, особенным, на взгляд некоторых наблюдателей с богатым воображением, стало намерение доставить названную партию «персидского импорта» по железной дороге либо через латвийский порт Вентспилс, либо через украинскую Одессу. И вот, как показалось иным аналитикам, Минск — в преддверии этого транзита — якобы решил на всякий случай улучшить отношения с Киевом с помощью шагов по дипломатическому сближению с ним. Один из таких жестов — прозвучавшее в Белоруссии заявление о том, что там, в отличие от России, не будут признаны паспорта ДНР и ЛНР.

Недоброжелатели возомнили, что это — специальный подарок для тех, кто хочет вбить клин не только в братские узы между Москвой и Минском, но и в отношения между РФ и Ираном. Дескать, по названным причинам можно предсказать чуть ли не кризис в позитивном доселе диалоге между Россией и обращенной к ней с противоположного берега Каспия средневосточной державой. Придуманный противниками Москвы и Тегерана нарыв должен был, мол, вскрыться прямо на днях(!). А что в действительности? Словно назло геополитическим алхимикам глава иранского парламента (Меджлиса) Али Ларинджани опрокинул 19 февраля домыслы о нефтяном детонаторе, якобы омрачившем связи с РФ. Как впервые заявил тегеранский спикер в интервью телеканалу «Аль-Маядин», Иран стремится к созданию стратегического альянса с Москвой в ближневосточном регионе.

Конечно, совсем другое дело: одобрит ли Кремль предложенный друзьями формат стратегического альянса, или же в ответ будет выдвинута иная дружественная формула. Но любые завалы неправды на глазах рассыпаются при обсуждении  действительно крупных вопросов. А если добавить к этому встречу главы Минэнерго РФ Александра Новака с его иранским коллегой Б.Н.Зангане, состоявшейся 21 февраля, то для вымыслов о каком-то «вреде белорусского фактора» вообще не остается места. Мало этого, исполнительный директор национальной нефтяной компании NIOC Али Кардор заявил еще 20 февраля, что в скором времени ожидается подписание окончательного соглашения с ЛУКОЙЛом о развитии нефтяных месторождений в этой же стране — «Аль-Теймур» и «Мансури».

Таким образом, у каждого задействованного в этих отраслевых сюжетах игрока все идет успешно. И никакой конфликтно-политической подоплеки пусть и в небеспроблемном, но в целом нормально функционирующем нефтегазовом треугольнике Москва — Тегеран — Минск не просматривается.

 shutterstock_431088031Украина не радует

На этой неделе ЛУКОЙЛ завершил сделку по продаже своего последнего актива на Украине. Это — мощное звено не только экс-советского, но и всего восточноевропейского даунстрима: производственное объединение «Карпатнефтехим».

Кому продано предприятие, и какова сумма сделки, — в релизе ведущей частной компании РФ не говорится,  хотя вероятными считаются ссылки на украинских, британских и голландских покупателей. Независимо от уровня прибыльности этой операции, способной, согласно летнему интервью Вагита Алекперова, составить от 100 до 350 млн долл, в целом эта новость звучит прискорбно. Одни только расходы ЛУКОЙЛа на реконструкцию комбината в Ивано-Франковской области достигли к 2015 году 543,3 млн долл!

То, что еще с 2012-го остановилось российско-украинское взаимодействие в снабжении «Карпатнефтехима» сырьем для выпуска этилена,  полиэтилена, винилхлорида, каустической соды, хлора и суспензионного ПВХ, но, тем не менее, коллектив долго продолжал получать долю зарплаты, — явный пример социальной ответственности российского инвестора даже на фоне охлаждения отношений между Киевом и Москвой.

Впрочем, кому-то на Днепре очень не нравится не только Москва, но и Будапешт, где премьер Виктор Орбан настойчиво укрепляет топливно-энергетическое партнерство с РФ. А ведь именно в Венгрию была проложена в 70- е «уникальная артерия интеграции» в рамках СЭВ — этиленопровод «Калуш–Ленинварош» с Западной Украины. С учетом венгерского фактора невозможность продолжения плодотворной деятельности российского гиганта в том регионе представляется особенно симптоматичной, — не правда ли?

Прощание наших мейджоров с Украиной — не единственный печальный факт из текущей хроники. Двойственное впечатление оставила и весть о решении венского суда о возможности экстрадиции украинского олигарха Дмитрия Фирташа из альпийской республики в США (не говоря о том, что альтернативным претендентом на задержание Фирташа и его преследование на своей территории является Испания). Сообщение с Дуная всколыхнуло и без того накаленное, расколотое враждой общественное мнение Украины.

Нервозность ситуации на Днепре с учетом подобных вестей объяснима. Дело тут даже не в коррупционной составляющей, послужившей формальной основой для венского вердикта. Дело, видимо, еще и в том, что влиятельные силы в Соединенных Штатах пытаются предотвратить назревший уход администрации Петра Порошенко. Возможно, шоколадный король все еще нужен Западу хотя бы для временного сохранения иллюзий относительной стабильности в Киеве. Потребность в этом, должно быть, особенно велика на фоне грозовых уличных манифестаций в тревожные февральские дни третьей годовщины майданного кровопролития и государственного переворота.

«Нефтянка» уже предупреждала своих читателей о том, что в ближайшие дни украинская власть будет из последних сил очернять не только экс-проводницу исторического (хотя и не во всем гладкого) примирения с «Газпромом», а ныне главу партии «Батькивщина» Юлию Тимошенко. Клеймить позором, угрожая тюремной решеткой, будут и других участников зигзагообразного, но временами все-таки плодотворного для самого же Киева энергодиалога с РФ. На первом месте тут — именно Фирташ, чьи совместные с россиянами предприятия и иные подконтрольные структуры как раз и обеспечивали, причем годами, удовлетворение запросов Незалежной в углеводородном сырье на старте ХХ1 века.

Павел Богомолов