Мир после Болтона: череда поздних откровений

В сюжете с бомбардировкой саудовских НПЗ по-прежнему остаётся немало странностей. Если ракеты и дроны прилетели не из Йемена, а из Ирана, наперекор которому месяцами выстраивалась первоклассная противовоздушая оборона над Персидским заливом, то каким же образом ее непроходимые сети преодолело так много начинённых взрывчаткой летательных аппаратов? Это, кстати, вопрос, интересующий не только «Нефтянку», но и всю мировую прессу, — недаром откомментировать тему взялся сам госсекретарь США. Далее — если общеотраслевой объём рухнул в стране наполовину, то каким же, интересно, методом все это восстановлено за несколько дней?! И ещё вопрос: кому не понравилась идея Дональда Трампа побеседовать на полях Генеральной Ассамблеи ООН с иранским президентом Хассаном Рухани (да ещё после встречи последнего с Владимиром Путиным в Анкаре) не понравилась настолько, что понадобилось, наоборот, подтолкнуть США чуть ли не ко всеобщей мобилизации? Быть может, от Вашингтона до Тель-Авива (причём в обоих столицах, что характерно, живут выборной тематикой!) слишком тяжело оплакивается отставка главного американского «ястреба» — бывшего помощника по нацбезопасности Джона Болтона? А ведь ещё на прошлой неделе его было принято ругать за все международные конфликты подряд. Это, мол, Болтон (уж не засланный ли демократической оппозицией «казачок»? – Авт.) сорвал ядерный диалог с Пхеньяном. Он же навязал ошибочный курс по отношению к Венесуэле. Он не дал снизить накал вражды с Ираном и ослабить в заливе санкции. Тот же пресловутый Болтон сорвал намечавшуюся на предыдущее воскресенье беседу в Кэмп-Дэвиде по Афганистану с его президентом и с вождями Талибана… В общем, пора убирать ястребиные завалы болтонской эпохи, что уже начато Белым домом. Так, начато смягчение торговой войны с Китаем. Отложено на две недели введение драконовских тарифов против КНР — намек на шансы примирительных контактов. В общем, за год до выборов республиканская верхушка как бы опомнилась. Ведь это она обещала осенью 2016-го, что глобальное влияние Америки будет осуществляться не через запугивание, шантаж и вооруженные акции, а через рекламно-величественный показ процветания сверхдержавы. Но вот — взрывы на крупнейших в мире НПЗ. Разрядка отменяется. Иран предстаёт в единственно правдоподобной ипостаси злодея и агрессора. А «королевство пустынь» — в роли единственной жертвы. Но заслуживает ли оно — в историческом разрезе — столь однозначно-позитивной характеристики в свете не столь уж давних событий на противоположном берегу Атлантики?

11 сентября взывает и к памяти, и к трезвому рассудку

Та же Америка на днях скорбно отметила очередную годовщину нью-йоркской трагедии 11 сентября 2001 года. В осиротевших семьях свечами траура вновь освятили неизбывную память о тех, кто невинно погиб в рухнувших небоскребах-близнецах и на захваченных смертниками лайнерах…

…На что же ушли минувшие 18 лет не в этой глубинно-народной среде, а во внешней политике и, особенно, в пропаганде Вашингтона? Ушли, увы, на искусное размывание правды о движущих силах международного терроризма и об истинных проводниках его финансовой подпитки. Ушли на достижение чудовищного, но, к сожалению, реально ощутимого эффекта. Парадоксальна же его суть: сделать так, чтобы через пару десятилетий среднестатистический американец больше всего опасался не вдохновителей преступления века на Манхэттене, а граждан совсем другой страны. Страны, которая самой первой, еще до лидеров государств НАТО, выразила Белому дому устами Владимира Путина полную и безоговорочную солидарность и, вместе с тем, всемерную готовность на деле помочь Вашингтону в борьбе со вселенским злом.

В итоге сбылось невероятное: в Штатах больше опасаются России, не нанесшей по ним ни одного удара во всей истории. И гораздо меньше боятся страшных замыслов средневеково-межцивилизационной мести, все еще блуждающих в сумраке гулких коридоров восточных дворцов не только на Аравийском полуострове. Причем первую скрипку, сначала в затушевывании источников экстремистской заразы, а два десятилетия спустя – наоборот, в псевдоправовом раздувании мнимой российской угрозы той же Америке, сыграл волею судеб один и тот же человек! Это он председательствовал как при сокрытии пружин 11 сентября 2001 года, так и при попытке обнаружения пресловутого «русского следа» по итогам американских выборов 2016 года. Имя этого человека, уважаемый читатель, вам известно. Это спецпрокурор Роберт Мюллер, работавший на старте века директором ФБР. Сам Шекспир, думается, не смог бы заострить ни в одной из своих пьес преемственность двух названных нами биографических ролей в грехопадении одного и того же действующего лица и исполнителя. Но зато это смогла, в ходе блестящего журналистского расследования, сделать заокеанская The New York Post.

В рамках нашего обозрения нет возможности, да и смысла пересказывать эту наотмашь бьющую публикацию смелого человека и талантливого автора бестселлера «Инфильтрация» — Пола Сперри. Показательно же то, что заканчивается его газетный материал недвусмысленно: «Конечным выводом стало то, что Мюллер по-настоящему не вел расследование в отношении тех людей, участвовавших в атаках 11 сентября, которые были связаны с правительством Саудовской Аравии», — вот что с твердостью заявил один из бывших офицеров американской контрразведки. «Быть может, — продолжал тот же источник, — если бы те злодеи были россиянами, то в выявлении таких террористов, повинных в массовом убийстве граждан США, Мюллер был бы заинтересован». Что же, таковы невероятные, даже страшные по своей обнаженной нравственной и политической извращенности нравы, — не так ли?

И ведь одна из причин, по которым ссориться с нефтегазоносными монархиями Персидского залива и выводить на чистую воду маргинальных преступников из тех или иных клановых ветвей тамошней аристократии в Белом доме не пожелали, стало любопытное соображение. В Вашингтоне готовились к топливно-энергетической дуэли с Россией еще тогда, в начале века. И ближневосточное ядро ОПЕК виделось заокеанским стратегам в том же свете, как и прежде, в конце 1980-х, — послушным инструментом рыночно-отраслевых интриг против Москвы и подрыва ее бюджета. Но в итоге это сорвалось. Видя угрозу, вызванную бесконтрольной сланцевой революцией в Техасе, Северной Дакоте и других регионах США (чей нефтеэкспорт на прошлой неделе превысил объемы саудовских поставок «черного золота»), — реалистично настроенные звенья королевского истеблишмента, правящих элит Кувейта, Катара, ОАЭ и других государств пошли на беспрецедентный шаг. Его направленность нокаутировала адептов вражды арабских монархий с Кремлем. Сопротивляясь рецессии 2014-2016 годов, Эр-Рияд протянул пальмовую ветвь Москве, предложив ей ограничительно-квотную сделку в расширенном формате ОПЕК+ — силами 24 стран!

Тогда же, в 2016-м, на пост министра энергетики «королевства пустынь» был назначен сторонник этого разворота к России и ее союзникам — Халед аль-Фалих. Проделанная им с тех пор работа по сплочению очень разных во всех смыслах производителей, без преувеличений, огромна. Но вот на прошлой неделе он был сначала освобожден от руководства национальным нефтяным гигантом Saudi Aramco, а затем и от должности главы основного — для саудитов — правительственного ведомства. Почему это произошло? 

Не просто смена дворцового караула

 Bидимо, аль-Фалих перестал импонировать главному союзнику и патрону Эр-Рияда — Соединенным Штатам, а их мнение в аравийских песках значит очень многое. Главное – он, думается, далеко зашел в своих доверительных контактах с Россией и другими государствами за пределами ОПЕК.

Сами посудите: саудиты не только успешно согласовали на целых девять месяцев ограничение совокупной добычи в рамках этой группировки на 1,2 млн баррелей в сутки. Само по себе это, с точки зрения Вашингтона, не такая уж беда; хотя для них лучше было бы увидеть рост производства, дабы сильнее снизить цены хотя бы временно — в канун старта президентской кампании в США. В принципе же для Белого дома, нежелательно, главным образом, даже не плотное квотирование в рядах ОПЕК+, а нечто другое. В русле нефтяной дипломатии Эр-Рияд шаг за шагом приближался на московском направлении к новым, еще более впечатляющим ориентирам. У таковых имеется теперь и официально-публичное измерение вплоть до обещанного визита Путина в Саудовскую Аравию, и столь яркой вехи, как ожидаемое открытие филиала петербургского Эрмитажа. Есть и общие цели в сфере даунстрима, включая возможное создание в королевстве нефтехимических мощностей при участии нашего «Сибура». Но главное — есть согласие Saudi Aramco инвестировать в реализацию очередной очереди газоэкспортной программы в российском Заполярье: «Арктик СПГ-2». Всего этого, поверьте, слишком много для Вашингтона, по-прежнему обуреваемого секторальными санкциями «посткрымского» типа против Москвы.  

Но, естественно, никто ни за океаном, ни в самой Саудовской Аравии не рискнул бы прямо написать о том, что эти глубинные мотивы наверняка имеются. Не рискнул бы тем более, что и Эр-Рияд, и Кремль благоразумно отмежевались от предположений, будто с уходом министра и босса Saudi Aramco что-то может по существу измениться в наших двусторонних связях. Вместо этого была продвинута, причем умело, другая, тоже правдоподобная версия: аль-Фалих, мол, очень затянул биржевой дебют той же госмонополии — выход 5-процентного пакета ее ценных бумаг на продажу отечественным и зарубежным акционерам и, в итоге, листинг ведущей нефтяной корпорации всего мира. При этом, судя по дворцовым слухам, наследника престола и куратора экономики 34-летнего принца Мохаммеда ибн Сальмана всякий раз раздражали извинения отраслевого ведомства. То, мол, по миру разошлись скандальные подробности инициированной кронпринцем вынужденной отсидки богатейших людей королевства в отеле Ritz-Carlton с адресованными им требованиями миллиардных выкупов — за освобождение — в пользу казны. То пришлось откладывать IPO из-за негодования убийством журналиста Джамаля Хашогги в здании саудовского консульства в Стамбуле…   

В конце концов чаша терпения истощилась, и вместо аль-Фалиха был впервые в истории назначен на министерскую должность член королевской семьи. Это тоже многоопытный топ-менеджер и сводный брат кронпринца — принц Абдулазиз ибн Сальман. Вот кому, собственно, и поручено ускорить рыночное реформирование Saudi Aramco.  Повторяю: это вполне может быть стопроцентной истиной. Но все зависит от того, как ее преподать. Весьма вероятно, что курс Эр-Рияда на сближение с российским ТЭК в формате ОПЕК+, так сказать, поднадоел и правящим кругам США, и их клиентам в арабском мире. Почувствовав это, трезвомыслящие саудиты наверняка заострили законные вопросы: чего же, мол, вы от нас хотите? Каким образом мы должны зарабатывать прибыли, если повсюду — от Аравии до Сибири — пришлось бы вновь безудержно откручивать вентили простаивающих временно скважин, снижая тем самым рыночную конъюнктуру? Ну а оппоненты, думается, дали понять следующее: пусть ОПЕК+ станет для вас лишь вторичным рычагом. Получите-ка лучше десятки миллиардов от предстоящего IPO. Произошла, так сказать, смена вех — смена приоритетов.

Как напоминает abc NEWS, министерство энергетики, еще недавно контролировавшее 60% национальной экономики, теперь отрезано свежим указом от горнодобывающей отрасли и индустрии в целом, оказавшихся под эгидой нового министерства. На должность же гендиректора Saudi Aramco назначен другой функционер – близкий к наследнику престола Ясир аль-Румайан. Так что руководство углеводородным ТЭК уже не воплощено в одном и том же лице. Но вот что обращает на себя внимание: аль-Фалиха в коридорах власти уже нет, а его смутные опасения приближающегося IPO не выветрились. Не исчезли же они потому, что для авторитарного государства и – в целом — для довольно-таки закрытого общества такой публичный и резонансный биржевой дебют не только заманчив, но и, вместе с тем, опасен.

Биржи жестко требуют от вас перед листингом тысячи страниц таких деловых (и не только деловых!) подробностей конфиденциального характера, которые вы подчас и сами-то за собой не могли припомнить. Иными словами, процедура IPO (даже независимо от размера доли выставляемых на торги ценных бумаг) равносильна «раздеванию» перед всем финансовым миром. Фактически, в конкретном случае с «королевством пустынь», это выражение глубинных проблем всей страны. Вот почему с каждым днем на пути к акционерной премьере Saudi Aramco нарастает все больше проблемных оговорок отовсюду. Например, как шепчут эксперты, быть может, лучше всего было бы разделить 5-процентную долю на поэтапные «кусочки»? Или провести мероприятие не за границей, а у себя дома?..

Так или иначе, «забеременеть лишь наполовину» невозможно. Нефтегазовые компании всего мира, отважившиеся однажды на такие IPO (хотя, естественно, со многими плюсами), хорошо это знают.      

«Вся президентская рать» неравнодушна к… керосину

Точнее говоря, хозяин Белого дома весьма заинтересованно относится к керосину не простому, а именно авиационному. П