Между миром и войной

Общепризнано, что одной из главных стратегических целей Гитлера во Второй Мировой войне был прорыв к советской (грозненской и бакинской) нефти с последующим выходом на Ближний Восток и захватом принадлежащих англичанам иракских и иранских нефтепромыслов и нефтепортов.

При этом менее известно, что «нефтяной фактор» был крайне значимым не только для советско-германского фронта, но и для тихоокеанского театра военных действий, где главными действующими лицами противостояния были США и Япония.

Опасное сближение

По итогам очень успешной для Гитлера майско-июньской кампании 1940 года, когда рейхсвер оккупировал Францию, Бельгию и Нидерланды, сближение Германии и Японии ускорилось. Соответственно, Япония, завязшая в войне с Китаем и испытывавшая постоянный дефицит топливных ресурсов, получила дополнительный рычаг давления на Голландию (в лице ее эмигрантского правительства в Лондоне). В результате японцы, неоднократно требовавшие увеличения объемов поставок нефти из голландской Ост-Индии (Индонезии), добились своего — НПЗ Палембанга и Баликпапана существенно увеличили отгрузку продукции японским потребителям (в первую очередь, императорскому военно-морскому флоту).

Министр обороны США Генри Стимсон

В свою очередь, в ответ на все более агрессивное и демонстративное поведение Японии новый министр обороны США Генри Стимсон потребовал введения против нее американских внешнеторговых санкций, включая нефтяное эмбарго. Первый шаг в этом направлении был сделан 2 июля 1940 года, когда  президент США Франклин Рузвельт подписал «Акт о национальной обороне». Один из пунктов этого закона предоставлял главе государства полномочия самостоятельно контролировать (в том числе и прекращать) экспорт американской продукции во враждебные страны.

Военный министр Японии Хидэки Тодзио

Примерно в это же время было реорганизовано правительство Японии. Главой кабинета стал принц Фумимаро Коноэ, а военным министром — генерал Хидэки Тодзио, носивший характерное прозвище «Камисори» (бритва).

В середине июля на одном из совещаний Рузвельт сказал: «Единственный путь преодолеть мировые трудности — прекратить поставки странам-агрессорам топлива, необходимого для ведения войны». Сказано — сделано: американский нефтеэкспорт в Германию и Италию был обнулен, но поставки ГСМ в Японию сохранились на прежнем уровне — Рузвельт не хотел идти на обострение и нарушать хрупкий консенсус в американо-японских отношениях.

Министр финансов США Генри Моргентау

Впрочем, четко следуя тезису «Хочешь мира — готовься к войне», на следующий день, 20 июля, Рузвельт подписал закон о создании двух мощных и самостоятельных военно-морских командований — на Тихом океане и в Атлантике. Вскоре Стимсон и министр финансов Генри Моргентау представили президенту проект распоряжения о введении полного эмбарго на экспорт нефти в Японию. Увы, осторожный Госдеп, опасавшийся разрыва отношений с Японией, добился того, что готовящийся документ был выхолощен — экспортный запрет касался только авиационного бензина с октановым числом выше 87, а также железной руды и стального лома. Это не нанесло никакого ущерба японским ВВС, использовавшим только низкооктановый авиабензин. Так что, принятый документ продемонстрировал лишь бюрократическую и дипломатическую ловкость его создателей — и не более того.

«Единый мировой конфликт»

27 сентября 1940 года Япония подписала тройственный пакт с Германией и Италией. Тем самым Вторая Мировая война приняла действительно глобальный характер. «Военные действия в Европе, Африке и Азии являются частями единого мирового конфликта», — заявил Рузвельт. Предвидя грядущие катаклизмы, японцы начали быстрыми темпами усиливать свой «нефтяной базис» — скупать большое количество сырой нефти, буровое оборудование, сборно-разборные резервуары-хранилища, и тому подобное.

Госсекретарь США Корделл Халл

В январе 1941 года из американского посольства в Лиме (Перу) в Госдеп поступила информация: Япония готовит нападение на базу американского флота Перл-Харбор на острове Оаху (Гавайи). 70-летний госсекретарь США Корделл Халл это важнейшее сообщение проигнорировал — многоопытный дипломатический чиновник не мог поверить, что японцы совершат открытую  агрессию.

Увы, перуанская агентура транслировала чистую правду: детальный план нападения на бухту Перл-Харбор к тому времени уже существовал. Его автором был командующий Императорским объединенным флотом Японии адмирал Исороку Ямамото — ветеран русско-японской войны, бывший студент Гарварда и атташе в Вашингтоне, многолетний подписчик журнала Life.

Командующий Императорским объединенным флотом Японии Исороку Ямамото

Помимо обширных военно-морских компетенций, Ямамото имел четкое представление о значении нефти для экономики и военной мощи страны (кстати, адмирал был уроженцем города Нагаока в префектуре Ниигата, где в небольших масштабах добывалась нефть и работали сотни керосиновых мини-заводиков). Более того, Ямамото был настолько озабочен стоявшей перед страной нефтяной проблемой, что финансировал эксперименты по получению нефти… из воды.

Судьбоносное решение

Министр внутренних дел США Гарольд Икес

27 мая 1941 года президент Рузвельт объявил о введении в стране неограниченного чрезвычайного положения. С учетом этого министр внутренних дел США Гарольд Икес, только что назначенный координатором американской нефтяной промышленности, своим волевым решением запретил вывоз нефти в Японию. Президент отменил распоряжение Икеса, подчеркнув: «Вопрос экспорта в Японию… является важной проблемой внешней политики и поэтому находится в компетенции президента и действующего под его руководством государственного секретаря».

Менее чем через месяц, 22 июня, Германия напала на Советский Союз. Спустя 10 дней после начала немецкой агрессии, по итогам напряженной дискуссии правительство Японии приняло судьбоносное решение: нападение на СССР отложить «до прояснения обстановки» и сконцентрировать усилия японской военной машины на южном и юго-западном направлении — Индокитае и Ост-Индии.

Заместитель госсекретаря США Самнер Уэллес

24 июля императорский флот вошел во вьетнамскую бухту Камрань, после чего началось массированное японское вторжение в Южный Индокитай. Шедшие в течение года в правительстве США активные дебаты о торговых отношениях с Японией были прекращены — Рузвельт оперативно подписал жесткий ограничительный документ, разработанный заместителем госсекретаря Самнером Уэллесом.

Согласно президентскому декрету, объем поставок нефти в Японию формально сохранялся на уровне 1936 года, но при этом запрещался экспорт топливных компонентов (нефти, реагентов и присадок), на основе которых мог быть произведен авиационный бензин. На все виды экспорта нефти вводились экспортные лицензии. Все японские финансовые активы в США замораживались. Для любых транзакций замороженных средств, включая оплату поставок нефти, требовались специальные правительственные разрешения, которые выдавал помощник госсекретаря по экономическим вопросам Дин Ачесон, бывший главный юрист Standard Oil of New Jersey.

Помощник госсекретаря США по экономическим вопросам Дин Ачесон

Поскольку Ачесон был убежденным сторонником тотального запрета нефтеэкспорта в Японию, никаких разрешений японцам он выдавать не собирался. Начиная с 1 августа 1941 года, японцы не получили от США ни одной тонны нефти и нефтепродуктов. По сути, в отношении Японии было введено полное нефтяное эмбарго. Аналогичные решения принял британский кабинет, прекративший поставки японцам нефти с острова Борнео (Калимантан), и голландское правительство в изгнании, отрезавшее японцев от нефтяных ресурсов Ост-Индии.

«Голуби» и «ястребы»

Сразу после объявления нефтяного эмбарго в правящих кругах Японии началось волнение, переходящее в истерику. Начальник Генерального штаба Военно-морского флота адмирал Осами Нагано в своем докладе императору Хирохито подчеркнул: «Нефтяных резервов Японии, если их не пополнять, хватит только на два года». Министр иностранных дел Тейдзиро Тойода направил послам в Берлине и Вашингтоне спецсообщения: «Наша империя в целях сохранения самого ее существования должна принять меры по обеспечению поставок сырья из южных морей». На территории императорского дворца в Токио началось строительство бомбоубежища.

Глава кабинета Японии Фумимаро Коноэ

Тем не менее, «голуби» с обеих сторон предпринимали активные дипломатические усилия по предотвращению войны. Лидером японской «партии мира» был принц Коноэ, с согласия императора настойчиво добивавшийся очной встречи с Рузвельтом. Принц даже предварительно согласовал с Госдепом и аппаратом Рузвельта место встречи — небольшой городок Джуно, столица американского штата Аляска. Но в итоге встреча не состоялась — поскольку японцы, не сбавляя оборотов, продолжали экспансию в Индокитае, Рузвельт совершенно не хотел выглядеть в глазах американской и мировой общественности сторонником «гнилых компромиссов» с агрессором.

Не теряли времени и японские «ястребы», просившие у императора санкции на начало подготовки к военным действиям против США. Главным аргументом милитаристов был острый дефицит нефти. В подготовленном для императора меморандуме от 5 сентября 1941 года говорилось: «На данный момент нефтяной вопрос является слабейшим звеном оборонной мощи империи. С течением времени наши возможности ведения войны будут постоянно уменьшаться, а наша империя будет становиться все более беспомощной в военном отношении».

18 октября 1941 года принц Коноэ был отправлен в отставку. Главой кабинета стал лидер «ястребов» военный министр Хидэки Тодзио, который последовательно отвергал «бесплодную дипломатию» и выступал против любых компромиссов с Соединенными Штатами.

В начале ноября два японских танкера, три месяца простоявшие в гавани Лос-Анджелеса в ожидании загрузки ранее оплаченной нефтью, несолоно хлебавши вернулись домой. В отместку японцы отключили отопление в зданиях американского и британского посольств в Токио.

Сын человеческий и сын божий

В конце ноября Япония и США обменялись дипломатическими нотами, которые, по сути, были ультиматумами. В частности, американцы в обмен на возобновление торговли предложили Японии вывести ее войска из Индокитая и Китая. В ответ японцы демонстративно отправили из Шанхая на юго-восток крупный экспедиционный корпус. Получив донесение об этом, 27 ноября Халл заявил Стимсону: «Я окончательно прекращаю переговоры с Японией. Я умываю руки, и теперь дело за армией и флотом».

В тот же день Вашингтон разослал директиву о приведении в боевую готовность американского флота в Тихом океане. Приказ начинался словами: «Данная депеша должна считаться предупреждением о возможном начале войны».

Фактически к тому времени война уже началась — курок был спущен. 26 ноября 1941 года ударное соединение японского императорского флота под командованием вице-адмирала Тюити Нагумо покинуло базу в заливе Хитокаппу (Касатка) на Курильских островах и направилось на юг, к Гавайям. Соединение включало 6 авианосцев, 16 надводных и 6 подводных кораблей сопровождения. Движение происходило в режиме полного радиомолчания; американцы, как ни странно, об этой флотилии ничего не знали. 1 декабря никем не обнаруженное соединение пересекло международную линию смены дат.

Император Японии Хирохито

Одновременно с этим японский МИД дал указание сотрудникам дипкорпуса в США уничтожить секретную документацию. Вскоре американский офицер, побывавший в японском посольстве в Вашингтоне, сообщил, что на заднем дворе диппредставительства сжигают бумаги. 6 декабря Рузвельт предпринял последнюю попытку остановить надвигающуюся войну — направил Хирохито личное письмо, прокомментировав его так: «Сын человеческий написал решающее послание сыну божьему».

Увы, это послание ничего не решило и решить не могло. Ранним утром 7 декабря японская флотилия приблизилась к Гавайским островам. Над флагманским кораблем развевался флаг, сохранившийся со времен Цусимской битвы, в ходе которой японцы разгромили русскую эскадру. С палуб авианосцев взлетели 440 самолетов, которые в 7.55 по гавайскому времени нанесли удар по американским аэродромам на острове Оаху и кораблям, стоявшим на якоре в гавани Перл-Харбор.

Так Америка полномасштабно вступила во Вторую Мировую войну. Одновременно началось контрнаступление Красной армии под Москвой, в результате которого рейхсверу было нанесено первое за войну крупное поражение.

Эти два исторических события во многом предопределили исход Второй Мировой войны. Блицкриг на Восточном фронте провалился, а к долгой «войне на истощение» вермахт был совершенно не готов. Кроме того, с военно-технической точки зрения Гитлеру, Муссолини и Хирохито было нечего противопоставить США — крупнейшей индустриальной державе мира, способной за один день произвести 400 автомобилей, 220 самолетов, 150 танков и 3 десантных судна.

Григорий Волчек