Дмитрий Гусев, вице-президент Независимого топливного союза: «Не может корова одновременно давать и говядину, и молоко»

События на рынке топлива в мае-июне, когда биржевые и оптовые цены били рекорд за рекордом, привлекли большое внимание. В июле ситуацию вроде бы удалось взять под контроль. О том, действительно ли положение нормализовалось, что мешает отрасли спокойно работать и развиваться и немного о животноводстве Институту развития технологий ТЭК (ИРТТЭК) рассказал вице-президент Независимого топливного союза Дмитрий Гусев.

— Главный вопрос — удалось ли вернуть в нормальное русло ситуацию на рынке?

В части оптовой торговли более-менее удалось. Немного влили дополнительной продукции на рынок, это успокоило участников и цены начали снижаться. Сохраняются проблемы в секторе мелкого опта. Но я считаю, что в проблемах мелкого опта и сегодня, и в последние несколько лет виноваты не крупные вертикально-интегрированные нефтяные компании, как бы нам ни хотелось возложить на них эту ответственность. Причина в неправильном рыночном поведении сетевых розничных компаний, которые не уделяют достаточного внимания планированию работы. Например, не выполняют норм заказа, не заявляют достаточных объемов, не разделяют свои внутренние объемы потребления – условно, 50% получаем из мелкого опта, остальное покупаем на бирже. Они постоянно ищут лучшую цену, в результате имеют постоянные перекосы со снабжением со стороны оптовиков, потому что не выполняют условие по равномерности выборки и подаче предварительных заказов на месяц вперед.

Но в целом ситуация, повторюсь, нормальная. Никто шланги не замотал, работаем в плановом режиме, цены чуть-чуть корректируются.

— То и дело попадаются сообщения, что то здесь, то там розничные продавцы топлива по-прежнему вынуждены работать с отрицательной маржей. Реже и, как правило, по отдельным видам топлива, но это есть. Что происходит?

Понимаете, налоговая политика государства такова, что у нас все время кто-то оказывается в минусе: то добыча, то переработка, то сбыт. Пока у нас система налогообложения имеет целью собрать максимальное количество денег в бюджет, ничего не изменится. Надо же все-таки думать и о развитии отрасли, в том числе о новых проектах — водородном топливе, о новых технологиях снижения углеродного следа, — а не переносить убытки с одной части отрасли на другую.

Ненормально, когда оптовые цены растут без всяких ограничений, а розничные сдерживаются постановлением от 2018 года, где прописано правило «инфляция минус». Кстати, раньше это никогда не признавалось официально, и только недавно в ответе Минфина на наше письмо было сказано, что ведомства ориентируются на эту формулу. Так что теперь официально.

— Кстати, об «инфляции минус». На днях из ФАС ушел один из главных идеологов этого подхода Анатолий Голомолзин. Не ожидают ли участники рынка пересмотра методик?

При всех разногласиях с Федеральной антимонопольной службой, с которой мы часто придерживаемся диаметрально противоположных взглядов на происходящее и необходимые меры, и с Голомолзиным, и с Махониным можно было общаться. По крайней мере, даже если мы получали отрицательный ответ, мы понимали, что глубоко в душе они понимают нашу правоту и не могут решить этот вопрос иначе потому, что такова позиция государства. 

Кто будет сейчас — я не знаю. Мы присматриваемся, прислушиваемся. На сегодня речь идет, мне кажется, не о смене каких-то подходов, а просто о понимании участников рынка. Я не вижу, чтобы г-н Цариковский уделял особое внимание рынку нефтепродуктов. Из последнего — заявление, что лучшей мерой воздействия на рынок они считают предупреждение. То есть в ФАС всерьез полагают, что, сказав «Ай-яй-яй, господа, не надо говорить, что цены поднимутся, мы вас предупреждаем», они изменят рыночный тренд. Посмотрим, что будет дальше.

— Недавнее неожиданное решение о введении с 1 октября нового технического регламента на топливозаправочные колонки — зачем оно было принято? Почему нужно так торопиться?

К сожалению, у нас нет закона о лоббизме, поэтому мы не знаем всех обстоятельств принятия тех или иных законов. Причем, как правило, экономическое обоснование законопроекта ограничивается расходами бюджета и порой укладывается в один коротенький абзац: «Дополнительных расходов из федерального бюджета не потребует». 

Безусловно, проблема недолива, под предлогом борьбы с которым и принимался этот закон, действительно существует. Но давайте прикинем. В России, грубо, 25 тыс. АЗС, на каждой по четыре ТЗК. Итого 100 тыс. колонок по 500 тыс. рублей каждая. Это, подчеркиваю, самое дешевое оборудование. Получается 50 млрд затрат на переоборудование, принятых одним махом без всякого обсуждения с участниками рынка.

При этом никто не понимает, когда и как это будет происходить. Мы поговорили с российскими производителями ТЗК — никто из них не готов поставлять оборудование по новым стандартам. Из дилеров тоже никто не в курсе. Даже если речь идет о переоборудовании уже имеющегося оборудования, это потребует перенастройки всей системы на АЗС, установки каких-то новых модулей. 

Вполне возможно, что вступление закона в силу придется откладывать на несколько лет просто потому, что никто из производителей не готов оперативно поставить необходимое оборудование. Иначе придется закрывать 90% заправок. Я считаю, что такой подход — совершенно неделовой, негосударственный. Просто Росстандарт продавил законопроект в чьих-то интересах. Безусловно, интерес участников рынка, потребителей, государства в сокращении недолива есть. Уменьшать риски работы с недобросовестными продавцами топлива надо. Но то, как это делается в очередной раз, никуда не годится.

— Или мы увидим, что на рынке внезапно появился новый игрок, который готов поставлять это оборудование…

Даже в этом случае чисто физически нереально 25 тыс. заправок переоборудовать в сколько-нибудь реальные сроки одному игроку. Опять же у всех разное железо, разный софт. Я не вижу настолько эффективного производителя, который может предложить универсальное, подходящее для всех решение.  

— Вы говорили, что действующая система налогообложения никак не способствует развитию отрасли. А какой она, по-вашему, должна быть?

Есть некий идеальный вариант — либерализация розницы. Чтобы не было такого, что в опте у нас полный рынок, а в рознице «инфляция минус». Невозможно говорить о перспективах срочного рынка, если он, по сути, никак не связан с физическими поставками. 

Локальные действия, которые можно обсуждать прямо сегодня — отмена демпфера и перенос точки взимания акциза на АЗС. Эти два маленьких шага позволять хотя бы сдвинуть дело с мертвой точки. К этому можно добавить зависший с 2011 года законопроект о разрешении продажи спиртного на АЗС. Это тоже принципиально. Заправки должны развивать новые источники заработка, чтобы топливо было фактически не основной статьей дохода, а прежде всего способом привлечения клиентов. Люди приезжают заправиться, а заодно покупают то, что им нужно.

Но начинать нужно, как я уже сказал, с отмены демпфера и переноса акцизов. Это позволит спокойно прожить полгода-год и дальше уже биться за адекватный нормальный рынок, где никто не будет работать в минус. Не может корова одновременно давать и говядину, и молоко.

Материал подготовлен
Институтом развития технологий ТЭК (ИРТТЭК)