Дело Башнефти «для чайников»

Фото: Артем Коротаев / Тасс / Scanpix

Несколько дней тому назад АФК «Система» подала апелляцию на решение суда, присудившего «Роснефти» возмещение убытков в размере 136,3 млрд. рублей.

Несмотря на относительную открытость этого процесса, далеко не все полностью понимают его юридическую подоплеку.   Сложилось мнение, что все дела о «Башнефти» имеют чисто политический и силовой характер, а поэтому их правовая сторона не имеет никакого значения.

Мы же не будем высказывать никаких предположений относительно политической стороны вопроса, а попытаемся подробно изучить это дело с самого его начала только с чисто правовой точки зрения.  Оставим нашим читателям возможность самим решить, кто прав, а кто виноват в этой истории.

Акт первый. Изъятие.

В сентябре 2014 года первый заместитель генерального прокурора России подал в Арбитражный суд города Москва иск об истребовании в пользу Российской Федерации акций ОАО «Акционерная нефтяная компания «Башнефть» из чужого незаконного владения. Это был гражданский иск, в котором прокурор выступал в качестве представителя Росимущества.

В то время большинство акций «Башнефти» принадлежали ОАО АФК «Система». За несколько дней до этого владелец «Системы» Евтушенков был помещен под домашний арест по обвинению в легализации приобретенного преступным путем имущества.

Через некоторое время прошло заседание суда по этому делу, а уже 30 октября было принято решение об удовлетворении иска. Основанием этого решения было то, что «Система» приобрела государственное имущество, которое выбыло из владения Российской Федерации помимо её воли.

Как же на самом деле «Башнефть» оказалась в руках «Системы»?

В 1998 году указом президента Башкортостана Муртазы Рахимова была создана «Башкирская топливная компания» (БТК), которой передали акции предприятий топливно-энергетического комплекса республики, таких как «Башкирэнерго», АНК «Башнефть», «Урало-Сибирские магистральные нефтепроводы» им. Д.А.Черняева» и «Уралтранснефтепродукт». БТК на 100% принадлежала Башкирии. За некоторое время до этого был также создан принадлежащий республике нефтехимический холдинг. Этими компаниями управлял сын президента Башкирии Урал Рахимов.

В 2002 году Рахимов принял указ, разрешивший продажу принадлежащих БТК и «Башкирской нефтехимической компании» акций предприятий «в целях повышения эффективности деятельности».

Согласно материалам дела, эти акции были куплены нескольким ООО с ничего не говорящими названиями (ООО «Таймас», ООО «Соцсервис», ООО «Охранное предприятие «Щит», ООО «АТП — 99» и прочие).

В 2003 году была создана компания «Башкирский капитал», в которую эти неизвестные фирмы передали акции приобретенных предприятий ТЭКа. Компания «Башкирский капитал» принадлежала сыну президента Башкирии Уралу Рахимову.

Эти акции впоследствии переходили еще несколько раз от одних фирм к другим — и все они принадлежали У. Рахимову.  В 2006–2009 годах акции были приобретены группой АФК «Система» за 2,5 млрд. долларов.

Надо отметить, что даже по меркам той эпохи приватизация башкирского ТЭКа была весьма скандальной. Оспорить итоги этой приватизации пытались прокуратура Башкирии и Федеральная налоговая служба, представители Счетной палаты заявляли о её незаконности.

Даже отец владельца «Башкирского капитала» президент Рахимов принял решение об отмене этой приватизации. Правда, через какое-то время претензии всех федеральных и местных органов были сняты. Было заключено мировое соглашение, которое предусматривало, что «Башкирский капитал» доплатит республике 13 млрд. рублей за приватизированные активы — в дополнение к 13,5 млрд. рублей, за которые активы были реализованы ранее.

В конце концов эти акции, в том числе «Башнефть», были проданы холдингу АФК «Система», что, по мнению многих, вопрос о законности приватизации закрыло. Деньги, полученные от «Системы», Урал Рахимов использовал для погашения долга перед республикой за эти ранее приобретенные акции. Для покупателей эта сделка была довольно рискованной, так как претензии государственных органов не были окончательно сняты вплоть до завершения сделки. Однако «Система» спокойно развивала «Башнефть» вплоть до 2014 года.

Во время судебного процесса в 2014 году истец-прокурор назвал приватизацию «Башнефти» и все последующие сделки с акциями компании незаконными. Такое заявление потребовало довольно смелого пересмотра фундаментальных основ взаимоотношений между федерацией и её субъектами.

Истец заявлял о следующем. Согласно постановлению Верховного Совета РСФСР от 27.12.1991 предприятия ТЭКа относились исключительно к федеральной собственности. Приватизация ТЭКа в Башкирии была проведена с нарушением этого постановления, равно как и других федеральных актов. В государственную программу приватизации эти предприятия не входили, Госкомимуществом России никакого решения о приватизации не принималось.

Таким образом, основанием для оспаривания приватизации было не то, что предприятия, принадлежащие Башкирии, получил сын Рахимова за копейки безо всякой законной процедуры. Беззаконным прокуратура посчитала предыдущий шаг, а именно, что предприятия были первоначально переданы в собственность республики, а не Российской Федерации. С Российской Федерацией этот переход собственности не был согласован, равно как и все последующие сделки. Стало быть, акции «Башнефти» необходимо вернуть Российской Федерации.

В ответ на это АФК «Система» выдвинула следующие аргументы:

Во-первых, к моменту судебного заседания уже истек срок давности в три года, в течение которых истец может обратиться в суд для зашиты своего права. Это срок действует с начала момента, когда истец узнал или должен быть узнать о нарушении своего права.

Истец (то есть Российская Федерация) в любом случае должен был узнать о нарушении своего права как минимум в 1995 году, когда была проведена государственная регистрация первого выпуска акций ОАО «АНК «Башнефть».

Однако суд такие отговорки отвергнул. Суд решил, что Российская Федерация на самом деле не знала о проведении приватизации башкирского ТЭКа и, стало быть, о нарушении своих прав. Подтверждением этого на суде послужило письмо руководителя Росимущества Дергуновой в адрес генпрокуратуры, где она сама об этом и сказала.

Второй аргумент АФК «Системы» состоял в том, что они являются добросовестным приобретателем имущества. Если это имущество и было приватизировано с нарушениями, то пострадавшей стороне необходимо обращаться именно к тому, кто эти нарушения совершал.

Согласно Гражданскому кодексу, собственник может истребовать имущество от добросовестного приобретателя в том случае, если это имущество было похищено или потеряно, или выбыло иным путем помимо воли собственника.

Суд заявил, что поскольку РФ не выражала свою волю на отчуждение имущества, то нельзя использовать и это правило.

Таким образом, суд не стал отрицать, что «Система» являлась добросовестным приобретателем «Башнефти». Это несколько утешило холдинг, и они впоследствии даже включили это факт в свою презентацию инвесторам.

Еще один аргумент «Системы» был таков, что даже если приватизация и была проведена с нарушениями, Российская Федерация в любом случае получила бы только 38% от акций «Башнефти», а не 71,62%, которые требует прокуратура.

Кроме того, «Система» вывалила еще ворох других доводов. Компания заявляла, что нормативные акты, на которые ссылался истец, утратили свою силу и были признаны антиконституционными; что Арбитражный суд Москвы не обладает компетенцией рассматривать это дело; что ответчик стал собственником по приобретательской давности; что это имущество никогда не было в федеральной собственности, поэтому оно и не может быть туда истребовано.

Суд все эти аргументы отмел.

Имела ли Башкирия на самом деле право забрать все предприятия ТЭК в свою собственность? Это вопрос сложный. Указ и в самом деле был отменен, однако последующее федеральное законодательство РФ также подчеркивало роль федерального центра в принятии решений о приватизации и устанавливало как минимум совместный порядок разграничения государственной собственности.

Однако уже после принятия такого законодательства между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Башкортостан было подписано Соглашение от 25.05.1994 по разграничению полномочий по государственной собственности.

Это соглашение включало в себя список предприятий, находящихся на территории Башкирии, которые относятся к ведению федеральных органов власти и список таких предприятий, относящихся к совместному ведению. Из ТЭКа Башкирии туда попали только «Башкирэнерго», а также местные объединения нефтепроводов и нефтепродуктопроводов – все это было отнесено к совместному ведению. Все другие предприятия, включая работающие в сфере нефтедобычи и нефтепереработки, относились к государственной собственности республики Башкортостан. Башкирия имела право самостоятельно распоряжаться этими предприятиями.

«Система», разумеется, сослалась в возражениях к иску на это Соглашение. Однако суд не принял это в расчет и указав, буквально

Предметом данного Соглашения является разграничение полномочий, а не объектов собственности; акции предприятий в Соглашении не обозначены

Это заявление суда просто некорректно. В этом может убедиться любой, кто прочитает Соглашение.

Кроме того, суд указал, что правительство РФ вообще не было уполномочено передавать объекты в собственность субъектов федерации. Осмелимся предположить, что такой вопрос должен решать как минимум Конституционный суд, а не Арбитражный суд города Москвы.

Не поймите нас неправильно. Мы вовсе не хотим защищать коррупционеров, присваивающих мошенническим путем государственную собственность. Но факт остается фактом — Башкирия имела все полномочия для того, что бы забрать себе предприятия ТЭКа, расположенные на своей территории, а потом приватизировать их на каких угодно условиях, хоть совершенно бесплатно.

Мы не знаем, кто в этой истории прав или виноват. Но с точки зрения юридической, требования Росимущества и решение суда были по крайне мере спорными.

30 октября 2014 года суд принял решение о том, что иск прокурора будет удовлетворен полностью, и «Системе» пришлось вернуть все акции «Башнефти» государству. А 17 декабря того же года был снят домашний арест в отношении Евтушенкова.

В феврале 2015 года «Система» подала в суд на компанию «Урал-Инвест», продавшую ей акции, с требованием о возмещении убытков и возврате оплаты за акции «Башнефти». Суд полностью удовлетворил это требование и постановил, что «Система» должна получить 70,7 млрд. По сообщениям прессы, «Система» заключила с «Урал-Инвестом» мировое соглашение и реально получила около 40 млрд. рублей.

Собственник «Урал-Инвеста» Урал Рахимов давно уехал в Австрию и в РФ не появляется после того, как на него еще в апреле 2014 года было открыто уголовное дело. Россия затребовала его выдачи, но Австрия отказалась сделать это, почитав дело политическим.

Интермеццо. Приватизация 2.0

В октябре 2016 года пакет в 50,08% акций «Башнефти» было продан государством «Роснефти» за 329,7 млрд. рублей. «Роснефть» использовала на приобретение предприятия остатки от кредита в 35 млрд. долларов, полученного от китайцев в 2013-2015 годах.

Минэкономразвития тогда проинформировало на своем сайте, что всего было получено два предложения на покупку акций, из которых предложение от «Роснефти» оказалось лучшим. Как заявил тогдашний министр экономического развития Алексей Улюкаев «Роснефть» — единственная компания, которая представила на предложение консультанта — «ВТБ Капитала» — юридически обязывающее предложение с ценой выше, чем оценка независимого оценщика — от 297 млрд до 315 млрд рублей. Вторая компания, которая представила юридически обязывающую заявку, с ценой несколько меньшей».

Министр добавил, что приобретение доли государства в ПАО АНК «Башнефть» позволит не только сохранить целостность активов ПАО АНК «Башнефть», но и максимизировать синергетический эффект от объединения активов обеих компаний, поддержит планы по приватизации пакета акций ПАО «НК «Роснефть» в 19,5% акций, находящихся в собственности АО «РОСНЕФТЕГАЗ».

Через месяц Улюкаева посадили по обвинению во взяточничестве — по версии следствия министр вымогал у «Роснефти» 2 миллиона долларов за то, чтобы ей разрешили купить «Башнефть».

Интересно, что стоимость акций «Башнефти» во время всех этих переходов из рук в руки все время росла. Урал Рахимов приватизировал их за 26,5 млрд. рублей. «Система» купила их у него за 2,5 млрд. долларов. И, наконец, «Роснефть» заплатила за пакет в 50% 5,3 млрд. долларов.

Акт второй. Возврат убытков.

«Роснефть» не удовлетворилась «использованием синергетических эффектов» от объединения активов. В мае 2017 года «Роснефть» и «Башнефть» совместно подали в Арбитражный суд республики Башкортостан исковое заявление с требованием о возмещении «Башнефти» убытков, причиненных ей вследствие реорганизации, проведенной представителями «Системы» в 2010–2014 годах.

Сначала «Роснефть» потребовала от ответчиков 107 млрд. рублей, затем, уже в ходе судебного разбирательства, увеличила сумму требований до 171 миллиардов.

30 августа 2017 года суд принял решение о частичном удовлетворении иска. Какие же убытки претерпела «Башнефть» от «Системы»?

Начнем с самого начала. Согласно материалам дела, до начала реорганизации акции «Башнефти» принадлежали двум связанным структурам — АФК «Система» и АО «Система-Инвест».

На балансе у «Системы-Инвест» было 25,24% акций «Башнефти», в том числе 30,24% голосующих.

В свою очередь, сама «Башнефть» владела 49,41% акций в компании «Система-Инвест» и, кроме того, «Система-Инвест» была должна ей 36,9 млрд. рублей по полученному ранее займу.

Нам неизвестно, каким образом эти активы и пассивы оказались на балансе «Системы-Инвест», об этом информации в материалах дела нет. Известно только, что схема приобретения акций была весьма сложной, и акции разных компаний приобретались из разных источников. Возможно, «Система» перевела деньги из «Башнефти» в виде займа и покупки доли в капитале, а затем использовала их для приобретения акций самой же «Башнефти» и других компаний. На балансе «Системы-Инвест» были также акции других предприятий башкирского ТЭКа — БЭСК и «Уфаоргсинтез» — которые оставались пока в самой «Системе».

Для упорядочивания структуры собственности, устранения перекрестного владения акциями «Башнефти» и «Системы-Инвест» и зачета внутренних кредитов было принято следующее решение:

  • Из «Системы-Инвест» выделяется новая компания «Башнефть-Инвест». Ей передаются 16,8% акций «Башнефти», а также на неё осуществляется перевод долга «Системы-Инвест» перед «Башнефтью» на сумму 36,9 млрд. рублей.
  • «Башнефть» получает 100% этой новой компании «Башнефть-Инвест» в обмен на свой пакет в 49,41% акций «Системы-Инвест». «Башнефть-Инвест» присоединяется к «Башнефть» и перестает существовать. Таким образом, вместе с «Башнефть-Инвест» «Башнефть» получает пакет своих собственных акций в 16,8%, а также принимает на себя долг перед самой собой в размере 36,9 млрд. руб.
  • «Башнефть» погашает свои собственные акции, полученные ею вместе с компанией «Башнефть-Инвест» во время её присоединения. Поскольку «Башнефть» приобретает вместе с этой компанией и долг самой себе, это долг тоже погашается — так как должник и кредитор совпадают в одном лице.
  • У миноритариев, проголосовавших против этой реорганизации, будут выкуплены их привилегированные акции, затем эти привилегированные акции погашаются.

Эта схема сама по себе вполне легитимна. Видимо, это всего лишь фрагмент общей, более сложной, реорганизации структуры собственности «Башнефти», но именно он привлек внимание «Роснефти».

Оценка 16,8% обыкновенных акций «Башнефти» в ходе реструктуризации составила 80,7 млрд. рублей, исходя из оценки всей компании в 489 млрд. рублей, то есть около 8 млрд. долларов. Это недалеко от той цены, по которой она была продана «Роснефти».

Заявленной причиной реструктуризации было приведение в порядок дел в компании перед IPO, что звучит убедительно. Известно, что «Система» и в самом деле хотела провести первичное размещение акций «Башнефти», и понятно, что с такой запутанной схемой перекрестного владения акций никакого IPO не получится.

Для лучшего восприятия приведем фрагмент баланса вновь выделенной «Башнефти-Инвест» до её слияния с «Башнефтью»:

 

  • Активы
    80,7 млрд. руб., 16,8% акций «Башнефти»
    13,4 млрд. руб. Прочие активы
    94,1 млрд. руб. Всего
  • Пассивы
    36,9 млрд. руб., Заем от «Башнефти»
    57,2 млрд. руб., Акционерный капитал – принадлежит «Башнефти» (ранее 49,41% акций «Система-инвест»)
    94,1 млрд. руб. Всего

Однако истцы обвинили «Систему» в том, что она провела эту реструктуризацию для того, что бы вывести из «Башнефти» имущество и денежные средства. Каким образом представители «Роснефти» пришли к этому выводу?

«Роснефть» утверждала, что в результате реструктуризации «Башнефть» утеряла акции «Системы-Инвест», а кроме того, лишилась права требования по займу к «Системе-Инвест». «Башнефть», конечно, получила в обмен на эти активы свои собственные акции, но в результате действий сотрудников «Системы» утеряла и их, так как эти акции были погашены.

Вы все правильно поняли, ошибки никакой нет. «Роснефть» заявила, а Арбитражный суд поддержал их заявление о том, что погашение собственных акций акционерным обществом является убытком этого акционерного общества (см. стр. 9 решения).

«Система» в качестве возражения выдвигала аргумент, что государство в виде Росимущества само также применило процедуру погашения акций «Башнефти» в 2015 году. Суд отклонил этот довод, так как он «не имеет правового значения для рассматриваемого спора, так как требования к Российской Федерации по рассматриваемому делу не заявлены».

Следующий пункт претензий — выкуп привилегированных акций миноритариев на сумму 12,4 млрд. рублей. Выкуп и погашение привилегированных акций, по мнению истца, является нанесением убытков компании. Ведь это расход средств (см. стр. 10 решения). Суд полностью поддержал аргументацию и требование «Роснефти.

Итого требования «Роснефти» сложились таким образом:

  • 57,2 млрд. руб., Утеря акций «Системы-Инвест» и погашение полученных вместо них акций «Башнефти»
  • 36,9 млрд. руб., Утеря займа «Системе-Инвест» и погашение полученных вместо них акций «Башнефти»
  • 12,4 млрд. руб., Расход средств в результате выкупа и погашения привилегированных акций
  • 106,6 млрд. руб., Всего убытки

В ходе судебного заседания истцы решили скорректировать сумму убытков. «Роснефть» заявила, что если бы эти 106,6 млрд. рублей были вложены в свое время в доллары, то сейчас бы их стоимость выросла бы до 170,6 млрд. рублей. Буквально на этом основании сумма требования соответственно увеличилась.

Для того, чтобы доказать суду, что погашение собственных акций и погашение привилегированных акций являются законными процедурами, «Система» запаслась заключениями ведущих специалистов в области корпоративного права в стране, включая заведующих кафедрой гражданского и кафедрой предпринимательского права юрфака МГУ и ряда других ученых. Суд эти мнения отбросил без рассмотрения, заявив, что только суд имеет право на правовую оценку обстоятельств дела.

Однако истцы тоже привлекли экспертов. Так, по мнению ООО «Финансовый научно-инновационный институт экономико-правовых исследований» погашение акций было экономически нецелесообразно для ОАО АНК «Башнефть», так как «погашение соответствующих акций… препятствовало реализации соответствующего пакета акций на открытом рынке». Между прочим, эта организация — «инновационное предприятие» при Финансовом университете при правительстве Российской федерации. Крайне любопытно, что именно преподают студентам в этом учебном заведении, если его эксперты делают такие заключения.

Итак, суд встал полностью на сторону «Роснефти» и принял решение о возмещении убытков «Башнефти». Единственное, в чем была сделана уступка ответчикам — в размере дополнительного убытка, связанного с переводом задолженности в доллары.

Вместо того, чтобы перевести в доллары все требования, башкирский суд принял решение пересчитать в доллары только часть убытков, относящуюся к кредиту в 36,9 миллиардов и «префам» в размере 12,4 млрд. рублей. В результате, дополнительный ущерб был оценен в 29,6 млрд. рублей.

Таким образом, общая сумма, которую согласно решению суда АФК «Система» должна заплатить «Башнефти», составила 136,3 млрд. рублей (106,6 + 29,6).

Эпилог

Мы в этом очерке специально не касались политической и экономической стороны спора, а рассматривали только юридические аспекты дела. Мы не знаем всей подоплеки этой ситуации и поэтому не хотим занимать чью-то сторону.

Может быть, АФК «Система» и в самом деле заслуживала своей участи. Возможно, они были неправы, что купили акции у Рахимова, зная о юридических и политических рисках, связанных с приватизацией этих предприятий. Возможно, они и в самом деле использовали деньги самой «Башнефти» для того, чтобы рассчитаться с тем же Рахимовым, а затем передали ей купленные акции по цене, хоть и справедливой, но в несколько раз превышающей покупку.

Но юридическая и процессуальная сторона этих дел, особенно последнего, поражает. Даже если отбросить высшие соображения о верховенстве закона и правовом государстве, работа по изъятию средств у «Системы» была проделана весьма топорно. Печально, что достижение разных политических и экономических целей, даже может быть и оправданных, ставит под удар репутацию российского правосудия.

Руслан Халиуллин