Арктическая фата-моргана России

Фото: Роснефть
Фото: Роснефть

По информации Минприроды, «Роснефть» не собирается в этом году проводить бурение на шельфе российской Арктики. Тем не менее, на 2017 г. компания от своих планов продолжения геологоразведочного бурения в Карском море пока не отказывается. Министерство решило снизить темпы выдачи лицензий на шельфе Арктики, в этом году их должно быть выдано не более шести. Ранее вице-премьер Александр Хлопонин подверг критике раздачу новых арктических участков на фоне невыполнения обязательств госкомпаний по уже принадлежащим им лицензиям. Тем временем, глава Минприроды Сергей Донской решил сам отстаивать в Организации Объединенных Наций право России на расширение границ в Арктике и собирается осенью 2016 г. самостоятельно ответить на все вопросы по внесенной в феврале в Комиссию ООН соответствующей заявке.

Арктика на вырост.

Согласно оценкам экспертов, Арктика обладает 83 млрд баррелей или 13% мировых запасов нефти, 48,3 трлн куб. м газ (или 30%) газа, 44 млрд баррелей н. э. (или 20%) газоконденсата. 84% этих углеводородных ресурсов расположено на шельфе Северного Ледовитого океана и 16% на суше. По прогнозу Минприроды, 52% (или 106 млрд т н. э.) всех запасов сосредоточено на российском шельфе. Самые перспективные месторождения находятся в Баренцевом и Карском морях, где находятся все уже открытые в Арктической зоне месторождения в России. Вероятность обнаружения новых ресурсов на еще неизученных участках оценивается как очень высокая.

9 февраля 2016 г. министр природных ресурсов и экологии России Сергей Донской представил в ходе 40-й сессии Комиссии ООН по границам континентального шельфа в Нью-Йорке обновленную заявку страны на новые участки в Северном Ледовитом океане. Россия претендует на более чем 1 млн кв. км морского дна в Арктике: это районы за пределами установленной 200-мильной экономической зоны, которые охватывают геоморфологический шельф российских арктических окраинных морей, часть Евразийского бассейна (котловины Нансена и Амундсена, хребет Гаккеля) и центральную часть Амеразийского бассейна в составе котловины Макарова и Комплекса Центрально-Арктических подводных поднятий. По словам главы Минприроды Сергея Донского, Россия в этом году представила пересмотренную и дополненную новой информацией заявку, в которой доказывает континентальную природу хребта Ломоносова, поднятия Менделеева, Чукотского плато в Северном Ледовитом океане, в отношении которых существуют спорные мнения. «Приращение этой территории позволит, прежде всего, установить над ней юрисдикцию РФ, а также отрегулировать режим использования природных ресурсов всех этих морских пространств, что позволит заниматься ими в полной мере (в рамках международного законодательства)», – отмечает Донской.

Заявка – результат работы Минприроды в течение последних 13 лет, за это время Россией было организовано девять комплексных геолого-геофизических экспедиций. Один из самых нашумевших российских походов в Арктику, с поднятием титанового флага на дне Северного Ледовитого океана в августе 2007 г., был предпринят с целью доказать, что хребет Ломоносова является продолжением Сибирской континентальной платформы. В ходе последней экспедиции в октябре 2014 г. были проведены исследования в районе котловин Подводников и Амундсена. Российские ученые пришли к выводу, что все эти составные части Комплекса Центрально-Арктических подводных поднятий обладают континентальной природой, относятся к подводным возвышенностям и являются естественными компонентами материковой окраины. «В России очень серьезно отнеслись к этой заявке. Было понимание на уровне российского правительства о необходимости экспедиционных программ и деятельности с использованием всех возможностей, существующих в настоящее время у страны», – утверждает российский полярник Артур Чилингаров, участник ставшей уже легендарной экспедиции 2007 г.

Потенциал участка арктического шельфа, на который претендует Российская Федерация, оценивается в 5 млрд т у. т. запасов углеводородного сырья. Но разработка этих ресурсов для России – пока остается призрачной перспективой. Так, по словам министра, сейчас извлечение ископаемых в таких условиях и на таких расстояниях (а это больше 200 миль от берега) технологически не обеспечено. В настоящее время ни одна страна не может работать в таких условиях. «Россия только приступает к реализации своих арктических проектов, начинает изучать с точки зрения возможности обнаружения здесь крупных скоплений углеводородов. Наша задача по максимуму использовать российский потенциал отечественных промышленных предприятий и специалистов. Мы создаем для нашей страны дополнительные возможности развития за счет использования ее арктических ресурсов. Освоение этих территорий будет возможно с одновременным строительством в России крупных судов, платформ, создания соответствующей инфраструктуры», – утверждает Сергей Донской.

Новые проекты в Арктике, по мнению главы Минприроды, создадут дополнительные возможности для развития и экономики арктических регионов, и промышленности в Центральной России, Сибири и на Дальнем Востоке. «Мы активно работаем с нашими коллегами из Минпромторга над вопросами импортозамещения. Готовятся соответствующие государственные программы. Наше министерство, со своей стороны, выступило с инициативой по изменению законодательства – закона «О недрах», где можно было бы прописать соответствующие обязательства. Предстоит масштабная работа по привлечению отечественных компаний и ресурсов для освоения Арктики, хотя и без иностранных предприятий мы не обойдемся: для того чтобы перенять опыт, быстрее стартовать и создать возможности для развития подобных проектов. С 2008 г. у нас на арктическом шельфе могут работать только две компании: «Газпром» и «Роснефть». Сейчас они ведут геологическое изучение и подготовку более масштабных работ, связанных уже с освоением этих месторождений. Но говорить о добыче полезных ископаемых на арктическом шельфе, за исключением единичных примеров, с точки зрения ценовой конъюнктуры, существующих технологий и научных подходов, пока рано. Основной объем добычи здесь запланирован через 15 лет, после 2030 г. Поэтому сегодня мы ставим перед компаниями задачу изучить и подготовить к вводу в разработку эти запасы. Оценить экономически и технологически: какие объекты мы будем запускать в первую очередь, а какие будут отложены на более поздний срок», – отмечает российский министр.

Кроме России, в борьбе за арктические территории участвуют Канада (предварительная заявка подана в декабре 2013 г. на 1,2 кв. км), Дания (окончательная заявка в декабре 2014 г. на 0,9 кв. км). Россия и Дания оспаривают районы котловины Амундсена, хребта Ломоносова, котловин Макарова и Подводников, поднятия Менделеева. Также не решена судьба участка в районах котловины Макарова и поднятия Менделеева между Россией и Канадой. США уже несколько лет изучают океаническое дно и готовят свою заявку в Комиссию. Но страна до сих пор не ратифицировала Конвенцию ООН по морскому праву 1982 г. Соединенные Штаты долго настаивали на сохранении секторального принципа деления Северного Ледовитого океана, предложенного еще в 1925 г.

Комиссия ООН должна рассмотреть соответствующие заявки и принять решение об их обоснованности. Далее по линии министерств иностранных дел с другими приарктическими государствами должны пройти переговоры, в рамках которых будут установлены границы стран в Арктике. В случае одобрения российской заявки, это будут Дания, Канада и США. Эта работа пройдет после того, как будет принято решение в ООН по российской заявке. Учитывая качество представленных Россией материалов, в Минприроды рассчитывают на положительное решение. Однако вряд ли оно будет принято в течение ближайших месяцев и даже года. Это самая большая по объемам приращиваемых территорий заявка (из когда-либо рассматриваемых в Комиссии). Можно также отметить, что в 2014 г. успехом завершилась подача в ООН российской заявки по расширению границы на 52 тыс. км в Охотском море на Дальнем Востоке.

Ни инвестиций, ни технологий, ни оборудования.

Помимо низких цен на углеводородное сырье, развитие российских арктических нефтегазовых проектов заблокировано санкциями, введенными в отношении страны и отечественных добывающих компаний после событий вокруг Крыма. США и ЕС, ограничив сотрудничество в сфере добычи нефти, рассчитывали закрыть для России возможность добычи нефти на шельфе в целом и в Арктике в частности. В соответствии с санкциями, введенными против РФ, зарубежным компаниям запрещены работы по поиску и добыче нефти при глубинах моря свыше 500 футов (152 м) и работы на любых глубинах на российском арктическом шельфе. Поставленные барьеры должны были фактически закрыть это направление разведки и добычи, лишив российские компании товаров, технологий и услуг, которые необходимы им, чтобы выполнять подобные работы.

Главные партнеры «Роснефти» в деле освоения запасов Крайнего Севера – компании Exxon, Eni и Statoil – были вынуждены остановить свое участие в арктических проектах и прекратить их финансирование. Эксперты спорят о перспективах разработки и востребованности дорогих углеводородных ресурсов Арктики и морских месторождений в целом. Разведка и освоение углеводородных ресурсов российского шельфа потребуют весьма значительных затрат, несопоставимых с капиталовложениями в нефтегазовые проекты в других регионах. Большинство новых шельфовых проектов в текущих условиях нерентабельны, а введение санкций ставит под вопрос выполнение лицензионных обязательств «Роснефти» и «Газпрома».

Минприроды признает, что санкции серьезно сказались на деятельности компаний. Однако, по словам Донского, Россия не допустит остановки уже осуществляемых на российском шельфе и в Арктике проектов, а также срыва лицензионных соглашений. Министерство нацелено на активную работу с компаниями и собирается обсуждать с ними практические меры помощи на ближайшие два года. Согласно оценке ведомства, стоимость бурения одной поисковой скважины на континентальном шельфе в арктических условиях составляет сегодня от 350 до 700 млн рублей.

Иные цифры приводят эксперты. Так, по словам главы российского подразделения компании PGS Юрия Ампилова, стоимость бурения скважины в таких условиях достигает 200 млн долларов. Тогда как российским компаниям ограничен доступ к привлечению средств на международном финансовом рынке. «В условиях низких цен на нефть не скоро найдутся охотники потратить такие деньги. Поисковое и разведочное бурение в Арктике задерживается на много-много лет. В Баренцевом море у нас не пошел Штокман: одна из причин нерентабельная добыча. И это в условиях открытого, незамерзающего из-за Гольфстрима моря, для таких условий в мире есть все технологии для разработки. Совершено иная ситуация для моря Лаптевых, Восточно-Сибирского, Карского (исключая его прибрежную часть) морей. В мире нет таких технологий, не говоря уже о России», – утверждает эксперт. Кроме того, в арктических акваториях преобладают газовые запасы, сбыт которых сегодня проблематичен. В мире сейчас открывается очень много новых газовых месторождений и российским компаниям нужно подумать: где, на каких рынках они будут продавать свой арктический газ.

В начале 2016 г. «Газпром» провел День инвестора в Нью-Йорке. В планах «Газпрома» оптимизация затрат и переориентация инвестиционных потоков. В текущем году программа капиталовложений российской компании будет существенно сокращена и составит 842 млрд рублей (11 млрд долларов по текущему курсу) по сравнению с 1,083 трлн рублей (или 18 млрд долларов годом ранее). Морские проекты «Газпрома» в Арктике также переносятся в далекое будущее. Так, запуск Крузенштернского месторождения пока отсрочен с 2025-2026  на 2025-2029 годы; Каменномысского-море – с 2021-2023 на 2023-2028 годы; Северо-Каменномысского – с 2023-2025 на 2025-2030 годы.

Рентабельность разрабатываемого дочерней «Газпром нефть» месторождения Приразломное – единственного нефтяного проекта на шельфе российской Арктики – балансирует при ценах на нефть в 50-60 долларов за баррель. Запуск второго проекта компании в Печорском море по разработке соседнего Долгинского месторождения также уже перенесен в далекое будущее.  «Для России освоение шельфа – собственно континентального шельфа и территориального моря – может рассматриваться как источник углеводородного сырья лишь в долгосрочной перспективе, далеко за горизонтом 2030 г. Основной акцент здесь будет сделан на выявлении и разработке нефтяных месторождений, поскольку избыток газа на уже подготовленных месторождениях суши делает нецелесообразными инвестиции в ресурсы на шельфе», – утверждает Михаил Григорьев, директор компании «Гекон», член Научного совета Совбеза Российской  Федерации. Сегодня обе наши добывающие госкомпании, имеющие исключительное право на допуск к разведке и освоению российских морских месторождений, заняты в Арктике, по сути, исследованиями регионального этапа, в ходе которого устанавливается общая структура нефтегазоносных бассейнов, оцениваются их перспективы и определяются площади под последующую подготовку для поисково-разведочного бурения. Текущая неопределенность со строительством отечественных морских буровых мощностей и ограничение на использование западного оборудования и средств обеспечения позволяет предположить, что геологоразведочные гравимагнитные, сейсмические и схожие работы будут выполнены российскими организациями в срок и объемах, предусмотренных лицензиями, а вот проведение поисково-оценочного бурения (широкомасштабного, как ранее предполагалось) будет отложено.

Мария Кутузова