Хрупкое равновесие

Фото: saeediex / Shutterstock.com

Весть об итогах ежемесячного заседания министерского комитета расширенной группировки ОПЕК+ должна была прийти еще 4 января. Но она с опозданием просочилась на страницы мировых СМИ лишь двумя днями позже — в православно-рождественский сочельник. Праздник, мало что значащий для большинства членов альянса, но символизирующий многое для России. Прежде всего — небесное благословение нашим земным делам. РФ, а вместе с ней и соседний Казахстан, не захотели на сей раз последовать изначально-декабрьской задумке ОПЕК+ по ежемесячному, вплоть до весны, смягчению квотных ограничений на добычу силами всей группы — каждый раз на 500 тыс. баррелей в сутки. Но одно дело — не захотеть и просто уклониться как минимум на месяц, а другое — солидно и предметно обосновать это пожелание, побудив партнеров согласиться с его объективностью. И вот сегодня можно отметить с гордостью: энергетической дипломатии Москвы это удалось. Но были приняты во внимание и доводы крупных, влиятельных оппонентов нашей позиции.

ОПЕК+: трудный, но необходимый компромисс 

Москва и Нур-Султан признали, что сейчас, к сожалению, — не время для значительного повышения производства «черного золота». Но и ограничить его на жестком прежнем уровне мы тоже не хотим. А хотим, пусть понемногу, повышать планку нашего «скважинного дебета».

Еще год назад такие разногласия могли бы привести к всплеску ценовой войны между Кремлем и Эр-Риядом. Но ныне ничего подобного, к счастью, не произошло. Почему? Конструктивный опыт подсказал саудитам: воевать с Россией — себе же дороже станет. Пусть уж лучше русские и казахи увеличат добычу на каких-то 75 тысяч запрошенных ими баррелей в сутки, тем более что это — почти всемеро меньше отмененного альянсом полумиллионного рубежа. Ничего страшного! А тем временем само «королевство пустынь» проявит благородство — и снизит свое производство. Насколько? Как минимум на те же 75 тысяч, а то и больше! И, таким образом, в суммарном выражении весь клуб ОПЕК+ вновь предстанет перед энергопотребляющим миром в качестве вполне дееспособной и спаянной группировки. 

Но интереснее всего — согласитесь — другое: какие аргументы выдвигались Россией (и симпатизирующими ей Объединенными Арабскими Эмиратами) в интересах внутреннего, вызревавшего за кулисами обоснования столь нетрадиционного — качественно нового компромисса? Оказывается, главным доводом для продвижения нашей идеи небольшого, но ощутимого прироста добычи любой ценой был наиболее очевидный пункт. Если, мол, отказаться от стратегии ежемесячных увеличений как таковых, то ОПЕК+ начнет терять даже «сугубо свои» — казалось бы, устоявшиеся доли мирового рынка нефти. 

Всех нас, вместе взятых, просто вытеснят с торговых площадок «черного золота». Выдавят те, кому нет дела до согласованно-ответственного курса картеля и его преданных союзников по регламентируемому нефтеэкспорту. А именно — Соединенные Штаты, Норвегия, Мексика, Бразилия и другие независимые производители. И это — не говоря о тех бедствующих звеньях ОПЕК, которым сознательно сделаны «внутриблоковые поблажки», — Ливия, Венесуэла и т.д. А ведь они способны однажды (не исключено, что в 2021-м) «воспрять духом» на почве неожиданно-постконфликтного возрождения своей нефтянки и — соответственно — оживившегося «танкерного бума».

Александр Новак назвал это «новогодним подарком»

Возражая поначалу Москве и Нур-Султану с цифрами в руках, Эр-Рияд выступал, что называется, по существу, хотя в конце концов пошел нам в чем-то навстречу. И помог достичь пусть хрупкого и, быть может, недолгого, но зато столь нужного именно сегодня рыночного равновесия. 

Однако старт, повторяю, выдался очень непростым. «Вы что, не заметили, — недоумевали саудиты в кулуарах, — целую серию совершенно беспрецедентных и, более того, катастрофичных «локдаунов» в странах-импортерах, которые мы с вами не могли рельефно предвидеть еще месяц назад? Так как же можно игнорировать граничащие с паникой карантины в Японии, полицейские облавы в Британии, жандармские меры во Франции, намертво обезлюдившие улицы и площади в ФРГ, как и противоположно-митинговые сцены «пира во время чумы» по всему Евросоюзу?». И ведь все это, следует признать, — наиболее высокоразвитые экономики планеты.

Как справедливо отмечено на информационной ленте Fox News, тот фланг ОПЕК+, который на старте приготовлений к сессии спорил (хотя и не очень резко) с россиянами, — мотивировал свои взгляды весьма основательно. «Его лидеры были озабочены тем, что, если только ОПЕК+ поднимет добычу в тот час, когда пойдет новая стагнация спроса, — то дело развернется в обратном направлении — и начнется «затягивание поясов». То самое «ужатие», которое уже сказывалось на мировом предложении нефти в последние месяцы. Таким образом, это могло бы привести в итоге к обвалу цен на «черное золото».

Однако в итоге саудиты, переступив через опасения, все же отважились на частичные уступки в пользу Росси и Казахстана. Отважились, вероятно, ради сохранения единства в ОПЕК+. «Это, видимо, такой новогодний подарок, который нефтяному рынку сегодня преподнесен для того, чтобы снизить остатки более быстрыми темпами», — сказал Александр Новак на пресс-конференции после сессии. Итак, указал вице-премьер, Саудовская Аравия вносит очень большой и значительный вклад в процесс восстановления нормального уровня резервов нефти. Даже сиюминутные результаты этого видны невооруженным глазом. Так, североморская сместь Brent поднялась в первый же день после заседания на 0,92%, составив 54,03 за баррель. А ведь в последний раз цена этой марки превышала 54долл 26 февраля 2020 года. На 0,4% подорожала техасская бенчмарковая нефть WTI. Эти повышения не сенсационны; но они говорят о взаимосвязи между политикой ОПЕК+ и тенденцией, пусть и сравнительно слабой, к оздоровлению мирового рынка.

Что же касается предшествовавших достижению консенсуса споров, то давайте признаем: несовпадения чисто рыночных мотивов бывают банальны — и потому они преходящи. Привычны даже столкновения сторон в ходе объяснимой полемики, да еще в рядах столь широкого экспортного блока. Но чисто коммерческие споры — увы, далеко еще не все. Есть и геополитические «вещи куда пострашнее». И ведь они, к сожалению, тоже видны на горизонте в последние дни. Как говаривал еще в 1930-е годы «лучший друг советских писателей», речь теперь пойдет о «штучке посильнее «Фауста» Гете». 

Иран рассержен — и поднялся в полный рост

Еще недавно, минувшей осенью, звучавшие повсюду прогнозы «мозговых трестов» ТЭК на иранском направлении были однотипно-незатейливы. Все потенциальные нарушения международного эмбарго со стороны Тегерана сводились в комментариях прямо-таки к бытовой — купеческой простоте — предсказаниям растущей нефтяной контрабанды.

Да-да, СМИ на Атлантике пророчили одно и то же: все больше танкеров с иранской нефтью будут — разными способами — прорываться по Индийскому океану за рубеж. Пробиваться, иными словами, сквозь цепи эмбарго США. Оказалось, однако, что решимость «режима мулл» утереть нос «вековому сатанинскому противнику» набрала под Новый Год не только танкерные, но и куда более опасные обороты. Запахло войной. А ведь предрекалось, будто в Тегеране все будут «сидеть тише воды и ниже травы» в ожидании главной вести из Штатов. А именно того, что г-н Байден, заступив в январе на пост, выполнит обязательство: вернуть сверхдержаву к ближневосточному курсу Барака Обамы и примириться с 80-миллионной Исламской Республикой. То есть повторно вступить в односторонне разорванную Дональдом Трампом ядерную сделку 2015 года. И заново подключить США к «Всеобъемлющему плану» нормализации отношений с Ираном наряду с такими приверженцами этой программы, как Россия, Китай, Британия, Франция и Германия. Однако все, что творит регионально-шиитская держава в последние дни, — обрывает эти ожидания, можно сказать, на корню. Байден наверняка — в растерянности.

Вспышка иранской ярости от Каспия до Ормуза, выстраданная не только американской блокадой, но и государственно-политическим террором против Тегерана в преступном формате убийств ведущих персоналий ядерной науки и госбезопасности, не знает пределов. Впечатление таково, будто потомкам Персидского царства, грубо говоря, уже наплевать: намечают ли заокеанские демократы ослаблять вражду или нет. Грохочущие демарши Тегерана, увы, «снижают шанс на то, что избранный президентом США Джо Байден сможет оправдать свой возврат в русло ядерной сделки с Ираном, что было обещано тем же Байденом», — пишет вовсе не новичок в мировой энергополитической тематике. Это и впрямь один из ведущих экспертов по углеводородному ТЭК: старший аналитик The PRICE Futures Group и постоянный автор статей для информационной сети Fox Business — Фил Флинн. Какие же, интересно, действия Ирана приводит он в пример?

Прежде всего, от угрозы достичь более высокой планки обогащения урана Исламская Республика перешла к вполне конкретным шагам. На подземном ядерном заводе Fordow, что к югу от столицы страны, ученые-атомщики уже приступили на днях к получению урана подлинно высокообогащенного — до 20-процентного уровня! Дабы заведомо, еще несколько лет назад, отговорить Иран от этого, Евросоюз обещал создать (взамен сломанных Вашингтоном долларовых механизмов) собственную схему безболезненных для Тегерана расчетов по любым инвестиционным и экспортно-импортным операциям. Да, это было бы вдвойне актуально в условиях надвинувшейся пандемийной угрозы. Да и — добавим — угрозы продовольственного краха в том же Иране, когда ему жизненно необходимы не только продукты фармацевтики, но и огромные объемы привозных кормов для животноводства. Но вот — на глазах у ЕС — минуло два роковых года в тисках жесточайшего эмбарго, — и что же?

Месть не только в региональном масштабе

К сожалению, брюссельский локомотив не смог ничего компенсировать загнанному в угол ближневосточному партнеру. Так стоит ли удивляться тому, что в пещерных лабиринтах с истинным фанатизмом возобновилась работа, последствия которой непредсказуемы; а ведут ее ученики тех, кто был застрелен недавно роботами-убийцами, управляемыми из космоса?!

Как напоминает г-н Флинн, «парламент Ирана голосовал за уничтожение Израиля». Но что в этом нового? О противоправной тенденции в «шиитских недрах» мы осведомлены, можно сказать, сто лет. Однако зато есть события посвежее и поконкретнее. Вот, например, арест иранцами южнокорейского танкера с фактическим захватом в заложники экипажа сеульских моряков. Но разве не Южная Корея, что так же возмутительно, заморозила в своих банках многомиллиардные счета, законно принадлежащие Исламской Республике? Хорошенькое, доложу я вам, дельце: Тегерану не на что купить лекарства и запчасти для своих НПЗ, а тем временем ТЭК тихоокеанского «тигра» может запросто покупать там дешевое «черное золото». Нет, уважаемый читатель, вы только не подумайте, что нам должны быть по нраву захваты кого-либо в плен и абордажные операции в пиратском стиле. Это мы как раз осуждаем. Но не осознать корней и первопричин происходящего было бы ошибкой.

Или еще один пример. Не только на базах США на Тигре и Евфрате, но и возле посольства под звездно-полосатым флагом в Багдаде возобновились подозрительные «падения» неких ракет, которые, к счастью, никого не убили и не ранили своими взрывами(!). Зато президент Трамп всякий раз клятвенно угрожает Ирану тотальным возмездием за подобные налеты. Но разве не может быть так, что в столь турбулентном регионе, и без того известном своим обилием самых изощренных и «многослойных» провокаций, нашелся какой-нибудь другой игрок, горящий желанием бросить еще более густую тень на Исламскую Республику?

Новое правительство Йемена, годами страдавшего от кровопролитной и разорительной гражданской войны, едва прибыв на борту авиалайнера в родной город-порт Аден из Саудовской Аравии, попало под обстрел прямо в аэропорту. Не обошлось без многих жертв. А те, кто выжил и был доставлен автоколонной к президентскому дворцу, нарвались там на адские взрывы мин. И снова — убитые и раненые. Вот вам и «перспективы нормализации танкерного судоходства» в узком Баб-эль-Мандебском проливе. О чем это говорит аудитории «Нефтянки», как и всем адекватным читателям, которые не больны отклонениями в духе антииранских фобий? Говорит как минимум об одном: гражданская война с шиитскими племенами хути, что бы на Западе ни утверждали, отнюдь не окончена и даже не приглушена. Она по-прежнему полыхает. А вот Белый дом пытается убедить нас в обратном. Мол, вообще-то в Йемене уже царят тишь да гладь; и все готово, благодаря г-ну Трампу, для плодотворной деятельности новой — «привозной» власти. Но вот досада: некий просочившийся туда иранский спецагент снова нажал на кнопку(!). 

Ну и чему нам завидовать?

Спросите у российского политолога любой ( то есть не обязательно лояльно-кремлевской) школы: что ас больше всего тревожит на старте года на беспокойном пространстве от Каспия до Персидского залива? В ответ несомненно прозвучит: конечно, Иран.

На Западе, однако, хотят «пришить» Москве совсем иную манию. Она-то, мол, и должна нас круто «ломать и корежить», будто в припадке похмелья. Дескать, до Ирана нам, «провинциалам», очень далеко. Поэтому на деле капитаны энергетики и внешней политики России мучаются сегодня совсем другим. В прибрежном поселке Мелендуньо на адриатическом побережье Италии получена первая коммерческая поставка природного газа из пост-советского Азербайджана. Вот что якобы стало кошмаром для российских стратегов обеспечения Евросоюза энергией с востока и достижения — в своих же «эгоистичных интересах» — континентального энергобаланса на свой лад.

Что ж, азербайджанское «голубое топливо» и впрямь идет на Апеннины по 3500-километровому маршруту с каспийской шельфовой кладовой Шах-Дениз. Иными словами, газ пришел по трем «взаимовытекающим» участкам артерии, связавшей Закавказье с Западной Европой. Это, во-первых, — то, что именуется продлением Южнокавказской трубопроводной системы от Баку до входа в турецкую транзитную сеть (SCPX). Далее, это Трансанатолийский трубопровод TANAP. И, наконец, в-третьих, — это Трансадриатический трубопровод ТАР. Взятые вместе, эти «слитые воедино» пути с востока на запад представляют собой Южный газовый коридор. 6 млрд кубометров газа из этого топливно-сырьевого потока будет брать для своих нужд — в течение четверти века — Турция, а еще 10 миллиардов — страны ЕС. Точнее говоря, 2 миллиарда получат Греция и Болгария, а остальное возьмут итальянцы. 

Приведенные цифры не назовешь фантастическими. Так, «Турецкому потоку» из Анапы они явно уступают. Но такова уж добычная мощность Шах-Дениза; и мы в любом случае поздравляем авторов и создателей нового энергомаршрута, призванного дать Старому Свету больший объем не только чисто физических величин, но и реальной диверсификации поставок. Хотя, конечно, само первенство «Газпрома» в обеспечении Европы «голубым топливом» остается непоколебимым. Если в целом 40% потребностей ЕС в газе покрывается импортом, то ¾ названных поставок — из Сибири. И ведь это — не считая почетного места РФ в продажах СПГ. Если Катар продает европейцам 28% необходимой им «сжиженной топливной субстанции», то Россия — 20%, что превышает 16-процентную долю поставщиков из США. Кстати, бесспорен для континента и сегмент российской нефти. В общем потоке привозного «черного золота» 30% приходится опять-таки на Россию.

С учетом этих цифр еще удивительнее: откуда взялось обилие мрачных (якобы для Кремля) газетных «шапок» по случаю пуска Южного коридора? Стоит перелистать иные статьи — и возникает паническое ощущение: мы пропали! Самый спокойный заголовок дает Forbes: «Плохая новость для РФ, поскольку газ Азербайджана подается теперь в Европу». Но чем плоха для нас эта весть? Разве не участвует в освоении Шах-Дениза капитал из России? Так что пуск общерегиональной трассы — доброе и для нас событие. Далее, если бы нам были противопоказаны те энергетические артерии с Каспия, которые пролегают за пределами РФ, — то разве настояла бы Москва два года назад на принятии Конвенции о статусе Седого Хвалынского моря в Актау? Ведь суть документа — право любого государства-подписанта распоряжаться природными богатствами для каких бы то ни было хозяйственно-сырьевых программ. И, наконец, в-третьих: разве не доказало окончание (при весомом вкладе Кремля) армяно-азербайджанского конфликта, что возобновление — в долгожданных условиях мира — главного (для Баку) внешнеэкономического проекта, то есть SCPX-TANAP-TAP, тоже не противоречат целям России? 

Одним словом, — в добрый путь, дорогие азербайджанские экспортеры! Но что, если в один прекрасный день выявятся дополнительные шансы Южного газового коридора и появляющихся на его протяженности «веерных хабов»? Что, если они вольют в «двигатель» Единой Европы еще и будущие потоки сухого и сжиженного газа из системы The East Med? Скажу вам прямо: коль скоро ресурсы израильского, кипрского и египетского шельфа призваны со временем подключиться к энергоснабжению индустриально-бумирующего материка, — то и этому мы будем рады. Да и вообще: разве похожи россияне на скрежещущих зубами антиподов равноправно-международного диалога, подмечающих своим недобрым пристально-зхмурым взором все на свете кроме стрельбы с убитыми и ранеными в вашингтонском Капитолии?!

«Зажрались. Поэтому поставим на место»

«30% литовского бюджета формируют наши грузопотоки через Литву. Что еще надо? Зажрались. Поэтому поставим на место», — твердо пообещал президент Белоруссии Александр Лукашенко. Пообещал после того, как Вильнюс пригрозил белорусам санкциями за грамотный (без расстрелов, танков и напрасно ожидавшейся на Западе общенациональной истерии) срыв попытки госпереворота на минской реке Свислочь.

И вот суверенный член ЕАЭС уже может начать экспорт нефтепродуктов не через литовские, а через российские порты, заявил вице-премьер РФ Александр Новак. «На мой взгляд, — заявил он в интервью телеканалу РБК, — 2011 год — это вполне реальные сроки, когда можно начать уже». В середине декабря британская «дочка» минской нефтяной компании BNK (UK) Ltd прервала перевалку горючего и смазочных материалов через Клайпедский госпорт порт Литвы. Ощутимо ли это для названной балтийской гавани? Как отмечает «Sputnik Литва», годовой грузооборот в порту составляет около 40 млн тонн. Из них 8 млн тонн приходится на калийные удобрения, поставляемые из Белоруссии по железной дороге, и около 4-5 млн тонн — на нефтепродукты. В общем, как ни крути, — целая треть тоннажа!

Обрыв этого потока и, тем более, лишение транзитера его преимуществ сравнимы — для стойкого, но не в меру заносчивого «оловянного солдатика НАТО» — с огромной и вряд ли компенсируемой финансовой утратой. А ведь Литва, уже лишенная ¼ населения из-за провально-псевдорыночного витка и эмиграции последней четверти века, не может себе позволить (если бы ее кабинет был ответственным в социальном смысле) рвать связи со здоровыми организмами соседей. Нельзя же на Немане, в конце концов, уподобляться днепровским горе-идеологам. Это они твердят, что истинно демократическая власть — не та, что старается улучшить жизнь гражданам на местах, а та, что позволяет им массово хлопать дверью отчего дома и, мрачно выругавшись, покидать его в поисках «завидной участи» (главным образом, разнорабочих и полотеров) где-нибудь за рубежом. Вот уж бездари, право слово… 

…Александр Новак, кстати, упоминал о том, что в Москве обсуждается перенаправление 4-6 млн тонн белорусских нефтепродуктов в гавани РФ — взамен традиционно-литовского маршрута. «У нас на сегодня есть свободные мощности морских портов по перевалке нефтепродуктов, — отмечал он на фоне первых вспышек блокадного синдрома против Минска. — Если создать взаимовыгодные экономические условия, можно было бы с нашими белорусскими коллегами загружать в большей степени российские порты». 

Обойтись без «корчмы на литовской границе»

Речь, прежде всего, — о северо-западных транспортных узлах на побережье РФ — Приморске, Санкт-Петербурге и Усть-Луге. Не бездействовала тем временем и сеть железных дорог РФ. До конца 2025-го РЖД дали скидку в объеме 50% на вывоз грузов белорусского даунстрима через Россию и возврат порожняка. 

Емкость наших портов «позволяет забрать весь объем нефтепродуктов, который производит Республика Беларусь. Итак, если дополнительные решения будут приняты, то железные дороги России будут готовы это обеспечить по хорошей цене и с хорошим качеством», — говорил в октябре заместитель гендиректора РЖД Алексей Шило. По его словам, компания готова перевезти около 6 млн тонн транзита с белорусских НПЗ. Что, собственно, и требовалось доказать.

И, наконец, еще одно преимущество новой схемы экспорта. Используя интеграционные плюсы Союзного государства, Минск может с выгодой войти в экономику российского северо-запада. Выступая 21 декабря в эфире «Беларусь 1», губернатор Ленинградской области Алексей Дрозденко сказал: структуры, занятые регионально-портовым бизнесом, готовы устанавливать гибкие тарифы для белорусских грузов. Более того, по данным РБК, он пригласил компании Белоруссии стать акционерами портов, сооружаемых в регионе. «Есть строящиеся портовые мощности, где можно войти в том числе в состав акционеров, соакционеров, соинвесторов — и… в рамках партнерства определять все составляющие тарифа», — подчеркнул Дрозденко. 

Добавить к сказанному остается немного. Как бы ни отрицали это глубокомысленные политологи известной школы, но действительно мудрые кремлевские предупреждения на сей счет мы с вами слышали давным-давно. «Еще в 2017 году… Владимир Путин предлагал обязать белорусские НПЗ, которые получали российскую нефть без пошлины, использовать российские порты и железную дорогу для экспорта нефтепродуктов, — отмечено в той же публикации. — Но тогда белорусская сторона посчитала такое предложение невыгодным по сравнению с перевалкой в странах Прибалтики».

Что ж, время берет свое. Александр Сергеевич Пушкин как в воду глядел, сделав образным ключом к осознанию великой исторической драмы «сцену в корчме на литовской границе». Сколько бы Гришек Отрепьевых или Марин Мнишек ни пересекали этот рубеж под видом Лжедмитрия или Светланы Тихановской, — а новые пути, маршруты и нестандартно-творческие выходы из любой западни у нас все равно найдутся вопреки любым перебежчикам. 

Павел Богомолов