Прогноз на 2020-е

Фото: shutterstock.com

Китай обгонит Соединенные Штаты по объему своего ВВП в 2028-м. Это предвидят авторы доклада, вышедшего недавно из кабинетов самого авторитетного в таких вопросах «мозгового треста» планеты. Речь — о Centre for Economics and Business Research (CEBR). Центр долгосрочного прогнозирования выступил, таким образом, с важным заявлением. Оно ощутимо меняет наши взгляды на то, каким явится — для геополитики — новое 10-летие, начавшееся под перезвон хрустальных бокалов. Теперь уже ясно, что еще до финала 2020-х уверенная в своих силах Поднебесная станет ведущей экономической державой. Т.е. произойдет это, поясняет в своем сообщении Reuters, не в 2033 году, как повсюду считалось до сих пор, а на целых пять лет раньше! Между прочим, наиболее действенным инструментом для подобных подсчетов стал анализ моделей и темпов предполагаемого выхода КНР и США из пандемийной полосы COVID-19.

Пандемия как… барометр для предсказаний

Еще недавно проверки здоровья и наметки перспектив национальных хозяйственных организмов производились традиционными способами. То есть «в течение некоторого времени, — сказано в докладе, — самодовлеющей темой в ходе оценки глобальной экономики» оставалась привычная сверка зигзагов «экономической и мягко-силовой войны между США и Китаем».

Но вот появился еще один чуткий исследовательский прибор. Это стрелка, указывающая на то, успешно ли противодействует та или иная макросистема хозяйствования коронавирусу. И ведь от сказанного, причем на годы вперед, и впрямь зависят важнейшие параметры развития тех или иных стран. Так вот, «пандемия COVID-19 и вызванное ею выпадание» звеньев из рутинной экономической тенденции «определенно развернули соперничество двух гигантов на берегах Тихого океана в пользу Китая». «Умелый китайский менеджмент в обуздании пандемии» с помощью строжайшего «локдауна» на ранней стадии, а также нанесенные эпидемией удары по долгосрочному росту на Западе, как продолжает CEBR, символизируют собою очень многое.

В первую очередь имеется в виду то, что «улучшилось исполнительское мастерство» в управлении экономикой КНР. Вот почему ведущий локомотив постиндустриальной Азии имеет все шансы на обеспечение 5,7-процентных темпов ежегодного увеличения ВВП в течение всего периода 2021–2025 годов. Лишь позднее, на отрезке 2026–2030 гг,, это продвижение замедлится. Но торможение не станет роковым. Рост экономики пойдет в Поднебесной с вполне приличной скоростью — 4,5% в год. А вот в Соединенных Штатах оптимистичное «пост-пандемийное» оживление ограничится, по прогнозу экспертов, всего одним 2021 годом. А дальше, в период с 2022 до 2024 гг., рост в Америке замедлится до 1,9%. Позднее, т.е. начиная с 2025-го, этот решающий показатель забуксует еще безнадежнее — примерно до 1,6%.

Грядущий прорыв Китая к экономическому лидерству и оттеснение США на второе место — это не просто перемена мест слагаемых. Может возникнуть серьезная угроза глобальному балансу сил в целом. И, если только в одной из двух названных стран прорвутся к власти радикально настроенные глашатаи «планетарной гегемонии», то дело будет плохо. Окончательно свести счеты с ведущим соперником американцы (или китайцы) наверняка попытаются благодаря единственному все еще доступному резерву — отказу от расходов (триллионных) на экологию. И тогда фатальная беда постигнет всех землян.

«Парниковый эффект» пока не преодолен

Загрязнение атмосферы, вызванное невероятными по объемам газовыми выбросами в КНР и США, уже угрожает стать и вовсе кошмарным. И это — несмотря на частичные успехи в реализации Парижского соглашения о климате. Успехи — успехами, а среднеатмосферная температура планеты все больше рискует, из-за плотного слоя СО2, подняться в XXI веке не на 2 градуса (как предписано названным документом), а на 3 градуса по Цельсию.

Непосвященным это покажется чепухой. Подумаешь, мол, — всего один градус разницы! А на самом деле человечество вот-вот пересечет невидимые грани той чудесной погодной «вилки», в которой только и могла возникнуть и развиться наша цивилизация — мир Homo sapiens. Это не произошло бы ни в условиях более холодных, ни в более теплых, чем тот баланс температур, который царил на Земном шаре тысячелетиями. Зловещие признаки взлома хрупкого равновесия уже видны. Они мелькают везде: от ледников Туэйта и Соснового острова в Антарктике до канадского ледового «шельфа Милна». Последние буферные зоны на пути климатических катастроф уже пробиты невиданными бурями, демоническими пожарами и экстремальной жарой. 

Угроза для самой человеческой жизни становится кое-где смертельной, так что политические потрясения тоже последуют непременно. Завтрашнее превращение значительной части Индостана в безводную пустыню вытеснит оттуда сотни миллионов жителей. Мигранты-нелегалы из Латинской Америки двинутся небывалыми массами на север, главным образом, не потому, что в США предоставляется больше хорошо оплачиваемых рабочих мест, строится больше комфортабельного жилья и открывается больше торговых центров. Отчаявшиеся hispanos хлынут к концу XXI века в регион за Рио-Гранде в большинстве своем потому, что через несколько десятилетий они перестанут узнавать родные места. По набережным южноамериканских мегаполисов будет гулять океан, а ураганы станут просто чудовищными…

…Хуже всего то, что в преддверии всего этого, т.е. в годы власти Дональда Трампа, почти не осталось надежд на то, что, при любых спорах с Пекином, Вашингтон удержит в покое и согласии хотя бы один-единственный пласт двусторонних отношений — природоохранный. Напротив, даже на пике нынешнего конфликта с демократами сердитый республиканец повторял: следует взломать даже экологические обязательства, связывающие Америку с Китаем. Недаром ведущий экономический советник Трампа — Питер Наварро — цитировал ключевое высказывание босса: «Что касается Пекина, то все мы — в обеих партиях — должны быть антикитайскими ястребами». Готовность обоих лагерей под сводами Капитолия жертвовать ради победы над Поднебесной чем угодно, в том числе соглашениями и договоренностями по климату, — вот что проповедовалось Трампом… К счастью, шанс отойти от этой опасной черты «экологического безумия» на двусторонней площадке США-КНР все же обозначился сейчас — в канун инаугурации Джо Байдена.

Отделить борьбу за климат от американо-китайской вражды!

«Если Соединенные Штаты и Китай, — пишет гонконгская South China Morning Post, — не найдут способ работать вместе над самой неотложной проблемой нашего времени, то станет почти невозможным избежать сценария катастрофы». 

«Обязательства по предотвращению перемены климата не должны вообще быть связаны со спорными вопросами в американо-китайских отношениях, — продолжает газета. — Эти вопросы призваны решаться отдельно — как бы на параллельном курсе». Между прочим, Байден намекнул, причем прозрачно, на то, что этой темой займутся в Вашингтоне не антипекинские «ястребы». Будут — как раз наоборот — задействованы те миролюбивые функционеры высокого ранга, которых в Поднебесной считают достойными и солидными партнерами по диалогу. Недаром представителем президента-демократа по международным проблемам, связанным с климатом, назначен известный китайцам с наилучшей стороны Джон Керри — бывший госсекретарь США. 

Следуя известной с 1970-х «дипломатии пинг-понга», американцы ждут сходной кадровой подвижки в пекинском госаппарате. Словом, надеются на то, что и Си Цзиньпин назначит на высший «природоохранно-диалоговый» пост максимально приближенного к себе деятеля. При этом считается, что этот политназначенец, как и Керри, не станет «втискивать» в тесную канву экологической повестки всю массу военно-политических разногласий между двумя сверхдержавами. Ни Керри, ни его пекинский «визави» не должны пытаться, контролируя выполнение Парижского соглашения и двусторонних договоренностей по климату, «растекаться мысью по чреватому вселенской бедой древу» новой «холодной войны». То есть им не следует разменивать особые — общечеловеческие вопросы на такие якобы не относящиеся к делу полосы препятствий, как конфликтная ситуация на нефтегазоносном шельфе Южно-Китайского моря или, скажем, рецидивы торговых столкновений.

Мировые СМИ сравнивают нынешний момент в обостренном американо-китайском противоборстве с эпохой Леонида Брежнева и Ричарда Никсона в отношениях между СССР и США. Тогда (подобно сегодняшней грызне между Вашингтоном и Пекином) на советско-американской площадке» все под ногами, казалось, горело ясным пламенем. Полыхали Ближний Восток и Южная Америка, содрогалась в зловещей череде вооруженных конфликтов Африка, тлел «пост-пражский синдром» на просторах диссидентствовавшей Восточной Европы, угрожала гуманитарно-антикоммунистическим взрывом «третья корзина Хельсинки», а впереди уже маячила афганская трагедия. Но уроженец Днепропетровска и потенциальный «антигерой» Уотергейтского скандала мудро взяли — и отложили все это на время в сторону ради главного. Т.е. ради сдерживания всепоглощающей гонки ракетно-ядерных вооружений. Словно чудом пошла невиданная серия договоров по ПРО, а затем по СНВ. 

Точно так же, как резонно советуют сегодня патриархи политологии в Соединенных Штатах, Байдену следует сделать первый шаг в выводе из тупика американо-китайского диалога. Шаг по спасению климата Земли. Для этого надо сдвинуть в сторону все остальные ссоры с задымленным своими «грязными производствами», но зато мускулисто-несговорчивым Пекином. 

Пусть уж лучше каскады ГЭС, чем новые ТЭС

В ноябре 2020-го КНР объявила о предстоящем создании крупного гидроэнергетического комплекса в верховьях Брахмапутры, что в итоге, пробившись сквозь отроги Гималаев, несет огромные объемы влаги к Индии. Правда, на кантонском наречии эта водная артерия зовется Ярлун Цангпо.

Новая ГЭС призвана давать мощность вырабатываемой электроэнергии на уровне 60 гигаватт. Это втрое больше, чем объем генерации на знаменитой плотине «Три хребта» в глубине Китая. Электричество нужно Поднебесной, можно сказать, позарез. Будучи крупнейшим потребителем света на Земле и обладая 20% населения планеты, страна имеет лишь 1/3 от среднемировой площади пахотных территорий (в пересчете на каждого жителя) и всего 0,7% доступной пресной воды. Ясно, что в таких условиях гидроэнергетический бум способен дать Китаю и половодье электрического тока, и спасительную для АПК гладь безбрежных водохранилищ. Из 29 необходимых республике ГЭС уже построено 20.

Но вот беда: наряду с тревогами соседней Индии, рассматривающей эту программу с подозрительностью, резко критиковать Пекин за «строительную лихорадку» на реках начинает (как бы в знак солидарности с Дели) еще и далекий от Юго-Восточной Азии Вашингтон. Это, кстати, ему «не впервой». Целые программы региональных турне госсекретаря США Майка Помпео по просторам ЮВА были посвящены канонаде проклятий в адрес создателей ГЭС в верховьях другой реки — Меконга. Они, мол, нацелены на то, чтобы задушить (посредством регулирования водосброса) экономики Вьетнама, Камбоджи, Лаоса, Таиланда и Бирмы. А теперь, мол, пострадает еще и весь Южноазиатский субконтинент(!). Не пора ли Белому дому, как говорилось выше, отложить в сторону каскады подобных нападок? Да и спрашивается: чем экологическое воздействие китайских плотин хуже, чем «парниковый эффект» от идущих в КНР партий австралийского угля, американского и катарского СПГ, африканской нефти? Смешно сказать, право слово…

…Смешно тем более, что одновременно и сильно мешают наиболее острые пункты продолжающейся американо-китайской дуэли. Они ведь напоминают о себе то и дело. Да, напоминают, причем не в последнюю очередь из-за того, что у Байдена и Си Цзиньпина — разные циклы властных полномочий. Если первому из них отведено — по конституции США — всего 4 года, то второму, быть может, вся жизнь. Отсюда и разные резервы времени, и несовпадение стратегий. Поэтому, если стычки между Пекином и Вашингтоном слишком накалятся (чего следует избегать), то времени для подлинно согласованных шагов по климату в рамках первой половины 2020-х гг. просто не останется.

С другой стороны, усыпить бдительность обеих сторон может замедление мирового экономического молоха и более слабое, чем еще вчера, загрязнение атмосферы. Меньше дымят заводские трубы, реже летают лайнеры, падает километраж автомобилей. По итогам ушедшего года выбросы снизились, по сравнению с 2019-м, на целых 7%. Но едва сработают, наконец, вакцины против COVID-19, — и спрос на углеводороды возродится, не так ли? Скорее всего, он останется неплохим для нефтяников и газовиков как минимум до 2030 года. В лучшем случае лишь тогда скажутся результаты экологических преобразований, анонсируемых нынче как Байденом, так и, представьте себе, Си Цзиньпином. Если, конечно, эти реформы станут явью, и не растворятся в дыму какого-нибудь непредвиденного пока глобального конфликта.

Идем далее вниз по списку… 

Третьей крупнейшей экономикой мира еще долго будет оставаться японская. Только в начале 2030-х ее обгонит Индия. Что, между прочим, возымеет косвенный эффект в отношении Германии, которой придется сдвинуться на пятое место в глобальной «табели о рангах».

В свою очередь, Великобритания будет вынуждена отойти, самое позднее в 2024 году, на шестую ступень. Да и то, если она успешно справится с непредсказуемыми последствиями «брекзита». Быть может, единственным утешением для Лондона станет то, что к 2035-му «туманный Альбион» значительно «обставит» свою многовековую соперницу на континенте — Францию. Обставит ее ориентировочно на 23%. Благодаря чему? Англичане сильно обгоняют французов в процессе, который определяет сегодня ключевые контуры завтрашнего дня планеты. Это, конечно, — цифровизация промышленности, агроиндустриальной сферы, транспорта и «коммуналки».

Сегодня, если взять весь хозяйственный организм Европы суммарно, то он возглавляет своим объединенным потенциалом список 10 ведущих экономик мира. Еще бы, в совокупности члены ЕС производят 19% всей массы товаров и услуг. Но это, увы, не будет продолжаться вечно. К 2035 году приведенная выше цифра упадет до 12% или еще ниже. Ускорится инфляция, возрастут ставки кредита. Смягчать это следует заранее — сейчас. И, надо сказать, автор Обозрения видит не так уже много стратегически пригодных методов для надежной «самостраховки» ЕС на предстоящее десятилетие. Единственный реальный способ — возродить, вопреки вашингтонскому диктату и санкциям, тесное сотрудничество с востоком континента. Прежде всего, сотрудничества энергетического — хотя бы до 2040-х годов, когда хозяйственная панорама Старого Света должна будет (как предвидится) экологически «зазеленеть». 

Кстати, «топливно-неисчерпаемый» восток континента — это, главным образом, Россия. О ней в прогнозе CEBR сказано нечто важное. Нет, это не то, о чем мы знаем давно, — не гарантированно-позитивное будущее нашей страны: оставаться и впредь на солидном месте в первой десятке мировых экономик. В конце концов, это уже стало константой и для друзей, и для недругов Москвы. И, между прочим, социально-экономические сбои года пандемии хотя нам и неприятны, но не страшны в долгосрочной перспективе. Пусть окончательная статистика 2020-го (а она уже не за горами) рассудит, кто прав: Алексей Кудрин с его оценкой 4,5-процентного падения нашего ВВП, или Минэкономразвития с его 3,9-процентной планкой. Ведь в любом случае мы знаем: со следующего года дела начнут выправляться. Если в течение 2020-х не произойдет ничего экстраординарного, — хозяйственное оздоровление и эволюция РФ возымеют все шансы стать необратимыми. 

Но зато другая мысль в докладе CEBR звучит свежо. Это — оправданное, причем впервые обнародованное на международном уровне ожидание более длительного плана: Россия — одна из немногих стран, способных не только проиграть, но и в чем-то даже выиграть от глобального потепления. С одной стороны, вместе с другими россияне пострадают от коварных, в основном погодных, сюрпризов климатического коллапса; и в противодействии ему мы должны выполнять Парижское соглашение. Но ни один из мегаполисов РФ не уйдет под воду. Отступление вечной мерзлоты на Крайний Север, сказано в прогнозном докладе, с годами прибавит нам вполне пригодных (в т.ч. для сельского хозяйства и капитального строительства) земель. Много земель!

Кое-кому это не по нраву. В беспочвенной обструкции репрессируются наши арктические, в основном топливно-сырьевые, проекты. Интригами накалены Балтика, Черное, Баренцево моря. А ведь на деле замах еще шире: не дать XXI веку стать российским во всех смыслах — ресурсном, научном, образовательном, культурном и, конечно, экономическом! Когда-то такими прогнозами — сначала смутно, а затем все четче — делились Нострадамус, Ванга, другие прорицатели. Ныне на сей счет все позитивнее высказываются еще и ученые-климатологи. Стерпеть это нет сил у оппонентов Кремля. 

Вместо топливной гармонии — какофония! 

Запуск артерии с российским газом в Сербии — вот что стало главным событием в хронике европейского ТЭК 1 января. Там, в населенном пункте Господжинци под Нови-Садом, был, таким образом, задан тон всему содержанию топливно-энергетического противоборства в Европе на 2021 год. Противоборства между здравым смыслом и геополитической злобой, не имеющей ничего общего с подлинной конкуренцией.

Пущенный год назад от Анапы до Босфора «Турецкий поток» получил свое органичное продолжение. Через территорию Болгарии (где странным образом все еще не достроены компрессорные станции, призванные вывести трассу на полную мощность) газопровод пришел в Сербию. И теперь он по праву назван, причем не только в Белграде, Балканским потоком. Ибо беспрецедентным (а, главное, идущим в обход все более бандеровской во всех смыслах Украины) транспортно-сетевым проектом охвачен уже целый регион, считавшийся когда-то «пороховой бочкой» Старого Света. Наряду с Сербией, получила «голубое топливо» Сибири Босния и Герцеговина. Получит его и Будапешт, считавшийся некогда второй столицей Австро-Венгерской империи, не склонной делиться с «проклятыми сербами» не то что газом, а и вообще ничем. Кстати, в конце концов именно австрийский газовый хаб, крупнейший «топливный перекресток» такого типа во всем Евросоюзе, как раз и станет конечным получателем транс- балканской доли российского сырья, доставляемого по новой артерии.

Тем самым (если позволить себе литературную параллель) окончательно повиснет в морозном воздухе исторический клич бравого солдата Швейка, размахивавшего костылем в инвалидной коляске с бессмертным призывом великого сатирика Ярослава Гашека: «На Белград!». Как же все-таки хорошо, что кампания 1990-х по переименованию московских улиц обошла стороной хотя бы улицу Гашека…

… «Сербия стала намного богаче после подключения газа, — с полным на то основанием заявил с трибуны Четвертой газоизмерительной станции (ГИС-4) президент славянской страны Александр Вучич. — Цена за 1 тыс. кубометров будет 155 долл на входе из Болгарии, плюс от 12 до 14 долл транспортных расходов в нашей сети. Ранее это было 240 долл… Спасибо президенту России!». «Сербия станет еще привлекательнее для инвестиций и транзитной страной, что дает больше возможностей», — сказал в свою очередь посол РФ Александр Боцан-Харченко. А глава компании «Сербиягаз» Душан Баятович добавил, что республика по сути выполнила все требования ЕС при создании газопровода. Вот вам и цена высосанным из пальца претензиям клеветников и их попыткам отыскать что-либо криминальное на протяженности сербского участка (403 км). Ничего страшного, уверяю, не смогут они найти и в составе безукоризненной топливно-сырьевой субстанции, ежегодный объем которой, согласно проекту, должен составлять 13,9 млрд кубометров газа.

Между прочим, столь же праздничным могло стать топливное Новогодье и на балтийском побережье ФРГ. 28 декабря агентство DPA, сославшись на оператора строительства газовой трассы в Янтарном море — Nord Stream 2 AG, сообщило нечто важное. Работы по созданию участка трубопровода «Северный поток-2» длиной 2,6 км в исключительной экономической зоне Германии были завершены. Как ожидается, в середине января прокладка артерии пойдет уже в датских водах. Баржа «Фортуна», взаимодействуя с судами «Мурман» и «Балтийский исследователь», подотчетными Морской спасательной службе РФ, готова выполнить свои задачи. Беда лишь в том, что все это могло — по замыслу авторов главной энергетической инициативы на континенте, произойти и год, и два года назад, если бы не… происки из-за океана. И ведь нарастают они вопреки превращению политической панорамы самого же Вашингтона в карикатуру и, более того, в гротеск с «сенаторскими бунтами» и оспариванием итогов ноябрьских выборов в США в условиях утрированно-масочного режима, да и потасовок под сводами Капитолия. 

Эпилог невесел

1 января вступил в силу американский закон об оборонном бюджете на 2021 год, фиксирующий превращение и «Турецкого потока», и «Северного потока-2» в… военные угрозы Соединенным Штатам! Да в своем ли они уме? Под связанные с балтийским маршрутом ограничения попадут любые (в т.ч. работающие за тысячи миль от США) фирмы, предоставляющие услуги страхового и сертификационного типов. Ударят и по тем, кто сотрудничает с Nord Stream 2 AG в модернизации или установке сварочных технологий на причастных к строительству судах, а также к их модификации и монтажу дополнительного оборудования. И уже появились те, кто «взял под козырек». Впереди — норвежская компания DNV GL, отказавшаяся сертифицировать газопровод вопреки своему изначально-партнерскому статусу. Да уж, горькая нынче судьба у мировой нефтянки и у ее газовой подотрасли: испаряется элементарный здравый смысл!

Вы только вдумайтесь: Россия добывала нефть и газ целых полтора века назад, когда Норвегия вылавливала в своих морях разве что треску. Не наше предприниматели рвались к кладовым Скандинавии, а наоборот, братья Нобели пробивались со своими инвестициями на просторы царской империи. В конце концов, нынешний газ Сибири нужен Германии, Австрии, Франции и иным странам Евросоюза, членом которого Осло — заметим — не является. Но Белый дом, контуров которого даже не видно за горизонтом Атлантики, будет с драконовским упрямством действовать против «Газпрома» чужими руками с арктического направления. О времена, о нравы! 

Павел Богомолов