Сырьевая война – в разгаре

Нефть, газ, сталь, алюминий… Далее – везде

В незаконной силовой акции США, Англии и Франции против Сирии не участвовал член НАТО, обладающий крупнейшими вооруженными силами в этом альянсе. Причем расположено это звено Североатлантического блока прямо на границе с многострадальной арабской республикой. Читатель, разумеется, уже понял, что речь идет о Турции.

Дистанцирование Анкары от ракетной авантюры против Дамаска  — в этом и заключен провал триумвирата Дональда Трампа, Терезы Мэй и Мануэля Макрона. Не надо было Вашингтону потворствовать два года назад попытке свержения турецкого президента Реджепа Тайипа Эрдогана — ох, не надо! Осторожно лавируя с помощью заверений в пронатовской лояльности и, одновременно, высказываний о новой, причем многоплановой, близости с Москвой, Эрдоган публично дал на днях понять самое главное. Доверяя остаткам благоразумия даже среди необузданных любителей бомбежек чужих территорий, он не собирается пока высказываться ни за, ни против.

Но, уж поверьте, если бы новоявленная Антанта распоясалась вконец, — в Малой Азии встревожились бы куда серьезнее. Если бы «тройственный суд» презрел свой закулисный вердикт — не раздражать Москву и Пекин чересчур сильным, истинно ковровым ударом по Сирии с тысячами жертв, то Эрдоган проявил бы себя решительнее. И пропустил бы к сирийским берегам через свои проливы еще одну эскадру под Андреевским флагом из Севастополя. Конечно, это стало бы явью, если бы было запрошено Кремлем. Эрдоган, думается, пропустил бы российскую армаду не ради близости с Путиным, а в жизненных интересах самой же Анкары. Ведь в случае полного разгрома Дамаска и желанного для стратегов НАТО возрождения хотя бы частичной мощи ИГИЛ (запрещенной в РФ — Авт.) Турция (если не говорить о точках нашего присутствия в Сирии) осталась бы в Восточном Средиземноморье один на один с этой подлинно звериной угрозой недобитых боевиков.

Сами судите: оставшись в изоляции, Сирия была бы повержена. Израиль, не общающийся толком с арабами, ныне еще и усиливает вербальную вражду с турками. Казалось бы, удобно расположенный Кипр, четверть века росший на российских деньгах как на дрожжах, обернулся к нам спиной по приказам из Вашингтона и Брюсселя. Да-да, «безналоговый островной рай» захлопнул для российских богачей двери и сейфы своих банков, лишний раз напомнив о карикатурной слепоте московских нуворишей пореформенно-ельцинской эпохи. А с прошлой недели реанимирована и боевая роль находящихся на Кипре британских баз, отправивших роковой ночью свои самолеты на помощь старшему партнеру в небе Сирии. Так понимают ли хотя бы теперь любители никосийского оффшора, сколь противоречивый стратегический феномен на подступах к Ближнему Востоку они фактически финансировали?

Каков же был бы следующий шаг Вашингтона по отношению к Турции, окажись она в полном региональном одиночестве после гипотетического разгрома Сирии, трагедии Палестины, крайне запутанного иракского сюжета и вполне возможной повторной блокады исламского Ирана? Туркам осталось бы только одно: покорно сгорбиться перед всеми тремя ультиматумами, которые против них готовятся. А это значит: не завершать прокладку «Турецкого потока», не строить АЭС в Аккую и не приобретать российскую противоракетную систему С-400. Проводники подобных требований настроены решительно — они совсем недавно заставили отказаться от покупки этой блестяще исполненной системы ПВО Саудовскую Аравию.

Но главная цель разрушителей международного права, повторяю, — даже не раздражающие их ракеты нового поколения с «кремлевским клеймом». Главное — «задробить» экспортные поставки российского «голубого топлива» в Юго-Восточную Европу. Потому что если свершится эта блокировка, выходящая далеко за рамки незаконной конкуренции, — то и Финляндия, и ФРГ, да и иные состоявшиеся и потенциальные «подписанты» согласований на «Северный поток-2» тоже испугались бы столь сильного нажима. И, быть может, они невольно спустили бы стройку века на тормозах вопреки своим же жизненным энергетическим, да и социальным приоритетам. Ну а Вашингтон и Нью-Йорк восторженно плясали бы тем временем на тротуарах с такой страстью, какой там не видели с той самой ночи, когда из Пакистана пришла весть об уничтожении злейшего врага Америки — Осамы бин Ладена.

Россия, против которой США ввели санкции якобы из-за Украины, Сирии и кибератак, как пишет лондонская The Financial Times, остается гигантом на рынке сырьевых товаров. Многие ее компании от «Газпрома» до «Роснефти» используются Кремлем для продвижения своих внешнеполитических целей в Европе, Азии, Латинской Америке и на Ближнем Востоке. «Аналитики предупреждают, — излагает Би-Би-Си статью трибуны Сити, — что если США нацелятся на нефтяные и газовые компании, которые платят в казну РФ большую часть налогов, то это серьезно отразится на глобальной экономике. «Газпром» поставляет ориентировочно треть природного газа, необходимого Европе. «Роснефть» добывает примерно 5% «черного золота» в мире… Впервые за несколько десятилетий политические риски стали основными для торговцев сырьевыми товарами. Это не происходило с 1980-х годов».

Да, не происходило. А когда это произошло в 1980-х, и по нашему сырью ударили демпингом, эмбарго и иными рестрикциями, то это в итоге привело к развалу Варшавского Договора, Совета Экономической Взаимопомощи и самого Советского Союза. Поэтому сейчас, когда под санкции и прочие меры попадают наши энергоносители и средства их доставки, руда и уголь, сталь и алюминий, удобрения и продукция нефтехимии, — тревога россиян призвана стать неподдельно-единодушной и приоритетной. Почему? Хотя бы потому, что давят не только на наших, но и на других индустриалов, работающих в базовых отраслях. Давят на поставщиков не только сырья и полуфабрикатов — рушат неуемными тарифами и ввозными пошлинами сотни наименований товаров. Но скажите начистоту: разве Китай воюет в Сирии или конфликтует с Украиной? Ничего подобного! Но и ему нынче предписано недоброй судьбой: потерять миллиарды долларов из-за чудовищного протекционизма эпохи Трампа. Металлы не только Олега Дерипаски, Алексея Мордашова и Владимира Потанина, но и рурских, а также многих других магнатов Европы и Азии рухнут на биржах и прочих торговых площадках с гулким звоном. Это уже настоящие, нешуточно-повсеместные сырьевые войны, и не иначе.

Возникает и еще один законный вопрос. Если из-за океана так рьяно хотят подорвать именно сырьевую мощь РФ, то почему сторонники либерально-прозападной школы годами убеждают нас, что зацикленность Москвы на разработке природных ресурсов в нынешних условиях смешна и ошибочна? Почему внушают, что следует скорее спрыгнуть с пресловутой «нефтяной иглы»? С «газового баллона»? С «алюминиевого слитка», «антрацитовой горы», «дровяной поленницы» и многого другого? Не может же быть так, что смотреть на все это американцам, с их-то постиндустриальными мускулами, просто смешно, а тем временем чуть ли не вся стратегия противоборства с «путинским режимом» денно и нощно нацеливается на подрыв добычи, переработки и экспорта нашего минерального и органического сырья. Что-то здесь определенно не так, господа присяжные заседатели.            

«А все Кузнецкий мост и вечные французы»

Александр Сергеевич Грибоедов, героически погибший во славу России на посту ее Чрезвычайного и Полномочного Посла в шахском Тегеране, как в воду глядел, высказав свою образную оценку воздействия Парижа, шкалы его мод и культурных ценностей на отечественную интеллигенцию в дворянских кругах Старой Москвы. Но так уж получилось, что волшебная поэтическая строка из «Горя от ума» отозвалась неожиданным смысловым поворотом более чем столетие спустя, когда рядом со столичной улицей Кузнецкий мост работал в своем прежнем здании Наркомат иностранных дел СССР.

Роковой зимой с 1939-го на 1940-й год именно там, у памятника Вацлаву Воровскому, оценивались стратегические планы Парижа по бомбежкам Баку и иных центров советской нефтяной отрасли. Делать это французы намечали на основе использования аэродромов Сирии, находившейся под французским протекторатом. Вы только подумайте: с сирийской территории нам мстили за войну с Хельсинки на Карельском перешейке, к чему Елисейский дворец не имел никакого отношения! А через полгода заносчивая Франция была раздавлена стальными армадами гитлеровского вермахта. Какая же все-таки убийственная слепота была присуща правящему классу наследников галльской империи! Или, быть может, она присуща им по сей день, причем именно в сирийском или даже шире – в ближневосточном контексте?..

Помнится, осенью 2014-го, прилетев в командировку в Кот д’Ивуар, я поначалу с недоверием выслушал из уст местных коллег одну авантюрную историю, поведанную шепотом. Речь шла о том, как экс-президент Франции Николя Саркози вовлек эту бывшую французскую колонию в нефтегазовые интриги. Вовлек, кстати, уже после того, как он же, вероломно «забыв» о 50 млн нефтедолларов, полученных в 2007-м от ливийского лидера Муаммара Каддафи «для победы на выборах», поучаствовал в нацеленной на Ливию агрессии и свержении главы суверенного арабского государства. Так вот: еще перед этим вторжением 2011-го ненасытный Николя решил обезопасить себя от безденежья на завтра. Как видно, ливийские деньги, вдвое превышавшие установленный французским законом предельный размер избирательного фонда, подходили у любителя роскоши к концу. Поэтому глава Пятой Республики нашел нового донора для своих карманов. То было еще одно ближневосточное государство с баснословными запасами углеводородов.

Пользуясь особой связью Парижа с франкофонными странами Западной Африки, Саркози вывел кабинет нуждавшегося в сжиженном природном газе Кот д’Ивуара на далекий эмират в Персидском заливе по имени Катар. И не важно, что вскоре предприимчивый француз из числа венгерских эмигрантов сложил с себя президентские полномочия на Сене. Схема псевдотопливного взаимодействия между Катаром и бывшим Берегом Слоновой Кости (о чем идет речь) еще долго продолжала приносить своему основателю стабильные барыши. Между прочим, запоздалое французское правосудие преследует ныне экс-президента республики именно за это, а не за расправу над Ливией. Ведь если бы судебные власти инкриминировали ему жестокую натовскую развязку в Триполи, то пришлось бы замахнуться дланью Фемиды на курс Запада в отношении Северной Африки в целом — на реализацию пресловутой «арабской весны» 2011 года! А на это, сами понимаете, никто не пойдет.

Вернемся же, однако, к «голубому топливу» из Катара. Его сделка с Кот д’Ивуаром, провернутая ловким Саркози, возмутила именитую соседку газового эмирата – Саудовскую Аравию. Там, в «королевстве пустынь», с некоторых пор сильно не любят Катар и даже сумели настроить против него администрацию Дональда Трампа, хотя та и ценит свои базы на тропическом полуострове. За что же не любить тамошние власти? Да хотя бы за диалог Катара с главным врагом Израиля на Ближнем Востоке — шиитским Ираном.

Чтобы подорвать растущие регионально-рыночные амбиции крошечной, но богатой монархии со столицей в Дохе, особенно ее планы по организации теперь еще и «газовой ОПЕК» с участием Ирана и России, возмущенный Эр-Рияд объявил Парижу шах и мат. И дал понять французам, далеко зашедшим в своих топливно-африканских хитросплетениях: или вы дистанцируетесь от Катара, арестуете Саркози и предъявите ему и его команде каскад обвинений в международной коррупции, или мы не выделим Франции того саудовского пакета инвестиций и оружейных контрактов, которого от нас ждут на Сене. Лишь в этом контексте арестованного ранее мошенника по имени Саркози принесли, наконец, в безоговорочную жертву галльскому закону. Произошло же это, что символично, накануне состоявшегося 8-10 апреля визита в Париж наследника эр-риядского престола — кронпринца Мухаммеда бен Салмана.

А тем временем приближающиеся в Ливии выборы — под угрозой срыва. Слишком уж сильна и неудержима грызня за углеводородные ресурсы между исполнительной властью фундаменталистов на западе страны и армейско-парламентской верхушкой на востоке. Причем вмешательство все тех же французов, англичан и, конечно, американцев еще больше затягивает тугой региональный узел распрей. У многих ливийцев, доведенных до отчаяния семилетним кошмаром, одна надежда. Они все отчаяннее всматриваются в Саифа аль-Ислама Каддафи — сына павшего в 2011-м от рук обезумевшей и натравленной интервентами толпы лидера Арабской Джамахирии. Глядят в лицо человека, вернувшегося — во имя спасения нации — в большую политику из застенков, причем вопреки интригам Запада. В самом деле, не случайно Трамп объявил о продлении санкций против семьи Каддафи и бывшего ливийского руководства. Выдачи сына покойного требует и Международный уголовный суд, хотя его юрисдикция не распространяется на Ливию.

Ну а для «Нефтянки» и ее читателей главный вывод заключается в том, что в таком расколотом состоянии магрибская сырьевая жемчужина Южного Средиземноморья еще долго не сможет органично, масштабно подключиться к сделке ОПЕК+, какие бы просьбы в адрес Триполи или полуавтономного Бенгази мы ни высказывали. Тем самым и некоторые другие участники этого формата, как, например, социально не стабильная Нигерия, Ирак и не очень-то сдерживающий в последние дни свой нефтеэкспорт Казахстан, тоже будут невольно побуждаться вестями из Сахары к чрезмерно вольной трактовке дисциплинарных разделов в венских квотно-ограничительных соглашениях.

Проиграли не только в Дамаске, но и в Лиме

Вспомним: ввиду особой злободневности сирийских событий Дональд Трамп отменил в последний момент свою поездку на VIII Саммит Америк — традиционный форум всех стран Западного полушария, который на сей раз состоялся в перуанской столице. Туда, в предгорья южноамериканских Анд, президент США отправил своего заместителя Майка Пенса. Давайте же обсудим, насколько тот справился с возложенной на него миссией.

А справился он, надо сказать, не хуже, чем это удалось бы самому хозяину Белого дома. Почему? Да хотя бы потому, что мистер Пенс не ассоциируется в сознании латиноамериканцев с одиозной затеей главы администрации. Никто не может указать на вице-президента США пальцем и обвинить его в авторстве непопулярной инициативы к югу от пограничной реки Рио-Гранде (или Рио-Браво – Авт.), отделяющей Соединенные Штаты от Мексики. Эта инициатива известна: возвести двухтысячекилометровую железобетонную стену пятиметровой высоты и заставить Мехико выплатить богатому северному соседу как минимум 20 млрд долл расходов на эту стройку века!

Если светлый облик Трампа связывают с этой «блестящей» идеей, то Пенса никак не назовешь ее непосредственным инициатором, и уже поэтому ему дышалось на Саммите Америк немного легче. И все же на его плечах был тяжелый груз сплочения правоцентристских правительств региона в борьбе против боливарианской Венесуэлы во главе с преемником команданте Уго Чавеса – президентом Николасом Мадуро. Оговорюсь сразу: намерение Мадуро провести 20 мая выборы в обнищавшей и расколотой социально-политическим противостоянием стране представляется многим и впрямь спорной, даже непредсказуемой программой действий на ближайшее время.

Увенчаться этот избирательный сюжет может не только успехом чавистов, но и жестокими уличными столкновениями с их убежденными недругами. Они ведь тоже наделены гражданскими правами и осуждают отказ включить в списки кандидатов на высший государственный пост некоторых видных оппозиционеров. Да и товарные дефициты, беспрецедентная инфляция, бегство сотен тысяч разочарованных венесуэльцев за рубеж и плачевное состояние нефтянки как ведущей отрасли национальной экономики, отнюдь не добавляют трезвомыслящим наблюдателям оптимизма. Однако ключевая международная грань этой проблемы выглядела на форуме в Лиме все-таки по-иному: какое моральное право имеют Соединенные Штаты поднимать региональное знамя конфронтации с пресловутой «каракасской кликой»?

Заверив в нежелании США сидеть сложа руки и пассивно взирать на сползание Венесуэлы к диктатуре, Майк Пенс призвал союзные государства Западного полушария ввести против непокорной республики… что бы вы думали? Ну конечно же, санкции! У Белого дома, похоже, бездна фантазии: ему что РФ, что КНР, что КНДР, что Южная Америка, — все одно. Отключить вентили, перекрыть товарные потоки, отрезать кредиты, оборвать авиалинии, ужать квоты и взвинтить тарифы. «Соединенные Штаты, — заявил эмиссар Белого дома, — считают, что настало время делать (на этом славном пути – Авт.) больше, гораздо больше. Каждая свободная страна, представленная здесь, должна предпринять шаги для изоляции режима Мадуро».

Но кто же явно не хочет действовать таким образом? Это, разумеется, социалистическая Куба, которая, по словам Пенса, экспортирует «свою провалившуюся идеологию на просторах более широкого региона». В общем, идеология провалилась, а они – с нарастающей опасностью для соседей – продолжают все активнее ее экспортировать! «Пока мы здесь ведем свой разговор, — продолжал Пенс, — кубинцы помогают коррумпированной венесуэльской диктатуре и подстрекают ее». И это — на фоне 43 каракасских арестов высокопоставленных функционеров нефтегазовой компании PDVSA в рамках решительного наступления правящих чавистов на коррупцию.

Предположим, впрочем, что во фразеологии вице-президента США есть свой резон. Но тогда зачем и почему Соединенные Штаты, якобы отстаивая демократию по всему региону, побудили власти примкнувших к ним стран не приглашать того же Мадуро в Лиму? Разве не лучше было бы дать ему возможность ответить с трибуны на все упреки, будь то справедливые или нет? Или еще вопрос: можно ли осуждать Гавану за оказываемую Каракасу из года в год поддержку? Если бы с таким напором обрушился на сидевшего в зале кубинского министра иностранных дел Бруно Родригеса предыдущий президент США Барак Обама, это было бы еще куда ни шло. При всех своих «минусах» Обама все-таки восстановил дипотношения с Кубой и сделал конкретные шаги к отмене блокады непокорного острова, развитию торгово-экономических связей и родственно-гуманитарных обменов. А вот Трамп все это с треском сломал в ходе первой же своей поездки во Флориду в статусе президента страны. Так ему ли бичевать теперь Гавану? Абсурд, да и только!

Вообще-то хочется спросить: какую, интересно, демократию усиленно продвигает единственная в мире сверхдержава к югу от Рио-Гранде? В ходе американской избирательной кампании 2016-го у того же Трампа было в его родной республиканской партии двое главных соперников. Причем оба — кубинские иммигранты: сенаторы Тед Крус и Марко Рубьо, который, кстати, присутствовал нынче на лимском саммите. Крус и Рубьо проиграли бой за свое выдвижение съездом республиканцев. Но зато наверняка навязали Трампу вот что: уж если мы готовы посторониться ради тебя, то уж будь добр — ударь с размаху по кастровскому режиму! И вот это — демократия?

Или, быть может, демократично ссылаться на девиз нынешнего Саммита Америк – «Борьбу с коррупцией». Причем ссылаться не в целом, а в виде нападок на те страны, которые не имеют ничего общего с коррупционным скандалом, сдавившим регион как раз сегодня своими тисками. Даже такая правоконсервативная трибуна прессинга США в Латинской Америке, как флоридская The Miami Herald, фактически признает, что как минимум 11 государств, погрязших в самой грязной афере — пресловутом деле Odebrecht, — это и есть те субъекты, которых Вашингтон считает своими вассалами. Взятки бразильского строительного гиганта Odebrecht охватили именно те правительства, которые названы на Потомаке, не в пример Кубе, Венесуэле, Никарагуа или Боливии, образцами финансово-налоговой транспарентности!

Судите сами: экс-президент Бразилии Луис Инасио Лула да Силва только что сел за решетку на 12 лет, причем его былая дружба с корпоративными игроками распространялась еще и на нефтегазовую монополию Petrobras. Или возьмите еще одного деятеля, который должен был стать председателем нынешнего лимского форума – его гостеприимным хозяином. Это бывший перуанский президент-взяточник Педро Пабло Куцынски. Ему пришлось уйти в отставку в марте – месяц назад… Да уж, таковы они – прославленные Вашингтоном знаменосцы законности в Латинской Америке. Но подлинным чемпионом по размаху финансово-политических интриг и злоупотреблений в Западном полушарии являются, по мнению ряда американских политологов, даже не опереточные генералы-путчисты, не властные «мздоимцы под пальмами» и не встроившиеся в ХХ1 век латифундисты южноамериканского пошиба, а… сам же кабинет г-на Трампа!

«Я не хотел бы стать слишком драматичным в своем сравнении, — со вздохом произнес профессор латиноамериканской политики во Флоридском Международном Университете Эдуардо Гамарра, — но администрация Трампа во многих случаях отличалась таким поведением, которое было бы сочтено коррупционным в любой точке планеты. Точно такое же поведение в любой стране Латинской Америки привело бы к огромному скандалу и потрясло бы любое правительство». Но, увы, это не волнует республиканцев, правящих в США. Запущенная ими война против коррупции, заявил на форуме глава газоносной Боливии, профсоюзный вожак, лидер стачек и кумир индейских общин Эво Моралес, подобно войне с наркотиками и терроризмом, будет использована этим жандармом «для свержения законных правительств… Главная угроза для демократии, для дела мира, для свободы, да и вообще для множественности взглядов как таковой, — это сами же Соединенные Штаты».

…И вот итог Саммита Америк — принятые им «Лимские обязательства» из 56 пунктов. В этот документ, призывающий к наступлению на коррупцию, активизации трансграничных связей правоохранителей и ужесточению борьбы со взяточничеством, так и не прошел, вопреки всем гегемонистским заклинаниям, ни один раздел, который осуждал бы Венесуэлу. Ни один параграф, проклинающий Кубу. Ни один пассаж против революционной Боливии, где темпы роста ВВП (4,5% в год) втрое превышают американские. Повторяю, нет ни одного текстуально заверенного следа тех атак, с которыми в дни саммита обрушились на «антивашингтонских диссидентов», послушно глядя на Майка Пенса, главы нескольких лояльных ему регионалов.

Да, проигравшие на минувшей неделе в небе выстоявшего вопреки всему Дамаска проиграли на сей раз и там, в Лиме. И ничего тут не попишешь.