Санкции – еще не повод для отчаяния

Минувшая неделя прошла под знаком реализации ряда предположений и прогнозов «Нефтянки». Мы, конечно, не хотим сказать этим, что наши мысли безгрешны, а ожидания стали пророчествами. Сказать хочется о другом:  уже сам подбор приоритетных тем для публикаций сайта, да и угол зрения, под которым мы их рассматриваем, не впервые стали оправданными. Так, заявив в Анкаре, что «Турецкий поток» может обеспечить газом Юго-Восточную Европу, Владимир Путин придал официальный характер целому ряду довольно робких гипотез о том, что балканское продление газоэкспорта в той или иной форме, несмотря на былой срыв с Болгарией, все равно еще заявит о себе. Писали мы и о том, что, призывая Москву продлить и усилить ОПЕК+, картель создает видимость монолита в своих рядах; а на деле больше опасается трещин не с российской, а с другой стороны. И вот она — уже муссируемая в СМИ «прокси-война» между Ираном и саудитами. Она-то, как и особое мнение Багдада, как раз и побуждает усомниться в том, что будет с нами на нефтяном рынке после контрольного июня 2018-го. Надеялись мы и на то, что, вопреки натиску недругов «Северного потока-2», проект на Балтике все-таки вступит в свою практическую фазу. И вот, вслед за Германией, дала согласие и Финляндия; так что умеренно-оптимистичный путинский прогноз на сей счет, озвученный в Анкаре, тоже оправдан. Имеются, несмотря на поток коварных ударов по ТЭК России, и другие добрые подвижки, о чем будет сказано ниже.

Как же долго мы этого ждали…

В экспертном сообществе нарастают споры на актуальную тему. Во многих офисах интересуются: что скрыто за обещанием правительства РФ сделать все возможное для компенсации отечественным компаниям не заслуженных ими потерь? Имеется в виду тот ущерб, который придется понести из-за все более жестких антироссийских санкций (как нынешних, так и предыдущих) со стороны США и их союзников?

Вариантов здесь может быть множество. Но одна успокоительная новость пришлась по душе нашим нефтяникам и газовикам. На правительственном сайте сообщается об одобрении кабинетом ряда изменений в статье 7 закона «О континентальном шельфе Российской Федерации». В законопроекте, который внесут в Госдуму, предлагается исключить из этого закона норму о безальтернативном и безаукционном порядке предоставления в пользование участков шельфовых недр. Говоря проще, над целой четвертью века безраздельно-монопольного и, в общем-то, недорогостоящего допуска всего двух государственных гигантов — «Газпрома» и «Роснефти» — к колоссальной и все еще неосвоенной полосе прибрежного российского глубоководья опускается, наконец, долгожданный занавес. Демократично-широкий доступ (через лицензионные тендеры) любых национальных апстрим-компаний к донным залежам углеводородного сырья может стать явью, и очень скоро.

Новость пришла в условиях, когда претендент на роль мирового жандарма все больше ограничивает и даже срывает теперь еще и зарубежные проекты московских инвесторов. Санкционная лихорадка усилена репрессивным вашингтонским пакетом от 2 августа 2017 года. В этой обстановке открыть хотя бы собственный — домашний шельф для всех, кто хочет и может на нем успешно работать, — отличное, хотя и запоздалое решение. Профессионалы отрасли если и надеялись ознакомиться с ним, то лишь предстоящим летом. На середину года, как известно, отложено рассмотрение актуализированной профильным министерством Александра Новака Доктрины национальной энергобезопасности. Произойти же это, как считается, может на многократно перенесенном с прошлого года заседании Энергетической комиссии при президенте РФ. Думалось, что важным звеном новой программы активизации углеводородного ТЭК России как раз и станет шельфовый бросок расширенного круга компаний с разными имущественными статусами.

Но, как видно, до лета решено не ждать — очень уж плотно сгустились над страной и отраслью свинцово-хмурые тучи технологической блокады. Пока, правда, слова министра природных ресурсов Сергея Донского о предстоящем изменении правил игры на шельфе осторожны. Они не обгоняют событий, но все же вселяют надежду на лучшее. Как сказал тот же министр, законопроект устанавливает возможность проведения аукционов на право пользования блоками недр федерального значения на континентальном шельфе РФ среди лиц, имеющих право выступать пользователями таких участков. Изъяны существующей бюрократической процедуры гарантированно-мандатного назначения и распределения стали, иными словами, очевидными. Отживший порядок, по отзыву того же Донского, «негативно сказывается на освоении недр в современных экономических условиях».

И действительно: разве это нормально, что чуть ли не единственным исключением из работавших до сих пор шельфовых норм стало счастливое, добытое в долгой борьбе разрешение для одной из наших негосударственных компаний? Речь шла о том, чтобы вести добычу на разведанных ею блоках Северного Каспия. Вести только лишь на той казуистически-правовой базе, что это море является… внутренним озером?! И ведь даже зная о минусах ограничительной практики, главы «Роснефти» и «Газпрома» Игорь Сечин и Алексей Миллер 20 сентября 2014 года в письме на имя президента выразили озабоченность планами «либерализации доступа к освоению участков недр континентального шельфа в части доступа к его освоению частных компаний». Вы только представьте себе: на страну уже накатывались волны посткрымских санкций. Эксперты советовали распахнуть двери тендеров для всех желающих, только бы заполнить хоть чем-то весомым ниши от бегущих с нашего глубоководья американцев и европейцев. А наверху инерция замкнутого подхода все еще сказывалась, владея помыслами даже ведущих, масштабно мыслящих топ-менеджеров госсектора. Что же это такое?..

Но слышались, к счастью, и другие голоса — высказывались незашоренные мнения. «Действительно, ЛУКОЙЛ и ряд других компаний неоднократно, достаточно аргументировано выступали за то, чтобы право работать на шельфе было предоставлено и частным компаниям, которые обладают соответствующими инфраструктурными, технологическими возможностями. Этот вопрос не первый год на повестке дня», — заявил пресс-секретарь президента Дмитрий Песков.

Тревога оказалась ложной

Как только то или иное государство избирает политический курс, не импонирующий Западу и, в особенности, Соединенным Штатам, — его тут же сдвигают на пару ступеней вниз в нефтегазовой табели о рангах. Дескать, на деле там залегает не так много углеводородных запасов, как считалось ранее. Во всяком случае, не так много в пропорциональном соотношении с природными кладовыми некоторых других стран.

Эффекты такого занижения своих мест в ресурсных таблицах европейских и американских справочников не раз испытывали с 1960-х годов Ирак, Иран, Алжир, Ливия, Азербайджан и другие страны. Недра баснословно богатой сырьем Венесуэлы характеризовались Геологической службой Минэнерго США как, в основном, средоточие не «черного золота», а малопригодных к экспорту битумов. Так что напрасно, мол, революционный президент по имени Уго Чавес обнадеживал своих сторонников и в стране, и за рубежом, — увлекал их захватывающей перспективой социально-экономического роста за счет большой нефти. В общем, не нефть там, а битуминозные горизонты…

Чтобы доказать обратное, власти республики активизировались. И начали масштабную оценочную программу, нацеленную, главным образом, на слабо изученную болотистую саванну вдоль сырьевого пояса реки Ориноко, — Magna Reserva. В итоге подтвердилось, что в недрах страны залегает как минимум 235 млрд баррелей не битумов, а настоящей, хотя и вязкой, нефти; и даже американцы вынуждены были это признать.

Правда, они тут же запустили версию, будто венесуэльское первенство в регионе оспаривается… апстрим-бумом в соседней Бразилии! Там в начале века, при поддержке президента Луиса Инасио Лула да Силва (или просто Лулы), шли к огромным успехам национальный отраслевой гигант Petrobras и зарубежные инвесторы, приглашенные им на шельф. Правда, сейчас, когда Венесуэла находится (хотя, конечно, не из-за истощения своих запасов) в глубоком кризисе, — уже нет прежней надобности повторять, что ее ТЭК во многом уступает бразильскому. Следовательно, уже не надо превозносить пионерный опыт ныне 72-летнего бразильского социал-демократа Лулы. Так что на днях его спокойно бросили за решетку на многие годы по обвинению во взятке. Но уж это в Западном полушарии, как говорят,—- в порядке вещей.

Ну и, наконец, сегодня, судя по статье в Forbes, участь вынужденной передвижки на более низкое, чем прежде, место в списке наиболее богатых «черным золотом» стран угрожает… России. Вот ей-то, мол, и придется переместиться с восьмого на девятое место в глобальном рейтинге нефтяных держав по критерию их запасов. С какой же, интересно, это стати?

Никто, конечно, не скажет вам, сколь приятно (не той же объективной ленте Forbes, а совсем иным «мозговым трестам») уязвить россиян, учитывая нашу давнюю гордость крупнейших в мире производителей нефти. Уязвить изощренно, заявив о незначительности и даже второстепенности ресурсной базы РФ, причем именно сейчас, в разгар скатывания к новой «холодной войне». Да и придумывать что-то, искусственно высасывая некую ложную версию из пальца, совершенно ненужно. Ибо подлинный рывок одного из соперников Москвы в сфере жидких углеводородов уже был им сделан буквально на днях. Как сообщала «Нефтянка», у берегов Бахрейна найдено месторождение, содержащее не менее 80 млрд баррелей нефти и 400 млрд кубометров природного газа. Цифры, что и говорить, впечатляющие!

Высокую оценку дали открытию независимые аудиторы фирмы DeGolyer and MacNaughton, а также специалисты нефтесервисного гиганта Halliburton. И, поскольку запасы России оцениваются ныне в 80 млрд баррелей, то, если у берегов Бахрейна найдут еще больше «черного золота», мы и впрямь сдадим крошечному королевству свою позицию. Грозит ли это Москве уже завтра? Нет, так вопрос не стоит. В этом году Halliburton пробурит еще две разведочных скважины — уточнить детали открытия. Но власти островного государства уже объявили, что добыча начнется через пять лет, и на своем пике она якобы достигнет 200 тыс. баррелей в день — вчетверо больше, чем добывается в Бахрейне сейчас. Вопрос, однако, заключен в том, может ли эта отраслевая динамика сильно изменить ситуацию на энергетическом рынке, повлиять на баланс спроса и предложения сырья и привести к падению цен?

На поверку, приходит Forbes к выводу по итогам бесед со специалистами, такие предположения видятся не просто преждевременными, но и абсолютно нереалистичными. Геология кладовой чрезвычайно сложна. Нужны особые пути разработки с применением вторичных методов нефтеотдачи. В первую очередь, речь пойдет о наклонно-горизонтальном бурении с многостадийным гидроразрывом пласта. Столь трудно извлекаемые запасы впору сравнить со сланцевыми формациями в Северной Америке. Но и при должном учете сказанного, предупредили эксперты Wood Mackenzie, извлечь на поверхность удастся лишь малую долю этой нефти, а себестоимость добытого барреля угрожает стать очень высокой для того, чтобы сделать проект рентабельным.

Стоит процитировать и итоговый раздел той же статьи: «Качество нового месторождения можно сравнить с Баженовской свитой в РФ — нефтеносными горизонтами Западной Сибири, где может содержаться колоссальный объем нефти. Речь идет о 2 трлн баррелей, но геологические свойства породы в этих горизонтах позволяют извлечь не более 2-3% этих запасов. Конечно, для разработчиков недр в Персидском заливе цель облегчена наличием надежной инфраструктуры, климатом и близкими транспортными путями, но геология остается геологией, тем более что нефть месторождения относится к вязким, тяжелым сортам. К тому же в мире сейчас нет и не ожидается нехватки относительно дешевой нефти, которая не требует значительных затрат на добычу. Новому проекту Бахрейна будет сложно конкурировать с соседями по региону: Саудовской Аравией, ОАЭ, Кувейтом, Ираном и Ираком, а также с экспортерами нефти в других странах, включая Соединенные Штаты.

С учетом таких соображений зададимся же вопросом: холодно россиянам или жарко от одного шага вниз в ресурсной табели о рангах, даже если этот шажок окажется и впрямь неизбежным? Ни холодно, ни жарко! Нас с вами окружает такое множество истинных проблем, что престиж от пребывания углеводородного ТЭК РФ в первой восьмерке или девятке богатейших в потенциальном плане обладателей запасов «черного золота» тускнеет на фоне дел куда более важных. И хорошо, что мы их видим рельефно и четко.

Ультиматумы Китаю и Мексике

Сразу две новых «холодных войны» объявил президент США Дональд Трамп. Объявил в тот самый день, когда на Западе заканчивались пасхальные каникулы, а православные еще только готовились встретить светлое Христово Воскресенье.

Из Белого дома пришел, во-первых, указ о развертывании национальной гвардии США вдоль границы с миграционно- и наркоопасной Мексикой. Туда же, к двухтысячемильному рубежу между Северной и Латинской Америкой, отправлены под звездно-полосатым флагом еще и регулярные войска из соседнего, наиболее подходящего для подобного «сдерживания» штата Техас… И, во-вторых, из Вашингтона прозвучала теперь уже прямая угроза в адрес противника по разгоревшейся торговой войне — Китая.

Оба ультиматума, как и положено за океаном в наше скорбное время, были с необычайной легкостью изложены в президентских твитах. К чему, в самом деле, слать старомодных гонцов с грозными свитками в переметных сумах и печатать на гербовой бумаге в типографиях высочайшие манифесты о крупных международных- конфликтах? Подошел к компьютеру, нажал на клавишу, и дело с концом! Трудно лишь забыть о том, что ощетинившаяся ныне всеми калибрами, но недостроенная 20-миллиардная стена на границе со страной кактусов и сомбреро, а, следовательно, и со всей испаноязычной Америкой, до боли напоминает нечто малоприятное. А именно — печально известную Берлинскую стену, ради слома которой те же Соединенные Штаты провозгласили в свое время крестовый поход против коммунизма.

Как в равной мере не станем умалчивать и о том, что единственная в мире сверхдержава проиграла предприимчивому Пекину индустриальную гонку по своей вине. И уступила пальму первенства в мировой экономике не из-за жульнического мошенничества китайцев, подстерегающих-де американских импортеров и экспортеров где-то в подворотнях со своими тарифными хитростями. Уступила Америка из-за собственной разорительной претензии на глобально-жандармскую и всевидяще-разведывательную роли. Не КНР, а США из года в год финансируют свое военное присутствие в ФРГ, Британии, Норвегии, Польше, Балтии, Румынии, Ираке, Гуантанамо, Иране, Сирии, Южной Корее, Японии, на Филиппинах, в Индийском океане и Персидском заливе, Индийском океане. И не Китай, а Соединенные Штаты запускали бесчисленные агрессии во Вьетнаме, Лаосе и Камбодже, на Кубе, в Ливии, Ираке, Никарагуа, Панаме и Доминиканской Республике, на Балканах…

Хотите знать не денежную, а горькую людскую цену этих авантюр для самих же Соединенных Штатов? Извольте! В одной только Юго-Восточной Азии погибло 54 тысячи американских парней. Полмиллиона вернулось домой с ранениями, а 150 тысяч так и не смогли восстановить душевное равновесие, покончив на родине жизнь самоубийством или навсегда утонув в наркотическом аду. Вот вам лишь одна из этих неправедных войн…

Упрямая заявка на безусловную глобальную гегемонию вместо мирного сосуществования с другими влиятельными и мускулистыми игроками в русле мирового развития, — именно из-за этого, а не из-за китайцев, сегодня испарилась «американская мечта». Да и поэтому все больше не хватает денег шахтеру в Пенсильвании, автосборщику в Детройте или фермеру в Айове. Согласен: денег не хватает, причем подчас сильнее, и среднестатистическому россиянину. Но ведь именно по нашей, а не по заокеанской, территории прокатывались раскаленными катками, испепеляя все вокруг, железные лавины кайзера Вильгельма и Адольфа Гитлера, а это чего-то стоит…

«У Соединенных Штатов не было профицита в товарообороте с КНР 40 лет, — гневается Трамп. — Пекин должен положить конец нечестной торговле, сломать барьеры и взимать тарифы только на основе (пропорциональной — Авт.) взаимности. США теряют 500 млрд долл в год, причем мы лишались этих многомиллиардных сумм десятилетиями. Это не может продолжаться!».

Но, с другой стороны, разве кто-нибудь в Пекине заставлял Вашингтон торговать таким образом, что по итогам 2017-го выявился 375-миллиардный дефицит в пользу Китая? И разве Поднебесная стала бороться с нарастающей диспропорцией административно-силовыми способами? Отнюдь нет! Это Белый дом, взвинтив градус двусторонней коммерческой дуэли, ввел на прошлой неделе повышенные ввозные пошлины на 1300 наименований китайских товаров. Причем на их 50-миллиардную часть наложены 25-процентные тарифы! И все, что слышится в ответ с Дальнего Востока, — это лишь реакция на запретительный зуд воинственных республиканцев.

Удивляет ли кого-нибудь на этом фоне, что в подверженную американо-британским нападкам Москву одновременно прибыли с важными визитами министры обороны и иностранных дел КНР?! Единственное, что хотелось бы расширить в добрососедско-партнерском и конфуциански-мудром дискурсе главы пекинского военного ведомства в ходе его беседы с Сергеем Шойгу, — это слова о цели приезда и московских переговоров. На встрече прозвучало, что прибытие гостей нацелено, в сложившейся между Востоком и Западом конфронтационной атмосфере, на то, чтобы всячески поддержать Россию. Думается, однако, что Россия в равной степени может нынче поддержать дружественный Китай как своего важнейшего стратегического партнера.

Только умоляю: не надо недругам этого альянса саркастически, с издевкой ссылаться на скромно-двухпроцентную долю РФ в мировом ВВП. Они ведь и сами знают: если, не дай-то Бог, в расколотом не по нашей вине мире дойдет до серьезных разборок, — совсем не столбцы цифр в банковской отчетности предопределят исход событий. Вы только взгляните на огромный ресурсно- территориальный и демографический массив (да еще с потрясающей тысячелетней историей) от Шанхая до Калининграда, — и многое поймете! У желающих рассчитаться, наконец, с Кремлем попросту нет шансов, кроме как найти у нас очередную поросль перестройщиков.

Но ведь для этого очень многое нужно. Нужны, например, сравнительно крупные оппозиционные фигуры в рядах современного политического класса России, а не осужденные за те или иные злоупотребления политактивисты и враждующие с ними же легковесы. И уж, конечно, нужны не Сергей и Юлия Скрипали, которым, судя по всему, настойчиво предлагают перебраться под чужими именами за океан. И поселиться, к примеру, по соседству с домиком еще одного страдальца на ниве не очень-то большой химии и препаратов двойного действия — Григория Родченкова(!). Интересно: коль скоро ему сделали пластическую операцию на лице под звездного голливудского актера Марлона Брандо, то под кого предстоит замаскировать двух новичков?..

Ну а мы с вами охотно включим тем временем видеокассету с шедевром режиссера Фрэнсиса Форда Копполы под названием «Апокалипсис сегодня». В этом фильме герой Марлона Брандо, дезертировавший из пентагоновских рядов, как раз и властвует над чуть ли не первобытным племенем в верховьях Меконга. Того самого Меконга, берега которого были щедро сдобрены напалмом и страшным порошком отравляющего и нервно-паралитического назначения под незабываемо-цитрусовым названием Agent Orange.

Павел Богомолов