Свободу фарватерам!

Открытие суэцкого канала в 1869 году

В январе 2019-го вечно недовольный революциями в Южной Америке Вашингтон объявил нефтяное эмбарго Каракасу. Думалось: тамошним президентом вот-вот станет «самозванец Лжедмитрий» по имени Хуан Гуайдо, и антитанкерную блокаду можно будет скоро снять. Ожидания, как видно, затянулись. Между тем нефть тяжелых сортов, застрявшая без вывоза в поясе Ориноко, нужна американским НПЗ, особенно на берегу Мексиканского залива. Так где же найти альтернативу, закупив объемы не абстрактного, а вязко-сернистого «черного золота»? Разве что в ненавистной «путинской России» или в Персидском заливе, где, наряду с легкими марками, тоже производятся тяжелые бренды. Но и с Москвой, и с иными арабскими столицами, нынешние отношения Белого дома еще хуже, чем это было при Трампе. Так что в принципе можно распахнуть ворота и перед потоком Urals. И вот, несмотря на жесткие финансово-технологические рестрикции против «кремлевского ТЭК», и вопреки пандемии, США — по итогам 2020-го — вновь нарастили импорт нефти и нефтепродуктов из РФ, причем на сей раз — до максимума за весь период с 2011 года! Поставляя Штатам 538 тыс. баррелей в сутки, или на 3,5% больше, чем еще вчера, Россия стала для Америки вторым экспортером, сместив из этой ниши саудитов. 7% от общего потока жидкого топлива на рынок США — тоже рекорд! При этом мы не откажем аудитории «Нефтянки» в праве на вопрос: не является ли привязка таких рекордов к бойкоту Венесуэлы чем-то «высосанным из пальца» по воле сайта? Ничего подобного — это мнение многих экспертов. На взгляд директора одного из звеньев Fitch Дмитрия Маринченко, рост нашего присутствия на заокеанских площадках и впрямь «может быть вызван, — пишет РИА Новости, — жесткими санкциями против Венесуэлы. Она исторически поставляла крупную долю тяжелой нефти на заводы США». «Трейдеры пытаются заменить эту нефть в т.ч. российской нефтью Urals…», — говорит Маринченко. Добавим, что, как назло для страстных герольдов «соскакивая России с нефтяной иглы», доля сырой нефти в поставках на заокеанский рынок падает, а взамен повышается планка качественных нефтепродуктов из РФ. Т.е. развеивается пропагандистский и, честно говоря, надоевший ярлык «допотопно-ресурсной лапотности», который пытаются нам пришить лет двести, если не больше. Ну а возвращаясь к страдающему ТЭК Венесуэлы, задаешься невольным вопросом: как же можно злокозненно играть и манипулировать судьбами танкерных маршрутов по причинам блоковой неприязни, если даже наиглавнейшие судоходные пути планеты, порой даже без всякой причастности дяди Сэма, то и дело выходят из рабочего состояния сами по себе? 

И к востоку, и к западу от Суэца

Инцидент с перегороженной панамским сухогрузом трассой между Средиземным и Красным морями зримо подтвердил опасения нашего сайта. Судите сами: вновь доказана оправданность предупреждения, высказанного «Нефтянкой» две недели назад в специальном материале, посвященном вопросам надежности и безопасности международных танкерных путей.

…Всего один болевой, да и то временный, сгусток проблем на Суэцком канале — и цены на «черное золото» сразу повысились на целых 5%! Вообще-то мы и раньше писали о важности т.н. человеческого фактора. Не биржевые светящиеся табло и новомодные информационно-отраслевые каналы high-tech остаются исходными критериями для оценки частых зигзагов в хронике традиционного ТЭК. Основой основ было, есть и будет то, что со скрежетом и напряжением, а подчас и с надрывом делается людьми в сферах апстрима, мидстрима и даунстрима. Делается верно или, как в случае с гигантским 400-метровым судном Ever Given, ошибочно; но в любом случае мозолистыми руками тех, кто имеет к энергетике и ее артериям прямое отношение. 

В первые же часы в Суэцком канале застряли не менее 10 танкеров с 15 млн баррелей сырой нефти. Через день, после неудачных попыток исправить ситуацию, количество неподвижных танкеров, по данным Wood Mackenzie, достигло 16, а их совокупный груз приблизился к 870 тыс. тонн нефти и 670 тыс тонн готовых продуктов, в основном бензина, нафты и «дизельки». Если же проявить сочувствие не только к надолго «обезжизненным» нефтевозам, но и к судам других профилей, то фактически восточная очередь на проход в направлении Средиземного моря выстроилась аж до берегов Индостана!

 Авария с севшим на мель контейнеровозом водоизмещением 220 тыс. тонн — безусловно, не политического свойства. Она — техногенная. И, не в пример некоторым оппонентам, мы не собираемся разыскивать за контурами события следы чьих-то происков. Но, тем не менее, опасность для танкерных маршрутов повсюду ощутима. Главный ее источник — насаждение порочно-имперского отношения к прибрежным государствам: «С этими, мол, мы дружим, а с теми — нет!». Вот что за версту отдает затхлым запахом давних времен. Вы только подумайте, уважаемый читатель: перегорожен Суэцкий канал, в Токио идет медиа-кампания за блокирование сахалинских проливов, полыхает зарницами братоубийственно-междоусобной войны (по счастливой случайности не задевая пока идущих к Суэцу танкеров) Баб-эль-Мандебский пролив… Происходит немало схожего и в иных уголках Мирового океана, а госсекретарь США Энтони Блинкен ничего из этого не видит!

Выступая на брюссельской сессии НАТО, он запугивает союзников в «проливном разделе» своего выступления чем-то не имеющим общего с истиной. Ибо Пекин — вот кто, дескать, «угрожает свободному судоходству, милитаризует Южно-Китайское море и атакует страны Индо-Тихоокеанского региона». Помнится, в фильме о Джеймсе Бонде международный авантюрист в исполнении язвительного Джонатана Прайса устроил в Южно-Китайском море нападение террористов на британский эсминец с тем, чтобы свалить вину на Поднебесную. Интересно, не приходят ли подобные сценарии в голову нынешним обвинителям в адрес пресловутой «морской агрессивности КНР», чему нет — в хронике танкерного судоходства — ни единого примера?!

Обвинил Блинкен и моряков российского ВМФ, причем в географическом плане на первое место (наряду с Балтикой и Черным морем) было поставлено Восточное Средиземноморье. А между тем именно там Москва показывает миролюбивый и единственно верный подход к сегодняшнему и завтрашнему дням регионального торгово-экономического сотрудничества. Этот подход — здоровая многовекторность геополитического курса без пресловутого поиска «врагов народа», чем грешат не желающие ничему научиться Соединенные Штаты, и на чем мы подробнее остановимся в следующей главе. 

Многовекторность — вот ключ к энергетической разрядке

Босфор и Дарданеллы — еще один международный, и потому охраняемый Конвенцией Монтре, путь из Черного в Эгейское море. Уже поэтому иные деятели с позапрошлого года предрекали следующее. Если на востоке Средиземноморья разыграется непомерно экспансивная, чреватая военными обострениями буровая лихорадка с нетерпеливо-турецким участием, то Москве якобы поневоле придется стопроцентно занять сторону Анкары(!).

Да и как, мол, иначе, если именно на Босфоре далекий Кремль косвенно помог Реджепу Тайипу Эрдогану нейтрализовать попытку государственного переворота. Как иначе, если туда же пришел наполненный газом Сибири «Турецкий поток», причем вторая ветка той же черноморской артерии протянулась теперь уже в Болгарию, Сербию и Венгрию. Как иначе, если Анкара и не думает отказываться ни от продолжения строительства АЭС «Аккую», ни от закупки зенитно-ракетных комплексов С-400? Да, придется Москве, как видно, забыть на время о важности, как и о национальных интересах главного оппонента наследников Оттоманской империи, а именно Греции, — и свернуть текущие отношения с нею до минимума(!). 

Но вот — противоположная сенсация, причем для многих. Пока эмиссарам античной (а в настоящее время, конечно, натовской) Эллады, наряду с иными европейцами, надо было с унынием выслушивать в Брюсселе антироссийские заклинания по тематике Восточного Средиземноморья из уст все того же г-на Блинкена, — в Афинах побывал с плодотворным визитом глава правительства РФ Михаил Мишустин. И, как убедилась многомиллионная телеаудитория, принят был наш премьер более чем дружественно и гостеприимно — с высокими почестями вплоть до награждения греческим орденом!

Уважаемая греками Россия подтвердила: никому подыгрывать на шельфе древнего моря мы не собираемся. Ибо твердо, как и прежде, стоим за многовекторность европейской интеграции, в т.ч. топливно-энергетической. Хотя и укрепляя с турками успешный альянс в этой области, — не забываем, вместе с южными славянами и греками, о своем вкладе в освобождение ряда народов и их земель от векового османского ига. Началу этой эпической борьбы потомков мифологических эллинов исполняется в эти весенние дни 200 лет. Но боевая солидарность россиян с национальными чаяниями Греции уходит своими корнями в еще более ранний исторический период. Великий флотоводец Федор Ушаков, освобождая в XVIII столетии многострадальные греческие острова в Адриатике, поддержал провозглашение на Корфу… нет, не очередной «квазимонархии», а самой настоящей республики. 

Вот ведь странное дело: оказывается, не Соединенные Штаты сражались с давних времен за освобождение колыбели европейской цивилизации, а все та же Россия матушка — подлинный, а не мнимый проводник «идентификации» и стабильности Европы! Так что пусть греки хотя и с трудом, но улаживают с турками проблемы делимитации нефтегазоносных акваторий (советуясь и с киприотами, израильтянами и египтянами); а кораблям под Андреевским флагом (что в сирийском Тартусе) вести ресурсно-меркантильные войны не пристало. Между прочим, и сама Анкара, при всем накале балканских дрязг, не воспрепятствовала недавнему пуску — через территории Греции и Албании — экспортной трубы с азербайджанским газом, идущей с Каспия, от кладовой Шах-Дениз. В общем, даже воинственные турки не помешали прокладке Южного коридора (в виде сомкнутых артерий TANAP и TAP — и угадали! 

Трассы природные и искусственные

Подчеркнуто-дипломатичное решение всей гаммы задач, связанных с маршрутами энергоэкспорта, — не синоним и не гарантия упрощения проблем глобальной транспортировки сырья. И никто не утверждает, что должны быть отодвинуты или оказаться в забытьи чисто практические, инфраструктурные вопросы ритмичного функционирования морских трасс и, если необходимо, расширения их пропускной способности. 

Это, кстати, полностью относится к Суэцкому каналу, о котором речь уже шла выше. Этим маршрутом, как напоминает ТАСС, реализуется 12% мирового потока грузоперевозок — более 50 судов в сутки. Причем для нашей специализированной аудитории особенно важно то, что канал, открытый полтора века назад под волшебные звуки премьеры шедевра Верди — оперы «Аида», особенно важен для танкеров. Среди водных магистралей эта трасса по праву считается одной из самых загруженных жидкими углеводородами. Возьмем, к примеру, хотя бы один только сжиженный природный газ. Так вот, от Суэца до Порт-Саида проходит 8% всех перевозчиков СПГ. 

При таком напряжении графика не удивительно, что в 2014 году началось полностью назревшее строительство параллельного канала длиной 72 км с целью обеспечить двустороннее движение судов одновременно. Проект, обошедшийся Египту в 8,2 млрд долл, был завершен всего год спустя. Благодаря «встречной транспортной альтернативе» само время прохождения снизилось с 22 до 11 часов. Но это — не единственное преимущество. Глубина фарватера превышает теперь 20 метров, что облегчает проход самых крупных в мире судов, в том числе нефтеналивных танкеров. Ныне ежегодный грузопоток превышает 1 млрд тонн.

Расширение Суэцкого канала (хотя для некоторых мега-теплоходов он все еще, как видите, узок), словно подало сигнал целому ряду прибрежных государств с весомыми энергопотоками: тоже расширить пропускную способность или хотя бы запланировать такие проекты. Дошло, например, до того, что и Турция, ссылаясь на перегрузку и экологическую уязвимость Босфора, анонсировала будущую прокладку параллельной искусственной трассы. В то же время отложен, но не перечеркнут, проект сооружения альтернативного канала в центральноамериканских тропиках. Это — второй намечаемый судоходный путь между Карибским морем и Тихим океаном. Где именно? По изобилующей озерами земле Никарагуа, где не последнее слово принадлежит пока еще колеблющимся китайским инвесторам.

Но, конечно, гораздо важнее капризных деталей морских перевозок нефти, газа и их переработки — все то, что сочтено социально-экономическим и политическим статус-кво на берегах, вдоль которых проходят такие трассы. Парадокс заключен в том, что как раз многие из стран, расположенных в наиболее активных зонах топливного транзита, представляются зарубежным консалтингам, рейтинговым службам и аналитическим агентствам наименее стабильными, а то и просто взрывоопасными в среднесрочной перспективе. На такие источники, бьющие «отраслевую тревогу», как раз и ссылается Reuters в одной из публикаций на своей новостной ленте от 25 марта. 

Нефтеэкспортные «плюсы» — еще не панацея

Первыми жертвами отставания от процесса энергетического транзита станут завтра, судя по прогнозу британского консалтинга по проблемам деловых рисков под вывеской Verisk Maplecroft, те отстающие от модно-климатических трендов члены ОПЕК, которые, увы, почти не выполняют наметок Парижского соглашения. То есть они мало что делают на ниве декарбонизации своих довольно шатких «монопродуктовых экономик».

Это — те развивающиеся (в состоянии некоторой апатии) государства, которые, во-первых, пережили в своей недавней истории войны или гражданские конфликты, и, во-вторых, страдают от эффекта самообмана или ложного самообольщения при виде (жителями из своих окон) сотен танкеров с экспортируемым сырьем. «Алжир, Ирак и Нигерия окажутся среди самых ранних жертв замедленной волны политической нестабильности, которая словно накроет собой массив нефтедобывающих стран за период ближайших трех — двадцати лет. Охватит их по мере того, как (в более развитых ареалах — Авт.) будет происходить энергетический переход», — пишет Ноа Браунинг. 

На первый взгляд, сказанное представляется парадоксом. Разве Ирак, стремясь догнать Эр-Рияд по производству «черного золота», не отгружает — на глазах у жителей Басры — один нефтевоз за другим, отправляя их к входу в Ормузский пролив? Или разве не находится Алжир, снабжающий Северо-Запад Европы своим СПГ, рядом с Гибралтарским проливом? Но иллюзии «надежного самообеспечения» доходами от углеводородов благодаря недрам и близости морских путей — опасная вещь. Ибо самоуспокоение ведет к расслабленности в самом главном. Возникает равнодушие к буксующей или даже отсутствующей диверсификации экономик и, более того, к отставанию в тех давно работающих отраслях, которые не связаны с углеводородами. Что толку в мега-масштабах мозамбикских СПГ-проектов, если половиной этой африканской страны могут овладеть террористы из филиала (запрещенной и в России) группировки ИГИЛ; а тем временем в Мозамбике не то что добыча и переработка газа, а и плантации юкки и тростника придут в запустение?! 

В составе следующей группы государств, полагающихся на удобные энерготранспортные маршруты (и, вместе с тем, опаздывающих с диверсификацией и созданием альтернативного ТЭК), тот же Risk Maplecroft называет, в частности, Анголу, Габон и Казахстан. «Все хуже справляясь с задачей ускорения производства ископаемого топлива, а также сталкиваясь со «срезанием», из-за COVID-19, всех прибавок, заработанных за последние годы, ряд стран оказался в затруднительном положении… Время истекает для тех, кому не удалось диверсифицировать свои хозяйственные организмы — разверстать их подальше от экспорта топливной продукции земных недр». 

Очень уж неудобна прогнозная вилка

Впрочем, не просматривается ли в столь мрачном пессимизме некое преувеличение; и почему отдаленное будущее «отстающих» представляется таким безнадежно туманным?

Потому что туманны сами прогнозы мировой нефтегазовой конъюнктуры к середине XXI века. Слишком велика — из-за неуверенности даже лучших специалистов — ожидаемая вилка минимальных и максимальных значений на углеводородных рынках к 2050 году. Такого «широко гуляющего» диапазона ценовых предсказаний из одних и тех же источников, пожалуй, еще не было. Так, североморская смесь Brent, торгуемая в эти дни примерно на отметке 63 долл, может стоить к середине столетия, по данным Risk Maplecroft, 48 долл, а может и 95 долл за баррель(!). А вот информационная служба Минэнерго США дает еще более безбрежную вилку: от 48 до 173 долл. Вот и попробуй разобраться, находясь то ли в Иране, то ли в Алжире, со своим ближайшим экономическим планированием в такой неопределенной обстановке.

Как сказано в докладе, даже благополучные монархии Персидского залива теряют свои иммунитеты от будущих шоков. Так что даже настойчивая и успешная «диверсификация, — говорит шеф подразделения Verisk Maplecroft по рыночным рискам Джеймс Локарт Смит, — тоже способна принести свои собственные политические опасности». Почему? Да хотя бы потому, что может возникнуть вызов неписаным, но «господствующим в нефтяных странах общественным договорам: за гигантизм доходов от углеводородов власти как бы обретают от населения саму законность своего правления».

К сожалению, большинство нефтедобывающих стран мира так и не смогло дистанцироваться от своей однобокой сырьевой зависимости даже после катастрофической рецессии 2014 года, причем некоторые ухудшили свое положение. Имеются ли хотя бы отдельные скромные исключения из этого правила? Да, таковые есть, хотя их очень немного. Сумели более или менее развернуть свои финансово-хозяйственные системы к качественно новым и подчас весьма дорогостоящим ориентирам Парижского соглашения Норвегия и Катар.

Залп — сатирический

Контратака углеводородного ТЭК и обслуживающих его нефтесервисных подотраслей против наиболее рьяных (и потому нередко доводящих дело до абсурда) «суперэкологистов» развернулась после февральского топливного паралича в США вдвойне активно. Непримиримые сегменты антинефтяной «инквизиции» не просто критикуются, а саркастически высмеиваются. 

«Нефтянка» уже писала, притом подробно, о коммерческой пощечине, которую дали буровикам известная швейная компания и одноименный дом моделей под вывеской North Face. На исходе минувшего года законодатели моды обидели коллектив разработчика и создателя прогрессивных видов апстрим-оборудования — корпорации Innovex Downhole Solutions, знаменитой в Техасе, да и не только там. Как отмечалось на нашем сайте, изготовитель популярных видов одежды отказал энергомашиностроителям в реализации спецзаказа к Рождеству. А именно — не пожелал пошить 400 фирменных пиджаков с логотипом нефтесервисной компании, которые предполагалось раздать работникам Innovex Downhole Solutions под Новый Год. «Эти люди заняты вредоносной добычей ископаемых видов топлива и, следовательно, усугубляют пагубную тенденцию к перемене климата», — так отреагировали и отмахнулись топ-менеджеры швейного бизнеса. 

Мало того, в комментарии к своему отказу та же «империя» North Face приравняла морально-этический аспект традиционного ТЭК к табачной промышленности и даже… к порноиндустрии! Дескать, коль скоро незачем выполнять заказы жриц любви или повинных в онкологическом кризисе табачников, то и создатели новых (и, кстати, все более экологичных — Авт.) технологий «скважинного ремесла» тоже обойдутся без красивых пиджаков с модным силуэтом. Похоже, однако, на то, что творцы пиджачных коллекций ошиблись. Особенно — с учетом топливного краха минувшей зимы с сотнями пострадавших на субтропическом юге США близ теплого Мексиканского залива. «…Нефтяная промышленность, — пишет Gizmodo, — готова нанести встречный удар против растущей демонизации ТЭК, как и против искажения сути своего невольно сильного охвата почти всех аспектов наших жизней». 

Прежде всего, президент Innovex Адам Андерсон, столкнувшись с блокированием своего запроса, разразился письмом, размещенным не где-то, а на LinkedIn. Быть может, бизнесмен, гневаясь на оппонентов, преувеличил пользу «черного золота» и «голубого топлива» для флоры и фауны, говоря в своем послании о… необходимости углекислого газа для зеленых массивов Земли. Но зато остальное содержание материала, обошедшего заокеанские СМИ, представляется бесспорным. Особенно убедительно бьет по доводам экологистов сделанная Андерсоном проекция замышляемого ими «мира без грязных энергоисточников и энергоносителей» на социальную атмосферу в десятках развивающихся государств. «Органическое топливо не вредит, а помогает человечеству, — комментируется письмо именитого сервисника. — Так что скорее налицо — озабоченность тем, сколь быстро бедность и нищета распространятся по «белу свету» как раз при дефиците «грязной энергии». 

Впрочем, гуманитарно-нравственные соображения — далеко еще не все. North Face, можно сказать, посрамлена своим оппонентом еще и по сути — самыми что ни на есть материальными доводами. «Ведь пиджаки с ярлыком BTW (выпускаемые на предприятиях North Face) изготовлены на основе углеводородного сырья», — с полным правом напоминает все тот же г-н Андерсон. «Действительно, волокна и нити полиэстера, нейлона и спандекса, — свидетельствует журналистка Молли Тафт, — ощутимо присутствуют в фирменных тканях для верхней одежды. Они изготовлены из пластических полуфабрикатов, которые уходят своими корнями в сырую нефть». 

Газетно-журнальная полемика вокруг непошитых пиджаков завязалась, следует признать, еще в декабре. Но, конечно, своего пика она достигла сейчас, когда наиболее бескомпромиссные защитники окружающей среды со стыдом отступают со многих из занятых ими ранее информационных высот. Так, в марте прошло резонансное мероприятие, устроенное влиятельным углеводородным лобби в штате Колорадо. Тамошняя Oil and Gas Association провела церемонию награждения недругов апстрима «фейк-медалями и призами» за самые громкие и скандальные нападки на традиционный ТЭК. Стоит ли удивляться тому, что нанятые нефтяниками артисты с плакатами обескураженной такими событиями North Face оказались среди лауреатов!

Павел Богомолов