Российские нефтегазовые и энергетические компании глазами S&P

Международная S&P Global Ratings опубликовала новый обзор российского корпоративного сектора. Эксперты проанализировали главные тенденции и факторы, оказывающие влияние на изменения рейтингов российских предприятий в разных секторах экономики, включая энергетические и нефтегазовые компании.

Прогноз развития российского нефтегазового сектора от S&P Global остается стабильным, несмотря на то, что цены на нефть так существенно и не выросли, а курс национальной валюты укрепился. По мнению аналитиков, решение стран, входящих в ОПЕК, и некоторых других государств о продлении действия соглашения о сокращении объемов добычи нефти до конца марта 2018 г. будет оказывать позитивное влияние на финансовые показатели Российской Федерации. Однако для российских нефтяных компаний даже небольшое повышение цен не сможет компенсировать рост налогов и сокращение объема добычи.

Согласно прогнозу, компании будут и в дальнейшем сдерживать объем нефтедобычи на зрелых месторождениях, которые обеспечивают гораздо более низкий уровень прибыли при текущих ценах. Кроме того, S&P Global предполагает возможный перенос сроков начала добычи на новых месторождениях. Российское правительство существенно расширило перечень проектов, по которым будут предоставлены налоговые льготы, что может дать нефтяным компаниям стимул для запуска таких проектов в соответствии с графиком.

С финансовой точки зрения эксперты не прогнозируют существенных изменений характеристик кредитоспособности «Роснефти», «ЛУКОЙЛа» и «Газпром нефти» в 2017 г. Даже если «Роснефть» запланирует увеличение капитальных расходов в текущем году примерно на 30% в абсолютном выражении, компания сможет «не допустить увеличения долговой нагрузки».

В то же время аналитики отмечают сокращение возможностей для улучшения характеристик кредитоспособности «Газпрома», поскольку и без того значительные капиталовложения компании включают сегодня расходы на несколько крупных проектов по строительству трубопроводов. В отличие от энергетических или железнодорожных компаний, «Газпром» не получает государственного финансирования на выполнение своих стратегических проектов. Как и нефтяные компании, «Газпром» сталкивается с гораздо более низкими экспортными ценами, однако эффект налогового хеджа для него значительно ниже. Как и тарифы на электроэнергию, в последние годы внутренние цены на газ в рублевом выражении повысились лишь незначительно, а в долларах снизились с более чем 100 долларов за 1 тыс. куб. м в 2013 г. до менее чем 60 долларов в 2016 г.

Проекты по строительству трубопроводов «Северный поток-2», «Турецкий поток» и первой очереди газопровода «Сила Сибири» планируется завершить в 2019-2020 годах. В настоящее время «Газпром» является единственным акционером проекта «Северный поток-2», а международные партнеры предоставляют лишь часть финансирования в форме кредитов совместному предприятию. Пока неясно, в какой мере «Газпром» сможет сокращать капиталовложения в условиях отмечаемого в 2017 г. повышения курса рубля к доллару США.

Эксперты отмечают возможное давление на финансовые показатели «Транснефти», поскольку компания еще не завершила несколько проектов, предусматривающих крупные капитальные расходы, и утвердила повышение дивидендных выплат в 2017 г. В последние годы в целях повышения доходов бюджета российское правительство настаивает на увеличении дивидендных выплат с традиционно низкого уровня до 50% чистой прибыли (рассчитанной в соответствии с международными стандартами финансовой отчетности). Это влечет за собой изменения в дивидендной политике многих компаний. Ряду крупных российских игроков, например, «Газпрому» и «Роснефти», удалось сохранить дивиденды на уровне ниже 50% чистой прибыли, объяснив это необходимостью крупных капиталовложений и высокими налоговыми выплатами. Многие крупные российские компании располагают существенным административным ресурсом и формально могут быть исключены из решений правительства о повышении дивидендных выплат, поскольку принадлежат государству не напрямую, а косвенно (например, прямым собственником «Роснефти» является АО «Роснефтегаз»). Несмотря на это, даже такие компании должны будут повысить дивидендные выплаты по сравнению с предыдущим годом. Большинству других игроков предстоит выплатить 50% прибыли.

Эксперты S&P полагают, что для основной части корпораций это требование является выполнимым, учитывая их текущие высокие показатели кредитоспособности, потенциальную гибкость в отношении капитальных расходов и в некоторых случаях – относительно низкую чистую прибыль согласно отчетности. В то же время в сочетании с высокими капитальными расходами и возможным укреплением рубля рост дивидендов может повысить давление на финансовые показатели компаний («Газпрома» и «Транснефти»).

S&P отмечает, что 50% обесценивание рубля в 2014 г. позитивно повлияло на деятельность крупнейших российских экспортеров и поддержало их конкурентные позиции на мировом рынке. Но за последние 12 месяцев рубль укрепился на 15%, что расценивается экспертами как краткосрочный риск. Сильная корреляция между ценами на нефть и валютным курсом, отмечаемая исторически, в последние месяцы стала гораздо менее выраженной благодаря притоку иностранных инвестиций. Центральный банк Российской Федерации (Банк России) пока не принимает мер с целью воздействия на обменный курс, при этом значительное снижение ключевой ставки может привести к резкому обесценению рубля, что приведет бы к ущербу для экономики. Вместе с тем даже в отсутствие действий со стороны Банка России S&P отмечает риск девальвации рубля, связанный с притоком спекулятивного капитала. Основной риск для компаний представляет не величина валютного курса сама по себе, а его волатильность. Базовый сценарий экспертов, предполагает 10% обесценивание рубля по сравнению с текущим уровнем, что должно благоприятно повлиять на показатели большинства российских компаний, имеющих рейтинги S&P Global Ratings.

Повышение оценок кредитоспособности и рейтингов электроэнергетических компаний, не связанное с изменениями суверенного рейтинга, может быть обусловлено сокращением капитальных расходов и увеличением выручки от продажи мощности. Исторически избыток мощностей был обусловлен крупными капиталовложениями в рамках так называемых «договоров на поставку мощности» (ДПМ), которые обеспечивали стабильную выручку от продажи мощности. Тем не менее, к концу 2016 г. было введено в эксплуатацию 91,2% мощностей, строительство которых было запланировано в рамках ДПМ, в связи с чем у большинства генерирующих компаний в ближайшие годы капиталовложения сократятся, а выручка вырастет. Правительство разрабатывает новый механизм взамен ДПМ, который был бы направлен на модернизацию, а не строительство новых энергоблоков, однако до внедрения этого механизма дальнейшего существенного увеличения капитальных расходов в отрасли не прогнозируется. Этот фактор должен позитивно повлиять на показатели «Мосэнерго», а после завершения основных проектов — на показатели «РусГидро» и «Атомэнергопрома».

Существует некоторая неопределенность относительно дальнейшего финансирования крупных инфраструктурных проектов со стороны государства, а также относительно спроса на услуги создаваемой инфраструктуры. Так, ФСК ЕЭС, контролируемый государством оператор магистральных электросетей, осуществляет значительные инвестиции в строительство сетей по передаче электроэнергии, необходимых для модернизации Байкало-Амурской и Транссибирской магистрали. Первоначально компания ожидала получить от государства 36,6 млрд из 128,3 млрд рублей, необходимых для строительства, однако в настоящее время государственное финансирование проекта не планируется. Вместо этого в конце 2016 г. правительство позволило ФСК ЕЭС взимать 6% с отсроченных платежей за техническое присоединение АЭС и ГЭС к электросетям и использовать соответствующий доход для финансирования проекта. Кроме того, если снижение спроса на услуги Байкало-Амурской и Транссибирской магистрали со стороны горнодобывающих предприятий будет официально подтверждено, объем работ и необходимых инвестиций для ФСК ЕЭС также существенно снизится.

В 2012 г. компания «РусГидро» получила 50 млрд рублей в акционерный капитал для финансирования четырех стратегических проектов по генерации электроэнергии на Дальнем Востоке, 14 млрд рублей из которых оставались неиспользованными к концу 2016 г. Компания планирует завершить эти проекты в 2017-2018 годах. Атомэнергопром» получает значительные вливания в капитал со стороны государства для частичного финансирования строительства АЭС в России, Турции и Финляндии (в 2015 г. было получено 57,6 млрд рублей, в настоящее время одобрено, но еще не получено вливание средств объемом 290 млрд рублей). Компания планирует начать строительство новых АЭС в других странах, однако государственное финансирование этих проектов со стороны России еще не подтверждено.

Ключевой вопрос состоит в том, смогут ли и захотят ли компании отложить или сократить капитальные расходы в случае задержки в получении государственного финансирования или его отмены, а также в случае отсутствия достаточного спроса. Хотя у компаний есть некоторая гибкость в отношении сроков реализации проектов, они, вероятнее всего, будут инвестировать собственные средства в те проекты, которые являются стратегически значимыми или близки к завершению. Вероятность существенных изменений в отношении наиболее важных и крупных проектов исключить нельзя, однако подобные изменения потребуют специального одобрения со стороны правительства, которое не всегда легко получить.

S&P не прогнозирует существенных изменений в системе регулирования сектора. Темпы роста регулируемых цен в отрасли будут немного ниже темпов инфляции, а избыток мощности и слабый спрос будут препятствовать слишком быстрому росту нерегулируемых рыночных цен на электроэнергию. Запланированное повышение внутренних цен на газ на 3,9% и рост цен на уголь могут оказать позитивное влияние на нерегулируемые цены на электроэнергию, поскольку около 67% генерирующих мощностей России представлены теплоэлектростанциями.

S&P отмечает рост зависимости многих российских компаний от кредитования или вливаний капитала со стороны российских банков, а также долгосрочного государственного финансирования. Это точно характеризует ситуацию для компаний, в отношении которых действуют финансовые санкции и которые не могут привлекать долгосрочное фондирование на международных рынках капитала (например, «Роснефти» и «Газпром нефти»). Сможет ли сравнительно небольшая банковская система страны в достаточной степени удовлетворять потребности в финансировании столь крупных заемщиков?

В качестве альтернативного мнения можно привести новый прогноз аналитиков Citi Bank: в случае расширения действия и введения новых санкций в отношении России со стороны США, они в значительной мере повлияют на стоимость рублевых активов. Предполагается ввести ограничения по сроку погашения кредитов, предоставляемых российским компаниям и банкам. В таких условиях дальнейший спад цен на нефть может серьезно повлиять на экономическую ситуацию в стране.