Наступает момент истины

Старшее поколение россиян еще помнит времена, когда, включив первомайским утром настенную «радиотарелку», мы обычно слушали сводку достижений ко Дню международной солидарности трудящихся. Одно из первых мест принадлежало рекордам нефтедобычи… Но вот — особенность наших дней: 1 мая стартовало беспрецедентное, на 20%, снижение производства «черного золота» в 23 странах, среди которых — Россия. Ничего не поделаешь: надо выполнять согласованное решение ОПЕК+, без которого мировая углеводородная отрасль вообще оказалась бы в тупике. На каком же глобальном фоне приносится «первомайская жертва»? Как уже отмечалось на нашем сайте, валовой продукт Земли обречен в 2020-м на спад в размере 3%. Но еще парадоксальнее то, что, по прогнозу МВФ, сильнее всего обвалятся экономики постиндустриальных — высокоразвитых регионов планеты. На 5,9% (чего опасается рвущийся ко второму президентскому сроку Дональд Трамп) рискует упасть ВВП Соединенных Штатов. На 7,5% сократится экономика ЕС. Оправиться после пандемии и приподняться уже сейчас над последствиями мировой трагедии может разве что Китай, отчасти оживившийся к маю. Но его ВВП скромно повысится, вероятно, лишь на 1,2%. Учитывая, что Пекин еще вчера давал 35% роста мировой экономики, — ожидаемый от него слабый «навар» подобен, увы, топтанию на месте. Тем временем в мире остановлены авиаперевозки, а, скажем, автомобильные — снизились в большинстве стран на 50%. Вышесказанное, конечно, выглядело бы еще хуже без вышеупомянутой сделки нефтепроизводителей. Такова общая картина. Что ж, час прямоты пробил: для ответственных перед своим читателем СМИ пришло время перейти от беглого освещения событий к глубоким оценкам и стратегическим прогнозам, сколь бы «неудобными» они ни казались для немалой части нашей аудитории. Внести свой вклад в это осмысление происходящего не отказывается и «Нефтянка». 

Позыв к национализации ТЭК дошел до… Америки!

Правительство Соединенных Штатов, пытаясь спасти разоряющиеся корпорации углеводородного сектора, рассматривает возможность покупки крупных долей размещенного в них акционерного капитала. Об этом заявил в Белом доме министр финансов Стивен Мнучин. Заявил не на ходу, в каком-нибудь коридоре, а в присутствии главы государства. Поясняя сказанное удивленной прессе, Мнучин уверенно подтвердил: «Можете понять меня таким образом, что такова одна из наших альтернатив, но их уже много».

Шаг к национализации (пусть и не революционно-насильственной) — вот истинная сенсация нынешней Америки. США ведь — не Скандинавия: За океаном всегда считалось «красной ересью» оспаривать неограниченную свободу стопроцентно-частного бизнеса. Так неужто сбывается призыв тех, кто допрашивался в 1950-х «комиссиями по неамериканской деятельности» во главе с сенатором Маккарти; кто «мотал» сроки и сгорал на электрических стульях не только за шпионаж, но и за «просоветскую пропаганду народного обобществления ключевых отраслей экономики»?! Пожалуй, хуже всего для адептов безраздельно-частного владения углеводородным ТЭК — следующее. Транспаранты с раздражающим их требованием все больше подхватывает молодежь. Ведь ей, как известно, повсюду принадлежит день завтрашний. Идол юных радикалов сенатор-социалист Берни Сандерс может быть уже за бортом президентской гонки, но его идеи, видимо, «живут и побеждают». 

Есть в США такое природоохранное лобби: Green New Deal. На его левом фланге — боевитое молодежное крыло под названием Sunrise Movement. Оно-то и объявило атмосферу ценового спада «шансом на переход нефтегазовых компаний в общественную собственность». В центре Sunrise Movement — смелый проект по вывеской End Climate Silence. Руководит им неутомимая Женевьева Гюнтер, которую газета HuffPost (видно, по созвучию с романом Этель Лилиан Войнич «Овод») называет «вездесущим оводом Твиттера». И вот что говорит г-жа Гюнтер: «Всего раз в жизни выпадает возможность национализировать нефтяные компании и управлять их трансформацией. Если только мы упустим нынче такую возможность, — это стало бы ночным кошмаром!». Не отмалчивается и нью-йоркский филиал партии Democratic Socialists of America: «Хватит спорить о том, есть ли у федеральных властей средства, чтобы выкупить в «пожарном порядке акции сырьевых гигантов».

К созданию мощного бюджетного — подконтрольного всей нации сектора в углеводородном ТЭК призывают в Штатах не только юные активисты. После того, как прославленная сланцевая революция обернулась своей убыточной изнанкой, — к ориентирам «мягкой национализации» хотя бы на европейский манер повернулись вдруг научный мир, экспертные круги, часть партийно-политического спектра. Это, правда, не гарантирует «национализаторам» успеха. Но зато предвещает: в сколь накаленной общественной атмосфере будет жить заокеанский ТЭК в 2020-е годы. Ну а россиянам интересно иное: куда подевалась ультрареформаторская часть преобразователей ТЭК эпохи 1990-х, писавшая, будто не видать нам уважения от зарубежных партнеров, ибо мы-де «мало приватизировались». Не скопировали американский опыт. Дайте же нам сфотографироваться с ними сегодня, предварительно вложив в руки таких собеседников газеты США с аршинными заголовками про желание государства стать совладельцем или даже владельцем ряда корпораций. Вот ведь до чего доводит коронавирус вкупе с общеэкономическим спадом… 

Еще три прогноза от «Нефтянки»

В предыдущей главе мы коснулись признаков, казалось бы, неожиданного «национализаторского драйва» за океаном. Чем он в итоге обернется — пока сказать трудно. Но в то, что эта линия будет нарастать, — верится вполне. Есть, однако, еще три заметных тенденции, о которых нельзя не сказать.

Первая из них — региональная. Добывающие ареалы топливно-сырьевых стран перестанут считаться «землями обетованными». Так, Техас, этот гордо-нефтеносный «штат одинокой звезды», всегда находивший заработок и кусок хлеба внутренним мигрантам из любой американской «зоны экономического бедствия» (типа Детройта с его ржавыми автосборочными конвейерами), уже становится (как минимум в части своих графств) обездоленным. В 2013–2015 годах, когда автор этих строк работал в Хьюстоне, техасцев, нуждавшихся в бесплатной продовольственной помощи, насчитывались сотни тысяч. Но сейчас эта статистика стала и вовсе кошмарной: очереди за продуктовыми наборами тянутся на мили! А благотворительные организации заявляют, что запасов еды и денежных фондов им хватит не более чем на неделю… 

Словом, привычка исследователей-американистов по всему миру (в т.ч. и у нас в Москве) выделять розовым фломастером на карте США островки «апстрим-процветания» или «даунстрим-благополучия» рискует потерять свою релевантность. И, между прочим, эта мысль относится не только к США, но и к другим странам. Привилегированный социально-имиджевый и зарплатный сегменты «визитных карточек» сырьевых провинций могут потускнеть. Еще недавно в шотландском Абердине и его окрестностях можно было увидеть, в пересчете на сотню автомашин, больше роскошных «роллс-ройсов» и «бентли», чем в столичном Лондоне. А теперь, когда одна только британская нефтянка на Северном море рискует потерять 30 тыс. рабочих мест, — эпицентр глубоководного сервиса может стать заурядной провинцией с заколоченными дверями многих фирм и конструкторских бюро. 

Вторая тенденция — разделение ощутимо-физических и, с другой стороны, абстрактно-биржевых факторов при выработке подходов к торговле нефтью. Почему, скажем, бенчмарковая смесь Brent на Северном море стала в апреле так сильно удаляться по своей котировке от падающего американского сорта WTI, ведь еще вчера разница между ними составляла всего два-три доллара?! А вот почему. Посреди моря подошедший к платформе танкер под любым флагом запросто может стать и экспортным транспортом, и плавскладом, и чем угодно. Другое дело — наземные месторождения сланцев, кроющихся в глубине Северной Америки. Перекачивать оттуда нефть к терминалам — куда дороже. Пока все это покрывалось мировым потребительским бумом или как минимум устойчивым ростом, — особой разницы между Brent WTI не было: сходный товар — он и есть товар. Иное дело сейчас, когда все разваливается; и между «шотландцем» и «техасцем» с треском нарастает мега-дистанция. Физическая конкретика и доступность сырья — снова, как сотню лет назад, — на авансцене. Так что будущее, уважаемый читатель, — не за цифровыми колонками на экранах и не за фьючерсными спекулянтами, которые, словно герой фонвизинского «Недоросля», игнорируют неумолимую географию. Будущее — не за виртуально-искусственной, а за реальной экономикой.

Пара слов — о возобновляемых

И, наконец, столь же неумолимая третья тенденция. По-настоящему массовое и, главное, устойчиво-рентабельное овладение возобновляемыми источниками энергии, что бы ни говорили их проповедники, придется теперь отложить на завтра или даже на послезавтра.

Предстоит, однако, по-прежнему заниматься нетопливным направлением. Но уже, как говорится, без фанатизма. Между прочим, это болезненная тема. Немало авторитетных изданий доказывают обратное: пора вовсе выталкивать ставшую проблемной нефть на обочину и вступать в светлое энергетическое будущее. Однако, на наш взгляд, это «подстегивание» опрометчиво. Почему?

Хотя бы потому, что истинными спонсорами применения возобновляемых (альтернативных) энергоносителей по сей день были и остаются, давайте уж сознаемся в этом, нефтяники и газовики. А сегодня они и сами-то — на грани банкротства. Удержать ядро своих коллективов, спасти апстрим и даунстрим от разорения — вот подлинно неотложная задача. Как результат, на пару ближайших лет обречены стихнуть сразу два радикальных фланга мирового ТЭК. «Улягутся» как дорогостоящий ажиотаж вокруг ВИЭ, так и, вместе с тем, лихорадка вокруг не менее дорогостоящего гидроразрыва пласта на кладовых сланцев. Сохранится же то, что теплится посередине — нормальная и трудоемкая, пусть и давно приевшаяся еще нашим дедам разработка самой что ни на есть обычной, или традиционной, ресурсной базы: conventional resources. Или, во всяком случае, освоение того, что от нее пока еще остается. 

Тем временем экологисты по инерции требуют: деньги транснационалов — на морской прибой, силу ветра, разложение биомассы, солнечную энергию… До того ли ныне, ребята? Знаете, сколько рабочих мест сокращено за период пандемии в зеленой, или чистой, энергетике одних только Соединенных Штатов? По данным новостной ленты Grist, их уже насчитывается 106 тысяч; и нет конца и края этому вынужденному и пока неизбежному процессу.

Те, кому пандемия — словно море по колено 

Недругов России напугала попытка Москвы продвинуть в ООН проект многообещающей резолюции. Ее цель — хотя бы временное (на период борьбы с пандемией коронавируса) снятие самых, к сожалению, характерных для нашего прискорбного века препятствий для международной торговли.

Речь, как уже догадался читатель, — о «расплодившихся» по всему миру санкциях против многих суверенных государств. К сожалению, резолюция не прошла — ей воспрепятствовали нечеловеческие старания лидеров НАТО. Но уже сама постановка документа на обсуждение не канула в Лету бесследно. Внедрение столь наболевшей темы в международную повестку напугало ряд слишком беспокойных столиц несказанно. А тут еще и совместное заявление Путина и Трампа в день 75-летия легендарного рукопожатия союзнических армий на Эльбе. Насколько можно понять по статье The Wall Street Journal, эта декларация привела «ястребов» в адское состояние «белого каления». Коллеги по журналистскому цеху говорят, что в Польше дошло до сердечных приступов и попыток выброситься из редакционных окон с самолечением в виде чарки Wyborowa. Вот если бы поляки, пройдя в 1944–1945 годах через Россию, завершили в Манчжурии разгром Японии вместе с американцами, — было бы совсем другое дело. А тут — как раз наоборот: это русские, будь они неладны, пройдя с боями через всю Польшу, вступили на территорию рейха, поверженного ими же, и встретились там с улыбчивыми заокеанскими «джи-ай» под звездно-полосатым флагом. Да кто же такое стерпит в Варшаве?! 

Предпочитая не дожидаться завершения глобальной схватки с эпидемией, на Висле решили взяться за старое. И возобновить ресурсно-энергетический прессинг в секторально-санкционном ключе. А заодно и взвинтить на более высокий уровень яростную топливно-сырьевую схватку Запада с Востоком в целом. И вот — очередной залп антироссийской канонады. Объявлено, что польское правительство намерено арестовать активы «Газпрома» в Европе. На каком основании? В качестве возмещения, которое энергетическому концерну PGNiG присудил Арбитражный суд в Стокгольме, рассмотрев жалобу Варшавы на цену за поставляемое в республику «голубое топливо» из РФ. С таким амбициозным заявлением выступил на днях замминистра госактивов страны Януш Ковальский в интервью еженедельнику Wprost. 

«Можно сказать, все ключевые проекты, реализуемые в ЕС «Газпромом» и его дочерними компаниями, — пояснил пан Ковальский, — могут в конечном счете служить для эффективного погашения долгов перед Польшей». Что-то больно сильно он размахнулся. Стокгольмский арбитраж присудил 1,5 млрд долл. Сопоставимо ли это сразу со всеми ключевыми проектами российской газовой монополии в Европе?! Видно, опасаясь все же «объять необъятное», замминистра смилостивился — и решил ограничиться Балтикой. «…Хорошая идея — овладеть в первую очередь акциями Nord Stream AG и Nord Stream 2 AG, — сказал он. — Это также может привести к задержке реализации проекта Nord Stream 2». В том же интервью было отмечено, что нельзя, мол, идти ни на какие уступки в деле о получении компенсации от «Газпрома».

Нападки со всех сторон 

Не бездействуют и воинственные соседи Польши. Пандемия для них — сама по себе, т.е. дело вторичное. Главное — побольнее укусить «российского агрессора». Жаль только, что Украине, столкнувшейся в своей Верховной Раде с неприятием прорыва пресловутого М.Саакашвили во власть, не дано «чертовски поработать» под водительством поборника «дерибасовской топливной стратегии». Не суждено, так сказать, лишний раз похлопать проводнику трубопроводных войн и реверсов на трассе «Одесса-Броды».

Но уж возродить атаки на «Северный поток-2» можно и без Саакашвили, не так ли? Антигазпромовские инсинуации Киева свидетельствуют, на взгляд депутата Госдумы РФ Виктора Водолацкого, о сожжении последних мостов не только с Россией, но и, быть может, даже с более покладистыми в подходе к Зеленскому странами СНГ. Налицо и риск испортить отношения с Европой, ядро которой поддерживает прокладку энерготрассы по дну Янтарного моря. С другой стороны, не заинтересованы в трубопроводе «Соединенные Штаты по причине конкуренции и теоретической возможности продаж своего СПГ», — продолжает тему — в изложении RT — депутат Алексей Чепа. В свою очередь, сенатор Алексей Пушков сравнил угрозу сорвать финал стройки с истерикой. «Сами же сказали: на Днепре готовы к «нулевому транзиту» из России. Вот и не истерите, а будьте готовы», — написал наш законодатель в Твиттере. 

Ну а Литве, как видно, мало углеводородной конфронтации с Россией как таковой. В «янтарном краю» смотрят на энергетику шире. На днях Вильнюс обратился к США за помощью в достижении некоего поворота в планах ТЭК Белоруссии — союзного россиянам государства. В беседе с заместителем госсекретаря Стивеном Биганом министр иностранных дел прибалтийского государства Линас Линкявичюс «просил у США поддержки позиции Литвы по вопросу об Островецкой атомной станции». При этом «подчеркивалось несоответствие проекта экологическим стандартам, нормам безопасности ядерной энергетики, а также необходимость реализовать рекомендации ЕС по поводу стресс-тестов еще до запуска АЭС», — отмечает МИД Литвы.

Не только в Старом Свете, но и за его рубежами, особенно там, где пахнет нефтью и газом, — очернение инициатив России и ее партнеров снова набрало силу. Словно исчезли гуманные приоритеты того, чем по идее призваны в эти дни заниматься ответственные политические силы, как и солидные СМИ. Не успокаиваются противники мирных кремлевских предложений, например, в нефтедобывающей Ливии. На раскаленную медиа-сковородку подброшена и без того жареная версия о «поражении этих русских» в ходе междоусобных боев на близ города Салах-ад-Дина. Именно там-де был уничтожен целый штаб оперативного управления ЧВК «Вагнер». Мол, пусть возрадуются если не привычные покупатели ливийского углеводородного сырья на юге Европы — например, на Апеннинах, то уж, по крайней мере обитатели тамошних баз НАТО. Пока подразделения российских войск химзащиты и военные медики борются с коронавирусом в Италии, — по другую сторону Средиземного моря наши соотечественники якобы массово гибнут от удара защищающих режим Триполи «воинов Пророка». Что же отвечает на эту клевету МИД России?

Отвечает оно достойно: «Обращаем внимание, что в этот момент в зоне боевых действий на земле Ливии нет ни одного военнослужащего России. Достоверных данных о гражданах РФ, которые принимали бы участие в боестолкновениях на территории Ливии и погибли в указанные даты, в МИД не поступало». Кроме того, в онлайн-лекции для студентов МГИМО Сергей Лавров подчеркнул, что Москва намерена оказывать помощь обеим главным конфликтующим силам в Ливии только в ходе мирного урегулирования.

10-летие взрыва на Макондо

30 апреля исполнилось 10 лет крупнейшей катастрофы современности в углеводородном ТЭК. Взорвалась и сгорела платформа Deepwater Horizon на офшорном блоке Макондо в американских водах Мексиканского залива. Погибло 11 и было ранено 17 буровиков. И ведь это было только началом крупнейшей отраслевой трагедии XXI века, возымевшей, прежде всего, масштабное регионально-экологическое измерение.

За 87 дней после взрыва, как напоминает британская The Guardian, в воды залива проникло… 5 млн баррелей нефти со дна. Черной пленкой покрылись сотни миль береговой полосы — быть может, как запоздало пишется сегодня, — вплоть до далекой Флориды. Невероятно пострадала морская фауна. Эрозии подверглись целые созвездия коралловых рифов. Погиб миллион птиц. Всю ответственность за происшедшее взял на себя, естественно, инвестор. Речь — о наследнице Англо-Персидской нефтяной компании — всемирно известной ВР. В общей сложности, ей пришлось выплатить штрафов разных уровней на сумму 69 млрд долл! Эксперты считают: под угрозу было поставлено само выживание транснациональной корпорации. Да и то сказать: она и впрямь рисковала завтрашним днем вопреки имевшейся «подушке безопасности» — всем своим предыдущим накоплениям. 10 миллиардов из названной суммы пришлось, между прочим, на долю пострадавших американских рыбаков — их общин, промысловых кооперативов и перерабатывающих предприятий.

Возможно, впрочем, что лет через 20-25 они столкнутся с новой напастью, предсказываемой авторитетным изданием Science. Дело в том, что в первые же дни после катаклизма на Макондо предусмотрительная ВР рассыпала над заливом невиданное количество т.н. «дисперсантов». Это высокотоксичные химикаты, опускающие 50% нефтяных утечек на дно, дабы предотвратить или, по крайней мере, уменьшить загрязнение пляжей. Но вечно «лежать на дне — в серой прохладной мгле» эти сгустки «бесхозных» углеводородов не будут. Они начнут расщепляться и наносить экосистеме запоздалый, но не менее ощутимый урон. Зная об этом, ВР была вынуждена направить 1,3 млрд долл на целевые исследования в течение первой «пятилетки после взрыва». Мало того, выделено еще 500 млн долл на такую же 10-летнюю программу изысканий. А тут еще и фантастическая дань американскому правосудию.

Как это свойственно судебной «охоте на ведьм», — влияние фискальных репрессий против ВР обернулось двойственным международным эффектом. С одной стороны, «мейджор» наказан не впустую. На преступления против окружающей среды нельзя не реагировать по всей строгости Закона. Но, с другой стороны, возможно, что рестрикции были завышены — подсчитаны по чрезмерным требованиям зеленого лобби. Что, быть может, и подвигло к осознанию ошибочности прежней веры нефтяников в американскую Фемиду, пониманию завышенности иллюзий в отношении казавшихся незаменимыми «плюсов» союзнического альянса в углеводородном ТЭК. Платя по полной программе, преемница British Petroleum, видимо, дрейфовала к углубленному осознанию мировых реалий, целей энергобезопасности и нефтегазового партнерства между Востоком и Западом. Окрепли структурно-акционерные связи ВР с «Роснефтью», география которых простерлась до дельты Нила. Без особого внимания из года в год оставались в лондонской штаб-квартире призывы из Вашингтона: не ездить на Петербургские форумы, не выступать там и не вести на Неве деловых переговоров с потенциальными партнерами. 

Мексиканцам — ни цента!

Вместе с тем один немаловажный региональный сегмент аварии на скважине Макондо остался за минувшие 10 лет никак не охваченным и даже проигнорированным. Это — разрушительно-токсичное воздействие той же катастрофы на мексиканскую часть одноименного залива, расположенную на 200-мильном расстоянии от останков Deepwater Horizon.

Позиция ВР однозначна: морское течение увело образовавшееся от утечек пятно в противоположную — северную сторону. Но рыбаки и защитники экосистемы вдоль ранее богатой промысловым ресурсом лагуны, что тянется на 65 миль от Тампико (штат Тамаулипас) до Тукспана (штат Веракрус) уверены: это неправда! «Никакой подводной границы между мексиканскими и американскими водами не существует, это абсурд!», — заявил эксперт по загрязнению моря и почвы из местного Биологического колледжа Эдуардо Рубьо. Раньше доходы от добычи морепродуктов в этой зоне составляли 95% всех денежных поступлений, а теперь бизнеса почти нет, и вся молодежь подалась в другие районы страны в поисках заработка. Один из небольших рыболовецких кооперативов, Saladero, сдал в 2010-м 11663 кг креветок, 36 кг морского окуня и 281 кг устриц. А в прошлом году креветок было выловлено всего 1000 кг. Плюс к этому — всего 20 кг окуня и… ни одной устрицы!

Почему это происходит? Ведущий правительственный океанограф Серхио Хименес еще в 2011 году обосновал, что, помимо поверхностного течения, унесшего следы аварии Макондо на север, существует и глубинно-встречное, по сей день влекущее продукты ядовитой утечки к мексиканским берегам. Конкретные проявления этого феномена вполне различимы на глубине 200 метров. Собственно, в 2013-м Хименес подробно доказал эту версию перед судом американского штата Луизиана. Но… за пару дней до итогового анализа сотен аналогичных исков из латиноамериканской страны в Луизиану пришел гораздо более увесистый «дипломатичный» файл с «суммарно-сглаженными» претензиями официального Мехико — от имени тогдашнего президента Энрике Пенья Ньето. Естественно, правительственная подборка смягченных аргументов «подмяла» под себя все индивидуальные иски.

А уже в 2018-м, как пишут в «Итогах» общего расследования консалтинг BuzzFeed и группа сторонников международной транспарентности Poder, претензии ВР были и вовсе дезавуированы в русле секретной, как утверждает The Guardian, сделки. За сравнительно небольшую сумму 25,5 млн долл власти Мексики полностью отказались от любых требований в данной связи. Одновременно сеньор Пенья Ньето, уже готовясь покинуть кабинет, одобрил серию мега-сделок с той же ВР. В стране ацтеков открылись сотни АЗС с трехцветным логотипом компании, провозгласившей охрану природы своим девизом. «Итак, — сетует председатель вышеупомянутого рыболовецкого кооператива Saladero 62-летний Энрике Аран, — позади уже десять лет. За это время американские рыбаки, поддержанные еще прежним президентом США Бараком Обамой, обрели достойное возмещение нанесенного им ущерба. А вот мы получили нечто иное: насмешки, издевательства и дискриминацию. Целая декада жалоб, протестов, борьбы и… ни одного цента взамен!». 

Павел Богомолов