Враг-государство

shutterstock_114176860Нефть лежит на дне, и нет никакой уверенности в том, что она его не пробьет. Однако даже в этих тяжелейших условиях российские нефтяные компании чувствуют себя куда увереннее западных. Другое дело, что под этим предлогом российская власть уже изымает у них дополнительные средства в бюджет. Если это станет традицией, то российскому нефтегазу будет куда сложнее работать в кризис.

2015 год был тяжелым для нефтяной отрасли. Шутка ли: Brent c $55 за баррель к концу года рухнул почти на треть — до $37,89 за баррель. Как это ни странно, меньше пострадала нефть марки WTI: она просела на 27,7%, с $52,72 до $38,10 за баррель, не только сократив разницу с Brent, но и обойдя его по цене. Столь же «прекрасно» ощущает себя наш родной Urals — 2470 рублей за баррель (порядка $35,3). И это, по мнению ряда экспертов, еще цветочки. О ягодках, к примеру, говорят аналитики Royal Bank of Scotland: рынок движется к краткосрочной цели $26 за баррель нефти и, как только она будет достигнута, к $16 за баррель.

Однако, в отличие от зарубежных энергетических компаний, российские чувствуют себя более чем неплохо. В Merril Lynch считают, что добыча нефти в России в 2016 году вырастет на 1,5%, и в 2017-2018 годах останется на этом уровне. По мнению аналитиков, нефтяные компании в России имеют преимущество перед своими иностранными коллегами, в первую очередь благодаря ослабленному рублю и гибким ставкам налогообложения. В среднем безубыточность для крупных российских участников рынка обеспечивается при цене нефти около $30 за баррель Brent (в том числе менее $20 за баррель для «Башнефти» и «Роснефти»), тогда как для зарубежных мейджоров, таких как BP, Total и Eni, — при цене нефти выше $60 за баррель, приводит данные отчета «Коммерсант».

Правительство РФ полностью согласно с выводами Merril Lynch, поэтому решило немного потрясти своих нефтяников. В 2016 году для них не будет снижена экспортная пошлина — с 43 до 36% — что предусматривалось налоговым маневром. Это вынет из карманов российских нефтяных компаний дополнительные 200 млрд рублей, которые отправятся в бюджет. Несмотря на то, что эта мера преподносится как временная, государство в случае негативного развития ситуации на нефтяном рынке не преминет как минимум ее повторить. Собственно, Министерство экономического развития уже начинает думать в этом направлении: глава ведомства Алексей Улюкаев заявил, что цена нефти может быть пересмотрена в сторону понижения в макроэкономическом прогнозе развития страны. В базовом сценарии макропрогноза на 2016 год, предусматривающем рост ВВП на 0,7%, заложена цена на нефть в $50 за баррель. Сейчас цена гораздо ближе к сценарию, который ЦБ обозначал как «рисковый» ($35 в среднем за год). А это грозит увеличением дефицита бюджета.

Собственно, от российских нефтяных компаний давно уже ничего не зависит. К примеру, «ЛУКОЙЛ» тщетно который год пытается получить доступ на шельф. Пошли некие разговоры, мол, может все-таки и допустим, но к концу текущего года дискуссия была свернута. «Активное обсуждение приостановлено», — накануне поставил точку министр природных ресурсов и экологии Сергей Донской. Шельф отдан «Газпрому» и «Роснефти», и никто, кроме них, не может там работать. И, видимо, и не будет.

Чуть лучше обстоят дела на газовом фронте. «Газпром» по итогам 2015 года получит прекрасные финансовые результаты. «По нашим прогнозам, рентабельность по чистой прибыли в 2015 г. превысит 10%, что более чем в три раза выше уровня 2014 г. Что касается прогноза чистой прибыли, то мы ожидаем, что она значительно превысит аналогичный показатель прошлого года», — говорит заместитель председателя правления компании Андрей Круглов. Однако нельзя не отметить, что цена на газ в Европе серьезно упала: с $350-385 за тыс. кубометров до $220-240 за тыс. кубометров. И это явно не дно: цены на российский газ привязаны к нефтяным, но формируются с лагом в 6-9 месяцев, так что в 2016 году мы увидим ниже $200 за тыс. кубометров, что, несомненно, отразится на доходах компании. Правда, недобор ценой может быть компенсирован повышенным спросом и курсовой разницей.

Куда хуже дела с новыми экспортными проектами. После инцидента со сбитым военным самолетом «Турецкий поток» фактически отменен. Остается «Северный поток — 2», но против него выступают несколько стран Европейского союза, включая, как это ни странно, Италию. Премьер-министр страны Маттео Ренци прямо заявил, что лидерам Евросоюза нужно набраться смелости и заблокировать этот проект. «Для Германии и Нидерландов это только вопрос бизнеса, но для нас он имеет большой политический вес», — приводит его слова Reuters. По сути, итальянский политик увязывает строительство «Северного потока — 2» с санкциями против России, отмечая, что согласие на строительство этого газопровода идет вразрез с текущей политикой Евросоюза по экономической блокаде российских компаний. Кстати, сам ЕС считает, что «Северный поток — 2» должен соответствовать законодательству союза.

На востоке продолжается строительство «Силы Сибири». «Газпром» убеждает, что этот проект будет прибыльным при любых обстоятельствах, но до сих нет никакого понимания, что все-таки прописано в российско-китайском контракте. Глава компании Алексей Миллер заявлял, что цена на газ привязана к нефтяной составляющей. Тогда резонный вопрос, как поставки в Китай могут быть прибыльными при нефти в $35 за баррель? Могут, вот и все. Причем не исключено, что по ходу строительства «Силы Сибири» возникнут трудности, которые не были замечены до подписания контракта. Говорят, что Китай до сих пор так и не начал строительство газовой инфраструктуры, необходимой для приема российского газа.

2016 год будет сложным для российской нефтегазовой отрасли. Тому причиной множество факторов: и политика государства, и санкции, и сильнейшая конкуренция. США планируют начать экспорт СПГ, отменили запрет на экспорт нефти. На мировой углеводородный рынок рвется Иран, начнутся поставки с новых австралийских проектов. Главная надежда на то, что российские власти не станут вставлять палки в колеса своим же компаниям. В этом случае они смогут усилить свое присутствие на мировом рынке.

Михаил Воронов