Трампа погубила поддержка ВИЭ

Фото: mana5280 on Unsplash

Проигравший президентские выборы в США Дональд Трамп регулярно заявлял о своей защите нефтяников и газовиков, в том числе сланцев и технологии гидроразрыва. За пару дней до выборов Трамп даже подписал указ защите фрекинга и нефтегазовой отрасли. Но большинство избирателей предпочло «зеленого» Джо Байдена. Почему? 

Указ Трампа направлен на «защиту американских рабочих мест, экономических возможностей и национальной безопасности путем обеспечения надлежащей поддержки фрекингу и другим инновационным технологиям для использования внутренних природных ресурсов». В поддержку данной политики указ предписывает определенным официальным лицам «оценить потенциальные последствия попыток запретить или ограничить использование таких технологий».

В тексте Дональд Трамп даже косвенно обвинил Джо Байдена, обещавшего запретить гидроразрыв, в работе на интересы Китая и России: США смогли достичь «доминирующего положения в энергетике», однако в России, Китае и внутри страны звучат определенные голоса, требующие проведения «политики, которая подорвала бы» это доминирующее положение. Обвинение не сработало. 

Среди множества вариантов причин поражения Трампа — его непоследовательность по вопросам климата и ВИЭ. Накануне выборов Трамп успел выйти из Парижского соглашения по климату. Он сказал «а», но не сказал «б» — не начал атаку на саму идею о катастрофическом влиянии СО2 на климат. На избирателей к тому же могла произвести впечатление его официально не афишируемая поддержка ВИЭ, или, как минимум, непротивление их распространению. 

Латентный экоактивист

Трамп пришел к власти в 2017 году, продвигая ископаемое топливо. Почти четыре года спустя угольные электростанции массово закрываются, а США собираются побить свой рекорд по установкам возобновляемых источников энергии. 

Работники угольных предприятий не простили Трампу его измену, а избиратели, сравнивая занятость в секторе ВИЭ и секторе ископаемого топлива, должны были сделать выбор в пользу ВИЭ.

В секторе ВИЭ в 2019 году было занято 3,36 млн сотрудников, а в секторе ископаемого топлива только 1,19 млн. В период с 2016 по 2019 год количество рабочих мест в секторе возобновляемых источников энергии увеличилось на 207 тыс. человек, а в секторе ископаемого топлива — на 98 тыс.  

Трампа, естественно, поддержали нефтяники и работники нефтесервиса, но не все, а те, кто сохранил свои рабочие места. Оставшиеся безработными убедились, что в секторе ВИЭ появляется все больше рабочих мест, на которых не требуется копошиться в земле и пачкать себя нефтью.

Даже в штатах, где Трамп обычно рекламировал гидроразрыв как важную часть экономики, сектор ВИЭ является гораздо более крупным работодателем. В Огайо, например, в конце 2019 года в секторе ВИЭ было задействовано около 114 тыс. человек, а в секторе ископаемого топлива — 37 тыс. В Пенсильвании, решающем для выборов штате, занятость в ВИЭ составила 94 тыс. человек, а занятость в секторе ископаемого топлива — 44 тыс.

Результат естественный — в единице нефти и газа на порядки больше энергии, чем в потоке ветра и солнечных лучах, поэтому и людей для добычи нефти и газа требуется меньше, а для выработки электроэнергии из ВИЭ — больше.

Лучше меньше, да лучше

Сразу же встает вопрос: почему Джо Байден не использовал в своих предвыборных речах эти такие полезные для него цифры? 

Вот график выработки общей энергии в масштабах США.

ВИЭ — 2,3%, ископаемое топливо — 86,5%. При этом в ВИЭ, как сказано выше, задействовано 3,36 млн сотрудников, а в добыче ископаемого топлива — 1,19. Разница в выработке энергии на одного сотрудника в секторе ископаемого топлива и в ВИЭ 106 раз (!). Число лиц работоспособного возраста в США около 164 млн. Получается, что заместить ископаемое топливо с помощью ВИЭ можно только при привлечении в отрасль (при сегодняшней выработке на сотрудника) 146 млн человек, 89% рабочей силы страны (!). 

С объемом электрогенерации ситуация, возможно, чуть получше, солнце и ветер производят в США около 11% электроэнергии, но и число занятых именно в электроэнергетике существенно меньше числа всех промышленных рабочих. Можно уверенно сказать, что, если правительство США решит перевести всю электроэнергетику на ВИЭ, проблема безработицы в стране будет решена на десятилетия вперед.

Выработка электроэнергии в США 1990-2019 годы

Естественно, педалировать тему чудовищной неэффективности рабочей силы в ВИЭ демократам не хотелось, они предпочли обойтись абстрактными лозунгами безуглеродной экономики.

Обсуждение абсурдности перехода США с ископаемого топлива на ВИЭ и причин, по которым Дональд Трамп не озвучил цифры, показывающие эту абсурдность, не является темой данного материала. Оценки приведены исключительно для обоснования вывода, что никакого перехода на ВИЭ в США в обозримом будущем не предвидится независимо от фамилии президента, которая к тому же практически никак не влияет на объективные экономические процессы. На графике видно, что при нефтянике Буше добыча нефти стагнировала, а при «зеленом» Обаме (с вице-президентом Джо Байденом) бурно росла.

По мнению Эда Крукса, заместителя председателя Wood Mackenzie — Америка, некоторые из наиболее важных последствий избрания Байдена следующие:

1. Рост выработки электроэнергии на атлантическом побережье. Администрация Трампа тормозила утверждение проектов оффшорных ветроэлектростанций и предложила запретить строительство таких станций на атлантическом побережье США от Флориды до Вирджинии. Администрация Байдена, скорее всего, будет стимулировать развитие ветроэнергетики на шельфе. 

Легко заменить газ для выработки электроэнергии на ветер и солнце у демократов не получится. Сейчас в США идет мощная кампания против сжигания попутного нефтяного газа. Газ можно использовать только для нефтехимии или для выработки электроэнергии. Нефтяникам будет легко показать, что развитие ВИЭ, то есть отказ от использования газа, ведет к росту его сжигания или простому увеличению выбросов. Остановить добычу нефти у Байдена вряд ли хватит решимости. 

2. Запрета на гидроразрыв не будет, но Байден пообещал прекратить продажу новых договоров аренды на разработку месторождений нефти и газа на государственных землях и акваториях. На суше воздействие будет минимальным. В открытом море последствия будут более значительными, хотя для того, чтобы они стали очевидными, потребуется некоторое время. Запрет на новую аренду, если он будет постоянным, будет означать, что к 2035 году добыча нефти и газа на шельфе США будет примерно на 30% ниже, чем если бы продажа в аренду продолжалась.

До 2035 года может смениться четыре президента. 

3. При выдаче федеральных разрешений для инфраструктурных проектов будут учитываться их последствия для выбросов парниковых газов и изменения климата, создавая новые препятствия для разработчиков нефте- и газопроводов и экспортных объектов.

Для конкретных фирм проблема может стать фатальной, но для мирового рынка газа и нефти последствия остановки двух-трех трубопроводов будут пренебрежимо малы.

4. Поддержка электромобилей. Байден планирует ввести более жесткие стандарты экономии топлива, что поможет продажам электромобилей. К 2030 году на дорогах США может быть 4 миллиона электромобилей, что почти на 60% больше, чем если бы правила администрации Трампа вступили в силу. Однако их влияние на спрос на топливо в США в этом десятилетии будет минимальным. Даже 4 миллиона электромобилей составляют лишь около 1,5% от общего числа 275 миллионов автомобилей, которые мы ожидаем на дорогах США в 2030 году.

Можно добавить, что в Европе, например, в сентябре было продано 25% электрифицированных автомашин от общего числа проданных. Из них 53% пришлось на разные варианты гибридов. По мере накопления статистики использования водители убедятся, что для массового потребителя чистые электроавто – головная боль, а гибриды – дополнительный расход топлива и денег. 

5. Никакого быстрого ослабления санкций в отношении Ирана не будет. Хотя Байден резко критиковал решение Трампа вывести США из международного соглашения по ядерной программе Ирана и пообещал изменить подход, это не означает, что он будет быстро ослаблять санкции, введенные с 2018 года. Переговоры о возможном продлении сделки вряд ли начнутся раньше июня 2021 года, когда в Иране пройдут выборы, и нет никакой гарантии, что две страны достигнут соглашения.

Нет точных данных, сколько нефти продает Иран помимо санкций. Сам Иран заявляет, что экспортирует 600–700 тыс. баррелей в день. К тому же в октябре Байден заявил: «Мы также должны прекратить нашу поддержку возглавляемой Саудовской Аравией войны в Йемене» и «Тегеран должен вернуться к неукоснительному соблюдению условий ядерной сделки». Сдерживание КСА автоматически означает поддержку Ирана, который готов удвоить добычу нефти (с 4 до 8,5 мб/с). 

Пусть дерутся, как хотят

Единственная реальная опасность смены президентов в Белом доме – разное отношение к соглашению ОПЕК+. Когда в марте Москва и Эр-Рияд не договорились об ограничении добычи нефти, Дональд Трамп позвонил бин Салману и Владимиру Путину и фактически заставил их договориться. Джо Байден в такой ситуации вряд ли будет звонить, а это означает, что в случае распада сделки ОПЕК+ «свободный рынок сам себя сбалансирует» (Ъ). При какой цене это случится? Хочется верить, при цене больше нуля.

В конце немного о ВИЭ. Отношение к ВИЭ рядовых американцев хорошо иллюстрирует рост спроса на дизельные генераторы с таким объяснением: спрос стимулирует «растущее количество отказов энергоснабжения» и «растущая уязвимость энергосистемы к отключениям из-за погодных условий». Слово «ВИЭ» в цитируемой статье не используется, но никто никогда не слышал, чтобы угольные, газовые и атомные электростанции отключались из-за «погодных условий», в отличие от ветровых и солнечных станций.

Скорость роста спроса на дизели оценивается в 8-9% в год. Но это было до победы Байдена. Если новый президент будет пытаться выполнить свое обещание построить к 2035 году безуглеродную энергетику, в том числе установить 500 млн солнечных панелей (включая 8 млн «солнечных крыш» и местных систем солнечной генерации) дополнительно к 60 тыс. ветряных турбин, производители дизелей озолотятся, а для нефтяников откроется новый огромный рынок сбыта топлива для десятков миллионов бензиновых и дизельных электрогенераторов в каждом доме, магазине и мастерской.

Материал подготовлен
Институтом развития технологий ТЭК (ИРТТЭК)