Реальность и зазеркалье

Сбывающимся прогнозам «Нефтянки» нет конца. Напоминать об этом приходится без самолюбования, а для признания истины, которая предвиделась не только нами, но и другими надежными источниками. Так, обрыв связей IT-гиганта Oracle с Россией подтвердил то, о чем мы писали с 2014-го: секторальные санкции ударят по нам компьютерным бойкотом и общетехнологической блокадой не только шельфовых и иных труднодоступных кладовых, но и традиционных — легкоизвлекаемых ресурсов. Мы доказывали, что планы саудовского принца Мохаммеда бин Салмана по созданию иной экономики (в русле ОПЕК+ и благодаря сбору миллиардных штрафов с коррупционеров) будут признаны нереальными, — и оказались правы. Писали мы и о том, что ненадежность украинской ГТС будет осознана даже в США — и это стало явью. Как мы отмечали, «Газпром» будет доволен ценовой планкой Стокгольмского арбитража по поставкам киевскому «Нафтогазу» — и так оно и есть. Отмечалось и то, что на Днепре не избегут дороговизны бытового газа, — и вот она, угроза 62-процентного роста тарифа. «Нефтянка» подчеркивала, что польские интриги против «Северного потока-2» отражают страх Варшавы перед завтрашним днем: дорогостоящий СПГ из США будет невозможно продать с терминалов в Польше на германский или на другие емкие рынки. Все это так. Но предвидеть странные отзывы российских политиков о нефти не могли даже мы. Об этом сейчас и пойдет речь.

Обидно, да и неверно по сути!

«Прежде всего, нефтяные деньги… Мы не заработали эти деньги тяжелым трудом, нужно научиться уважать достоинство труда», — сказала, по сообщениям новостных агентств, кандидат на пост президента Российской Федерации Ксения Собчак, выступая под сводами Колумбийского университета в Нью-Йорке.

Странное заявление! Какой бы партийной ориентации (не об этом речь) ни придерживался претендент на высшую госдолжность в столь обширной и сильно зависящей от углеводородного ТЭК стране Евразии, он (или она) не может — по определению — знать так мало о ведущей отрасли экономики РФ. И, судя по всему, пребывать в неведении относительно особой трудоемкости добычи «черного золота» в тундре, во льдах, на вечной мерзлоте…

В Канаде, с ее открытым способом добычи на нефтяных песках, любое отрицание тяжести этого труда сразу возмутило бы аудиторию. И обеспечило бы волчий билет жаждущему успешной карьеры. В Саудовской Аравии такая же заявка привела бы к более плачевным итогам. Скажите французу, что в погодно-климатических и почвенных условиях Прованса выращивание лозы не является, мол, тяжким трудом, или скажите то же самое китайцу про рис, южноафриканцу про алмазы, поляку про уголь, шведу про железную руду, чилийцу про медь, а колумбийцу — про изумруды, и они как минимум окинут вас малоприятным взором. Но политикам России, где, мол, не хватает демократии и свободы слова, дозволено, как видите, очень и очень многое.

Представьте себе, уважаемый читатель: автор этих строк выдвигается на ответственную выборную должность и, естественно, хочет, чтобы за него проголосовали сибирский геолог, волжский нефтепереработчик, буровик с Каспия, дальневосточный трубоукладчик… И вот я говорю им: «Ваши многолетние усилия не были достаточно напряженными и творческими — немалую часть своей зарплаты вы, в общем-то, получали незаслуженно». Ну и как после этого должны проголосовать такие наши соотечественники?

фото: harriman.columbia.edu

Непонятно и еще кое-что. Институт при Колумбийском университете, где выступила Собчак, носит имя Аверелла Гарримана — одного из пионеров лендлиза — экономических и, в частности, топливно-сырьевых связей двух наших стран в годы Второй Мировой. Гарриман, возглавлявший по поручению президента США Франклина Д. Рузвельта ряд миссий в СССР, координировал, в том числе, поставки нефтепродуктов в Советский Союз. Превратил их в жизненную артерию во имя грядущей победы над нацизмом. Как зафиксировано в документах сурового 1942-го, один из первых своих тостов в честь московского визита Уинстона Черчилля Иосиф Сталин поднял «за американскую нефтяную промышленность». А те же американцы отдали должное самоотверженному созданию «второго Баку» в Приуралье и за Волгой, сравнивая подвиг наших нефтяников в тылу еще с одним фронтом противоборства с гитлеризмом… Как же можно, зная об этом, игнорировать в таком — овеянном традициями — нью-йоркском научно-образовательном центре неимоверную тяжесть труда добытчиков бесценной «крови земли»?

Судя по данным «ФедералПресс» и других СМИ, резких высказываний в дни визита московской гостьи в США было немало. Так, она «заявила, что не видит для России угрозы со стороны НАТО». Оставим в стороне выдвижение Североатлантического альянса на восток — вплотную к границам РФ, то есть наперекор обещаниям Вашингтона и Брюсселя. Возьмем хотя бы один факт — варварские бомбардировки Югославии. Скажите сербам, что НАТО никому не угрожает — и вы увидите их лица.

ТЭК России – под перекрестным огнем

Чем ближе выборы президента РФ, тем очевиднее: нефтяники и газовики страны ощущают себя словно в двух измерениях — двух мирах. Один из них — бесспорный реализм напряженного труда и заслуженных успехов. Другой — смысловое зазеркалье, где торжествует, увы, густо политизированная несправедливость. Да и сгущается атмосфера предвыборных нападок на углеводородный ТЭК. Нападок, в основном, под международным ракурсом.

Атаки на наш топливно-сырьевой сектор по каналам отечественных и зарубежных СМИ, как и в дискурсе партий и политических деятелей по всему миру, бывали и в годы прежних избирательных кампаний. Но никогда еще не складывалось двух столь же активных блоков, которые одновременно обрушили бы на рыночную структуру нашей отрасли целый шквал мнимых разоблачений. Основная часть ударов сыплется, конечно, справа — из центров мировой реакции, где российский ТЭК объявлен опорой кремлевского режима и чуть ли не антиподом западных экономик. Другая критика бурным потоком льется слева — из лагеря коммунистов, профсоюзников, экологов, да и антиимпериалистических радикалов, их друзей за рубежом. Они, наоборот, доказывают, что головные офисы российской нефтянки выродились якобы в плацдармы иностранного влияния и неоколониальной зависимости. Итак, нападки как справа, так и слева терзают топливный сектор РФ повсюду — от районной прессы в Сибири до «мозговых трестов» по берегам Атлантики. Ну а что нефтяники с газовиками? Отбиваются, сердечные, как могут.

«Наши главные нефтегазовые компании работают крайне неэффективно, — утверждает «Правда». — Например, «Роснефть» в 2016 году показала выручку в 74,4 млрд долл (5 трлн рублей) против 226,1 млрд у ExxonMobil». Цифры в газете звучат как будто убедительно. Но ведь ExxonMobil — старше, опытнее и разветвленнее лидера российского углеводородного ТЭК. Американская мегакорпорация давно уже вошла на зарубежные апстрим- и даунстрим-рынки и добывает, в отличие от «Роснефти», не только «черное золото», но и «голубое топливо». К тому же известен дискриминационный стиль западных сравнений между российскими и американскими компаниями. Возьмите, к примеру, объемы рыночной капитализации, которые специально занижаются недругами до такой планки, что московские отраслевые гиганты будут скоро вообще выглядеть карликами, контрастируя с зарубежными аналогами.

«В «Роснефти» работают 295,8 тыс. человек, тогда как в вышеназванной американской компании заняты всего 71,1 тыс. работников», — пишут авторы той же статьи Василий Симчера и Михаил Абрамов. Интересно: какова была бы их реакция, если бы гиганты нашего ТЭК, наоборот, снизили занятость, да еще в тех регионах, где, по итогам ельцинской власти и гайдаровских экспериментов, вымерли в 1990-е судостроение и глобальный океанический промысел, лесная и целлюлозно-бумажная промышленность, текстиль и т.д.? Быть может, от нефтяников громко требовали бы, напротив, трудоустраивать население любой ценой? Иные газеты и сейчас доходят до абсурда: вот, мол, бредет в рваном плаще с авоськой экс-капитан ржавеющего траулера, а вон — обнищавший экс-директор обанкроченного леспромхоза. Но они хорошие люди — жертвы капитала. Зато те, кто удержал ТЭК на плаву, — люди плохие.

Кроме того, ExxonMobil размещает львиную долю сервисных заказов среди многотысячных коллективов Schlumberger, Baker Hughes и Halliburton, а у нас таких исполинов пока еще нет, и нефтяным компаниям приходится многое делать самим — на своих предприятиях. Забыв об этом, критики ТЭК разглядели между «Роснефтью» и ExxonMobil «разрыв в выручке на одного занятого в 12,6 раза. Еще менее эффективно, — утверждают они, — работает «Газпром»: там выручка на одного занятого в 25 раз ниже, чем у того же ExxonMobil. Мы предлагаем ввести госсобственность на природные ресурсы РФ»! Но, во-первых, «Газпром» и «Роснефть» уже под эгидой государства, да и по сути принадлежат ему, не так ли? Во-вторых, отставание в отдаче труда всегда было минусом советской (общенародно-плановой) экономики, что признано в документах ЦК КПСС и партийных съездов. И это не может быть неизвестно уважаемым авторам на левом фланге московского спектра.

Ну и, наконец, в-третьих: что-то важное не сходится у сторонников теории убыточности «Газпрома» — не сходится по сути. Если он так плох в сравнении с чужими «мейджорами», то в чем коренится интерес СМИ к нью-йоркской встрече с инвесторами, проведенной главой одного из управлений газовой монополии России Кириллом Полоусом?! Если «сравнить объем поставок «Газпрома» на рынок ЕС с чашкой кофе, — сказал он, — то поставки СПГ из Америки составят всего несколько капель. Ясно, что несколько капель кофе вряд ли придадут вам бодрости. Равно как и СПГ из США не оказал влияния на диверсификацию поставок газа и энергобезопасность европейского региона». Даже эти несущественные объемы СПГ, добавил Полоус, шли в основном в страны, у которых отсутствовал доступ к трубопроводному газу из России, или возможности увеличения его поставок были ограничены.

Если в глазах «домашних» критиков многоукладности ТЭК России или в устах прямых антирыночников наши компании представлены как пружины некоего провала, офшорной зависимости и антипатриотизма, то для штабов, наполненных зарубежными недругами России, которые развернули атаку на нее по всем азимутам, вопрос выглядит по-иному. Для них топливные игроки РФ стали, наоборот, опорами московского геостратегического ревизионизма и антизападным «исчадьем ада». Об этом говорит и опубликованный неделю назад «Кремлевский список». «Безусловно, список влияет. И сейчас на тех, кто попал в список, тоже влияет, — сказал в кулуарах съезда РСПП в Москве глава ЦСР Алексей Кудрин. — Компаниям уже выставили дополнительные меры контроля со стороны западных партнеров и банков». Да, угрозы уже слышны; и утечка из британской разведки МИ-6 в The Daily Telegraph о спорности осеннего (2017 года) биржевого IPO одной из компаний владельца РУСАЛа Олега Дерипаски, что дало россиянам миллиард долларов, — первый залп. О дальнейшей канонаде можно судить по ленте Би-Би-Си «Макмафия», снятой по книге Миши Гленни. The Times назвала ее кануном заката тихой гавани для беглых российских олигархов на Темзе и началом бури вокруг их яхт. Да и фильм тоже напоминает прогноз беды, способной обрушиться на головы лидеров бизнес-сообщества РФ. Трудновато руководить нашим ТЭК, если судить без обывательской зависти к пассажирам сияющих лимузинов. Удары грядут со всех сторон. Да и после выборов 18 марта легче не станет.

Лекарства вашингтонского Айболита

«Ввести санкции в отношении продаж нефти или нефтепродуктов в торговле с Венесуэлой — это то, что мы рассматриваем», — без обиняков заявил госсекретарь Соединенных Штатов Рекс Тиллерсон на состоявшейся в Буэнос-Айресе встрече с аргентинским коллегой Хорхе Фаури.

Учитывая, что минфин США расширил список инвестиционно-торговых рестрикций против Каракаса, венесуэльский акцент Тиллерсона выглядит очередным закручиванием гаек. А после его турне по некогда «пылавшему континенту» этот акцент тревожен вдвойне. Он обретает грозовой тон. Это очевидно тем более, что вояжер допустил возможность неких резонансных событий. Уж не имеются ли в виду шансы на путч в охваченной топливным кризисом, экономическим хаосом и уличными беспорядками Боливарианской Республике? И не намечается в оппозиционных кругах Каракаса приурочить попытку госпереворота к выборам, назначенным в стране на 22 апреля?..

Точкой отсчета для поездки к югу от Рио-Гранде явилась 40-минутная лекция экс-главы ExxonMobil в университете столицы нефтеносного Техаса — Остина. Техас, наряду с Луизианой, — это ворота на североамериканский рынок для миллиардов баррелей нефти из Мексики, Бразилии и Венесуэлы. Порты Корпус-Кристи и Хьюстона перекачивают реки «черного золота» с юга. Но на сей раз там, в «штате одинокой звезды», стало до боли понятно, что прежняя интеграционная схема может исчезнуть. Вложить 70 млрд долл в нефть и газ Южной Америки обещано лишь при условии смены моделей развития стран региона под надзором могущественного сверхдержавного арбитра. С чем, собственно, техасцы и проводили Тиллерсона в далекий путь.

Несколько дней спустя стало ясно: поток нефти с Ориноко на север может и впрямь заглохнуть. То есть не поздоровится Николасу Мадуро — преемнику покойного команданте Уго Чавеса. По мнению Алисии Кастро, работавшей аргентинским послом в Венесуэле, тем самым оказывается прямое давление на кабинет чавистов в целом. Не только не брать у него «черное золото», но и не продавать в ответ бензин, растворители и масла — все это и впрямь вошло в вашингтонскую повестку. Быть может, намеченные репрессии не станут сначала стопроцентными. Но, как милостиво допускают в команде Дональда Трампа, смягчение может быть допущено лишь ради простых венесуэльцев. Однако полностью отказаться от объявления подобных санкций Америка не намерена, дабы не продлевать и без того затянувшееся, на ее взгляд, выживание революционной власти в Каракасе. «Я не был бы против, если бы Мадуро отправился на какой-нибудь кубинский пляж», — предложил Тиллерсон. Вполне откровенно, не правда ли?

Делая вид, что он путешествует по Латинской Америке с удовольствием, по-добрососедски и даже с пальмовой ветвью, госсекретарь повсюду намекал на якобы долгожданную востребованность своих инициатив и обещаний среди правительств столь неблагополучного континента. Дескать, это они с нетерпением ждали приезда старого друга, чтобы, не тратя времени попусту, поднять на новый уровень взаимопонимание по крайне сложным проблемам торговли, энергетики, миграции… Но на самом деле поездка госсекретаря являет собою удручающий пример аврально-дипломатической спецоперации. Налицо отчаянное латание дыр в разорванной ткани международных связей на пространстве от Аляски до мыса Горн. И у каждой страны, посещенной Тиллерсоном — как индивидуальные, так и общерегиональные претензии. Да и обиды на размашистый стиль и курс Белого дома к югу от границ США.

Обозвав на днях Сальвадор и Гаити нахлебниками и жалкими образцами бесполезного финансового бремени для Вашингтона, Трамп превзошел сам себя. Не постеснявшись ненормативного сравнения беднейших государств Западного полушария со… зловонными задне-проходными отверстиями(!), наделенный сверхдержавной властью олигарх воспламенил атмосферу диалога с Латинской Америкой еще сильнее… Ровно год назад победитель выборов в США возвестил предстоящее сооружение железобетонной стены на границе с Мексикой для отпора наркотрафику и миграции. Оскорбленный мексиканский президент Энрике Пенья Ньето отказался тогда от намеченной встречи с главой республиканской администрации. Прошло 12 месяцев — и вот слышится новый всплеск нападок на «заднее подворье» из уст Трампа. Так что же удивляться тому, что, с целью пресловутой damage limitation (минимизации ущерба) госсекретарь США вынужден был отправиться в эту поездку словно не уверенный в успехе врач на машине скорой помощи.

Рекс Тиллерсон в Мехико Фото: U.S. department of State

 

Лекарство в его чемоданчике — под стать гротескным общеполитическим рецептам из аптечки Белого дома. К примеру, что делать, если мексиканцы жалуются Тиллерсону —в ходе его остановки в Мехико — на проектируемую стену и, заодно, на сверхдержавное презрение к «банановым республикам» в Центральной Америке? Все это пустяки — звучит в ответ. Главное же то, что русские якобы готовят вмешательство в мексиканские выборы(!), и поэтому следует остановить происки Кремля там, в стране ацтеков. А вот в Аргентине выборов в ближайшее время вроде бы не предвидится. В таком случае, какой опасностью тот же гость стращал Буэнос-Айрес во время пребывания там, в дельте Ла-Платы? Что ж, с аргентинцами он поделился тревогой Вашингтона перед лицом… китайской экспансии в Южную Америку! Еще два визита были нанесены в Перу и Колумбию. Там обеспокоены назревающей отменой ежегодной финансовой помощи от США в отместку за то, что эти страны «не так, как надо» голосуют в ООН. Значит, следует в очередной раз обвинить их в контрабанде наркотиков на территорию Соединенных Штатов, что и сделал Тиллерсон в Лиме и Боготе. Правда, в Боготе он добавил в интервью каналу Fox News, что Россия готовится вмешаться в выборы в конгресс США. Правда, схватить русских за руку никак не удается, ибо «Москва всегда найдет способы сделать это» незаметно(!). Вот и понимай, как хочешь.

В общем, «еще те» врачебные рекомендации и медикаменты адресованы «клинике, где температура в целом по палатам близка к нормальной». Можно подумать, что Белому дому известен рецепт: как сделать латиноамериканцев счастливыми. Но представим себе, что страны континента захотели бы вдруг стать… частями США. Что бы из этого получилось? Возьмем островное государство, которое уже является «страной, свободно ассоциированной с Соединенными Штатами», — Пуэрто-Рико. Так вот: известно ли почитателям такой принадлежности к США, что статистика убийств на этом островке — одна из высочайших в Западном полушарии? Пуэрториканский январь стал самым кровавым месяцем в Латинской Америке. 78 убийств, совершенных за 31 день, — это в полтора раза больше, чем число жертв урагана «Мария», атаковавшего ту же территорию в сентябре 2017-го и надолго лишившего страну электроэнергии, питьевой воды и полицейского контроля. Такова «сладкая жизнь» под эгидой Штатов, которая прямо-таки просится на глянцевые страницы рекламной брошюры для вашингтонской дипломатии.

Однако подлинным, с позволения сказать, прорывом в континентальной геополитической медицине стал бы окончательный разрыв энергетического сотрудничества с самым естественным для США партнером в Карибском бассейне – Венесуэлой. То есть со страной, основавшей в 1960 году ОПЕК вместе с Саудовской Аравией. Этот разрыв как раз и покажет, что маска регионального Айболита в сфере ТЭК сброшена Вашингтоном окончательно.

АЭС «Пакш»: кому она не по нраву?

В сводках о ходе жесткого противоборства влиятельных кругов Запада с российской энергетикой, будь то углеводородной, гидравлической, угольной, атомной или альтернативной, часто допускается схематичное упрощение. Дескать, отдельные государства Европы, взятые сами по себе, выступают за активное и поступательное сотрудничество с Москвой, а вот Евросоюз, да еще по вашингтонским подсказкам, всегда ставит палки в колеса.

Жизнь, однако, разнообразнее и противоречивее любых схем. Бывает и так, что ЕС, действуя с неожиданной объективностью и трезвостью на ряде направлений развития континентального ТЭК, поступает ответственно. А вот отдельные страны запускают политические демарши под антикремлевскими лозунгами, «приправленными» природоохранными, псевдооборонными, правоборческими и прочими предлогами. Канва подобных сюжетов бывает зигзагообразной. Причем настолько, что россиян огорчают подчас те страны, которые заняли принципиальную позицию по сущностным, стратегически важным вопросам энергодиалога между Востоком и Западом. Индивидуалы-реалисты дают деструктивную слабину на вторичных участках, в то время как взвешенные, глубоко верные суждения слышатся как раз из… Брюсселя!

В ноябре 2016-го Еврокомиссия завершила расследование гипотетической возможности нарушений в ходе расширения АЭС «Пакш» в Венгрии и, не найдя «криминала», одобрила проект строительства с участием российской стороны. Но вот год спустя, в январе 2018-го, пришла весть о том, что одно из соседних с Венгрией государств желает повернуть здоровую инициативу вспять. То есть оспорить в Европейском суде контракт Росатома на монтаж еще двух реакторов на упомянутой атомной станции. Думаете, протест идет от какой-либо страны НАТО вроде Румынии, ставящей на своей территории ракетные базы Пентагона в нарушение российско-американского Договора по ПРО, как, впрочем, и наперекор Договору по РМСД? Ничего подобного! Тень на плетень наводит министр нейтральной страны. Да-да, дезориентация идет от авторитетного государства, которое в других, многомиллиардно-нефтегазовых проектах, дебатируемых между ЕС и Россией, отстаивает истину и подлинные интересы Старого Света. Да-да, речь идет, к сожалению, об Австрии. А ведь ее власти, действуя заодно с принципиальной германской дипломатией, дали в 2017-м решительный отпор попыткам навязать из-за океана жесткие антигазпромовские санкции против «Северного потока-2».

Но вот, представьте себе, сразиться с Росатомом из-за пакшского проекта решила вдруг, по сообщению Krone, министр окружающей среды альпийской республики Элизабет Кестингер. Прямо-таки разрыдаться можно при чтении ее эмоциональных строк: «Речь идет о защите нашей страны, наших детей!». Чем же, спрашивается, не удружили мы с венграми астрийским детям? И чем мы опасны для правнуков тех музыкально одаренных ребятишек, которые бегали когда-то по заоблачным лугам вслед за голливудской звездой Джули Эндрюс в бессмертном мюзикле «Звуки музыки»? Прежде всего, фрау Кестингер озабочена тем, что расширяемая АЭС находится менее чем в 200 километрах от границы с Австрией. Иной читатель вздрогнет от испуга, ведь можно подумать, что венгры могут поставить новые реакторы где-нибудь за тысячу миль от своего западного соседа, а вместо этого придвинули АЭС вплотную к межгосударственному рубежу. А что на деле? Страна площадью всего лишь с Московскую область поставила объект в своем географическом центре. Это ведь, извините, не Сибирь, где можно легко перенести стройку на пару тысяч верст. И, кстати, австрийцам, с их-то отнюдь не гигантской территорией, это хорошо известно, так что и обижаться тут не на что.

Не рада Элизабет Кестингер и тому, что первые блоки на «Пакше» были построены 36 лет назад в сейсмоопасной зоне. Но разве столь непорочная биография, да еще в такой местности, не убеждает в том, что АЭС надежна? Сами судите: не стало социалистической Венгрии; прошла ломка инстанций, курирующих энергетику; с соседнего с «Пакшем» аэродрома на дунайском острове Чепель взлетали, оглашая полрегиона реактивным гулом, натовские бомбардировщики для нанесения ударов по Югославии… А старый добрый «Пакш» как стоял, работая на интересы венгров, так и стоит поныне. Так что зря, в унисон с фрау Кестингер, глава национального антиатомного движения Австрии возводит напраслину на позицию ЕС. Бдительные антиядерщики считают: Евросоюз принял решение о приемлемости атомных станций на основе якобы полностью устаревшего контракта EURATOM. Между прочим, параметрам того отнюдь не плохого документа вполне отвечает российско-венгерский контракт от декабря 2014 года объемом 12 млрд евро на создание двух вышеупомянутых энергоблоков. И не только отвечает, но и сильно превосходит базовую кальку по объему конструктивизма и доброй воли с обеих сторон. Достаточно сказать, что решающим импульсом к реализации этой очень нужной программы послужила готовность Москвы предоставить Будапешту до 10 млрд евро кредита на оплату поставок оборудования, работ по проектированию, строительству и вводу энергоблоков в эксплуатацию.

Другое дело, что далекому Вашингтону не по нраву самостоятельный курс правительства Виктора Орбана, его крепнущий альянс с Кремлем в атомной энергетике. Как не по нраву и настойчивое продвижение заинтересованности Венгрии в росте поставок трубопроводного газа из Сибири по альтернативно-балканскому маршруту вопреки бесполезным, обанкротившимся демаршам Украины в Карпатах и Болгарии на Черном море. Но ведь, с другой стороны, даже в рядах Североатлантического альянса найдутся ныне страны, которые готовы купить у России не то что АЭС, а сверхсовременное оружие! Такова, к примеру, Турция, решившая прикрыть зенитно-ракетными комплексами С-400 всю свою территорию, простирающуюся на два континента. Наступают времена, когда с осуждением указывать на объекты мирного предназначения, созданные при содействии РФ, станет не очень-то популярным занятием, которое навязано из-за океана. И фрау Кестингер не может об этом не знать.

Павел Богомолов