Предлагается… углеводородная дубинка

Введение очередной порции американских санкций против еще одной российской компании, трех граждан РФ и 5 торговых судов под флагом триколора, работающих на сирийском направлении, вызвало возмущение не только в Москве. «Обнажен» ряд не просто противоправных, а еще и нелогичных зигзагов в политике США, особенно в Средиземноморье. Во-первых, всего за пару дней до объявления этих рестрикций Вашингтон поддержал итоги прошедшей при участии Кремля встречи в Анкаре. По итогам саммита объявлено о создании Конституционного комитета в Сирии, едва вдохнувшей мира после схватки с терроризмом. И вот за океаном признали: Астанинский процесс переговоров идет по верному пути. Но, в этом случае, с какой стати наказывать топливным голодом те самые Воздушно-Космические Силы РФ, которые разбили радикалов, обеспечив наступление мира в Сирии?! Вдумаемся: за «участие в схеме по доставке авиатоплива военным, действующим в стране», наказано ООО «Маритайм ассистанс», которое, считает Минфин США, связано с подвергавшимся санкциям «Совфрахтом». Меры приняты и к имуществу «Петрочарта», помогавшего «Совфрахту» материально. Под запреты, уже осужденные в МИД РФ, попали суда ОТ-2077, «Пассат», «Судак», «Сиг» и «Язь». И опять, как и в былых санкциях против дюжины стран, на острие репрессий — или газ, или нефть, или нефтепродукты. Так уже бывало в отношении Сербии, сандинистской Никарагуа, саддамовского Ирака. Так делается ныне в отношении Исламского Ирана. Открыто импортировать его нефть и газ рискуют разве что такие поборники национального суверенитета, как Реджеп Тайип Эрдоган. Это ведь он, как сообщает Sabah, заявил 27 сентября: приняв в 2018-м свыше 25 млн тонн иранской нефти, Турция не побоится, вопреки запрету Трампа, закупать у Тегерана сырье и впредь. Особо азартной стала ставка Белого дома на нынешние нефтяные санкции в Карибском море. Это — разрыв раздражающих Дональда Трампа перевозок между Каракасом и Гаваной. 

Костлявая рука топливного дефицита

Спецпредставитель США по Венесуэле Эллиотт Абрамс — одна из самых колоритных персоналий в составе американской делегации на нынешней сессии Генеральной Ассамблеи ООН.

Едва взглянешь на него, вспомнив о роли этого реакционера в интригах, интервенциях и скандалах 1980-х годов в Латинской Америке, — как оживает райкинская реприза о старом попугае: «Он Гоголя помнит!». Абрамс, правда, помнит не Гоголя, а полузабытый пентагоновский десант на Гренаде в 1983 году, аферу «Иран-контрас» 1986 года на границе революционной Никарагуа, бомбардировки Панамы в 1989–1990 годах и многое другое; недаром он слывет ветераном силового курса к югу от Рио-Гранде. Поэтому к Абрамсу и прислушиваются в «политбомонде», уважая его оценки и доверяя его чутью. В своем интервью для The Miami Herald в кулуарах небоскреба мирового сообщества на нью-йоркской Ист-Ривер он вновь разговорился о многом. Дал, например, понять, что усиление нефтяной блокады непокорной Кубы и, в целом, крайнее обострение топливного дефицита в сегодняшней Гаване — это для Вашингтона своего рода разведка боем. Требуется установить: уж не подвигнет ли бензиновый голод островную «антильскую жемчужину» к тому, чтобы отступиться, наконец, от Боливарианской Венесуэлы?

Увы, ненавистный мировому гегемону «кастризм» не подает, вопреки сотням опорожненных на Кубе бензоколонок, ни малейшего признака капитуляции на «венесуэльском фронте». «Кубинские власти, — сообщает правоконсервативная печатная трибуна «солнечного штата», — не дало конкретных сигналов заинтересованности в запуске переговоров о судьбе президента Мадуро. И это — несмотря на то, что меры США, нацеленные на срыв доставки венесуэльской нефти на остров привели к нехватке топлива, которая угрожает его экономике». А вот что добавил к этому сам Абрамс: «На мой взгляд, кубинцы склонны к смертельному исходу — они скорее утонут вместе с погружающимся на дно кораблем. И ведь это не является, с их стороны, иррациональной политикой. Не является в том смысле, что они знают: ни одно будущее правительство (Венесуэлы — Авт.) все равно не установит с ними таких отношений, которые имеет с Гаваной Мадуро».

Бывалый «ястреб», видимо, имеет в виду, что еще в 2000-м венесуэльский лидер Уго Чавес (предшественник Мадуро) подписал с Кубой соглашение о среднесуточных поставках на остров 100 тыс. баррелей нефти на льготных условиях. Действительно, в сегодняшнем меркантильном мире найдется мало примеров сталь беззаветной взаимовыручки. Но в последние годы, в связи со спадом добычи силами каракасской госкорпорации PDVSA, названная цифра сокращалась. Это и обусловило дефицит топлива в стране, удовлетворяющей лишь часть потребностей в углеводородах за счет своей добычи (главным образом, на обустроенном в свое время с советской помощью прибрежном месторождении Boca de Jaruco) — всего на 10%. Ну а в нынешнем году, когда торгово-финансовая блокада Венесуэлы резко усилилась в русле январских санкций Трампа, энергетическая ситуация на Кубе ухудшилась еще больше.

Американским политикам кубинцы, понятно, не доверяют — научены горьким полувековым опытом. Так каким же, интересно, образом можно сегодня разведать: не готова ли Гавана, взамен на восстановление нефтяного моста, вывести из Венесуэлы свой разведперсонал, мешающий противникам Мадуро (во главе с Хуаном Гуайдо) прорваться к власти? Абрамс и его люди придумали, как это сделать. Надо, мол, провести тайные беседы с кубинцами силами тех союзников США, которые не препятствуют своим компаниям инвестировать и работать на острове в никель-кобальтовой отрасли, туризме, гостиничном бизнесе и т.д. Это, конечно, в основном испанцы и канадцы. И что же? Снова абсолютный ноль. По словам Абрамса, как сетует The Miami Herald, «правительство Кубы в беседах с властями других государств так и не обнаружило желания испробовать связи с альтернативными поставщиками нефти». А ведь это, вздыхает представитель Вашингтона, «как раз и стало бы потенциальным указанием на то, что Гавана заинтересована в переговорах». 

Да и чему тут удивляться? Согласно надежному источнику, пожелавшему остаться анонимным, кубинцы уже высказали свои сомнения. Даже если бы они «заговорили», — Штаты могли бы позднее капризно отказаться от своей «оркестровой партии в партитуре» этого диалога. «Какие гарантии могут они дать, если утром президент Трамп пишет в своем твите, что консультации идут хорошо, а после обеда у него совсем иное мнение?». Америке никто не доверяет, друзья мои, — и в этом все дело! Спросите у призраков Слободана Милошевича, Муаммара Каддафи, Саддама Хуссейна и других лидеров: что же с ними стало после «конфликтного раунда» с Белым домом? Спросите, в конце концов, у живого — слава Богу — Владимира Зеленского о скандальном кризисе его отношений с Эмманюэлем Макроном, Ангелой Меркель и ЕС в целом после вероломной, всколыхнувшей даже Кремль публикации стенограммы телефонного разговора между Киевом и Вашингтоном. Да-да, поспрашивайте кого хотите. И тогда дефицит бензина на кубинских АЗС покажется вам «цветочком по сравнению с отравленной ягодкой» весьма вероятной расплаты неизвестно за что, которая нависает нынче над каждым. 

Стоило ли повременить с Парижским договором по климату? 

Затребованный американскими демократами запрет на гидроразрыв пласта сланцевой нефти быстро обретает «плоть и кровь». Он становится ярким лозунгом предвыборных планов немалой части оппозиции по борьбе с властью республиканцев. И, главное, — по противоборству с самим Трампом, считающимся в США ставленником топливно-энергетического лобби.

Несмотря на продвижение Америки (наперекор России и Саудовской Аравии) к мировому лидерству по объемам добычи жидких углеводородов и газа, причем благодаря революционному гидроразрыву и горизонтальному бурению скважин, электорат настроен неоднозначно. Уже почти 45% зарегистрированных избирателей готовы голосовать против hydrocracking, как назван за океаном этот подход к форсированной добыче. Людям, поверившим природоохранному сообществу, не по душе инъецирование в подземные глубины агрессивной смеси воды, песка и сильно действующих химикатов ради «расталкивания» скалистых пород и упрощения подачи сырья на поверхность. Пугает опасность отравления недр. Среди электората демократов, как показал опрос общественного мнения по линии Wall Road Journal / NBC, доля противников сланцевой лихорадки достигает 58%. Все это, правда, еще не означает, что экологичные походы «зеленых» и их друзей в этнических общинах, муниципальных органах, прессе и т.д. победят на выборах 2020 года. Не надо забывать, что ныне на стороне сланцев — уже не только нефтяники и газовики. Ожило нефтяное машиностроение. Так, в Пенсильвании, где Трамп перевесил противников в 2016-м всего на 44 тыс. голосов, люди и впрямь не нарадуются: как много рабочих мест появилось в штате. Местные жители вряд ли отдадут эту прибыльную (хотя и опасную для окружающей среды) тенденцию на откуп идеалистам-демократам.

В атмосфере отраслевых и «околоотраслевых» противоречий Америка готовилась к осеннему форуму по климату, прошедшему под эгидой ООН в Нью-Йорке. «Сохранять доброе лицо при плохой экологической игре» было нелегко, ведь Трамп вывел единственную сверхдержаву из Парижского соглашения по климату. С особым трудом готовились к конференции не столько мировые политические лидеры, сколько нефтегазовые «мейджоры». Еще бы: в их хронике появились тревожные симптомы. Так, могущественная ExxonMobil впервые за многие годы выпала из первой десятки крупнейших корпораций в списке 500 ведущих компаний мира, публикуемом по оценкам Standard & Poors. В целом раздел нефтегазовых гигантов составляет теперь только 4% перечня S&P; а ведь десять лет назад речь шла о 10%. Словом, нефтянке угрожают не всегда ощутимые, но все же крупные тектонические опасности. Поэтому, провожая на конференцию топливно-сырьевой бизнес, акционеры напутствовали топ-менеджеров: говорить о возобновляемых энергоисточниках, об электромобилях и о других модных веяниях в ТЭК… 

На этом фоне, когда даже богатейшие страны спорят о балансе между старым, дающем «парниковый эффект» ТЭК и отраслевой альтернативой, Россия заявила в канун климатического форума о принятии Парижского соглашения, призванного снизить хотя бы на два градуса по Цельсию планку температур на планете, которая — при отсутствии борьбы с СО2 — может гораздо больше подняться к концу века из-за глобального потепления. Цель благородная — кто с этим спорит? Но наши нефтяники, газовики, шахтеры, сервисники и многие их коллеги озабочены: борьба с загрязнением воздуха, природного ландшафта, недр, источников водоснабжения и т.д. отвлечет у ТЭК астрономические объемы ресурсов. А ведь уже сегодня выходить на уровень рентабельности, а не то что прибыльности, очень нелегко.

Спрашивается: имелся ли у правительства РФ весомый повод попытаться смягчить возложенные на нас природоохранные обязательства и, возможно, даже отложить их принятие на какой-то срок? Согласен: такая оттяжка произвела бы негативное впечатление на форуме ООН. Но ведь жизненные интересы отечественной энергетики и экономики в целом — дело тоже важное. Отсюда и вопрос, который хотелось бы повторить: располагаем ли мы аргументом для предоставления россиянам особого, «разверстанного» на более приемлемые этапы подхода к реализации Парижского соглашения? Да, располагаем! Мы подвергнуты с 2014-го секторальным санкциям Брюсселя и Вашингтона против нашего ТЭК. Страдаем от финансово-технологических запретов и рестрикций, затруднивших ритмичное развитие углеводородного сектора и вынудивших нефтянку направить мега-ресурсы на компенсацию введенного против нас эмбарго на ряде направлений. Думается, это вполне достаточная причина для более критичного взгляда на приемлемые для России международные обязательства в дуэли с глобальным потеплением. 

Побеждает упорство

В отраслевой прессе комментируется подготовка — «Роснефтью» и саудовским химическим гигантом Sabic — меморандума о развитии нефтеперерабатывающего завода Nayara Energy в индийском Вадинаре.

Напомнив о том, что этим предприятием российская мега-корпорация владеет совместно с консорциумом других инвесторов, ТАСС придал сюжету особое значение. Агентство не случайно усилило вес этой (и без того важной) информации, сославшись на публикацию газеты «Ведомости». А та, в свою очередь, использовала еще три источника. В итоге вырисовывается резонансная тема включения документа не просто в планы двустороннего диалога как таковые. Главное — в том, что заключение меморандума может быть, образно говоря, поднято на верхнюю ступень всей ближневосточно-азиатской топливно-энергетической повестки уже к середине октября с.г. Это потому, что подписание меморандума может состояться не «просто так», а в ходе готовящегося визита Владимира Путина в Саудовскую Аравию. 

Помимо прочего, Москва доказывает: наше осуждение недавних атак на саудовские НПЗ, откуда бы ни исходили те диверсии, — не просто слова. ТЭК России, исходя из потребности Эр-Рияда в длительном (по данным The Wall Street Journal, около года) восстановлении предприятий, солидаризируется с решением Sabic. Речь идет о том, чтобы активизировать перенос немалой доли саудовского даунстрима и нефтехимии в соседние страны Азии, чтобы обезопасить себя на случай войны в заливе. «Роснефть» демонстрирует, таким образом, готовность помочь партнерам в исламском мире и, особенно, в рядах ОПЕК+. Помочь королевству диверсифицировать свой нефтегазовый сектор не только в отраслевом, но и в географическом смысле… Но имеются в происходящем еще и другие — концептуальные аспекты. Слышатся отзвуки актуализированной деловой философии российского «супермейджора». 

Дело в том, что скептически настроенный фланг экспертного сообщества давно уже приуменьшал значение постановки Вадинара в центр пионерного плана «глобальных интегральных цепочек», выдвинутого Игорем Сечиным. Маловеры выступали с пессимистичными оценками потому, что забуксовало, увы, стартовое звено первой же такой цепочки, предложенной «Роснефтью», — Венесуэла. Это ведь она, по идее, должна была, на базе капиталовложений российского инвестора и особых отношений с ним, перекачивать недорогую — для нашего производителя — тяжелую нефть из пояса Ориноко в трюмы танкеров той же «Роснефти», которые доставляли бы сырье на переработку в Индию с ее дешевой рабочей силой. И — далее — нефтепродукты отличного качества призваны продаваться на премиальном рынке Юго-Восточной Азии.

И вот, ввиду погружения Каракаса в острый социально-экономический и общеполитический кризис, венесуэльское «плечо» этой схемы стало хрупко-ненадежным и проблематичным. Но критики сечинского замысла не учли в своих мрачных прогнозах двух важных пунктов. Во-первых, вместо Ориноко на карте «глобальной интегральной цепочки» может однажды появиться совсем другой адрес. А во-вторых, эту самую «цепочку» не обязательно «подпирать», причем в срочном порядке, откуда-то сверху — в апстриме, т.е. наполнять дешевым и, желательно, заграничным сырьем. При дефиците такового можно сначала нарастить эту же линейку снизу — завершить ее самым передовым даунстримом. Главное — сохранить саму концепцию. Если у себя дома та или иная ВИНК экономит, так сказать, поэтапно, собрав под своей крышей десятки звеньев от геологоразведки до АЗС, то почему бы не распространить такой же подход на глобальную отраслевую арену? 

Совокупные инвестиции россиян и саудитов в будущее Nayara Energy могут составить 6,7 млрд долл. Сумма немалая, но игра стоит свеч, ибо завод-гигант давно уже стал для нефтяной госмонополии РФ своим. Еще в 2017-м «Роснефть» приобрела 49,13% в предприятии, известном тогда как Essar Oil. Другая часть пакета принадлежит альянсу солидных инвесторов, в числе которых — Trafigura и UCP. В совместной собственности партнеров — не только второй по величине в Индии частный НПЗ мощностью 20 млн тонн в год, но и нефтехранилище, соответствующая инфраструктура и портовый терминал… Итак, на ближайшем Евразийском форуме в Вероне, где Сечин выступает регулярно, вполне можно будет вернуться к тематике «глобальных интегральных цепочек». Вернуться без каких-либо извинений за досадное затягивание этой интересной инициативы. Да и в традиционной статье топ-менеджера (видимо, на страницах Corrire della Sera?) тоже, думается, можно будет с оправданной гордостью написать, что задуманное дело «живет и побеждает». Последовательность и упорство — сильнее любых препятствий.

«Гадание на нефтяной гуще» было в генах у Кима Филби

Национальный архив Британии рассекретил на днях — за давностью — папку с интересными документами. Это — часть признательных показаний, которые дал в 1963 году советский агент Ким Филби (ныне покойный) о своей тайной работе на Москву в течение трех десятилетий. 

Работая в ту пору в Ливане корреспондентом ряда лондонских изданий, Филби поведал о своей подлинной биографии отнюдь не официальному следователю, которого, между прочим, с Темзы так и не прислали. Как видно, опасались что опытный двойной агент не будет откровенен. Вместо этого побеседовать с ним для начала решили как бы неформально. По душам побеседовать с Филби попросили его друга и бывшего коллегу по разведке — сотрудника МИ-6 Николаса Эллиотта. Что ж, заподозренный в предательстве экс-глава «Кембриджской пятерки» информаторов Кремля и впрямь поведал старому приятелю о многом. Но вернуть Филби в Лондон для наказания так и не удалось — вскоре он был вывезен советской агентурной сетью из Бейрута в Москву по нелегальному каналу — и стал работать консультантом КГБ СССР.

Интересно, однако, что в конфликте с британским истеблишментом был еще его отец Джон Филби. Причем та дуэль была замешана на расхождениях между двумя лагерями в экспертных кругах по коренной ближневосточной проблеме начала XX века. Проблема формулировалась так: в какой части Аравийского полуострова планету ждет нефтяной бум — где именно суждено забиться топливному сердцу грядущей эпохи? Да и вокруг какого субрегиона на просторах от Средиземноморья до Индийского океана и от Каспия до Баб-эль-Мандебского пролива суждено возникнуть ядру мирового нефтеэкспорта и, быть может, нужной для этого международной организации?

Главный резидент на Арабском Востоке полковник Лоуренс «Аравийский» давал понять в своих депешах, опираясь на услужливое мнение ориентировавшихся на него геологов, что, как и в библейскую эру, «черное золото» сильнее всего проявит себя на географической оси от Акабского залива до Мертвого моря. Наиболее авторитетным в тех краях был родовой клан Хашемитов. И поэтому, как рассуждал герой многочисленных книг и кинофильмов, если вы хотите заручиться главной ролью в той точке Аравийского полуострова, где вскоре скрестятся все векторы глобальной нефтяной стратегии, то именно там и сосредоточивайтесь. Обосновывайтесь в том пустынном краю, где впоследствии как раз и образовалось Хашемитское королевство Иордания. 

С иных позиций выступал Филби старший — экс-чиновник британской колониальной администрации в Индии, а затем один из эмиссаров Лондона на Ближнем Востоке. В своих донесениях и устных докладах он обосновал версию, казавшуюся большинству специалистов парадоксом. Не Хашемитов, а другую общину почти никому не известных бедуинов, писал Филби, ждет сказочное будущее. Их, а не Хашемитов, будет в первую очередь обхаживать Америка, и с ними будут уважительнее всего здороваться президенты США и лидеры Европы. Это — Сауды, блуждающие совсем по иным «углам» региона. Их земли, как считали прозорливые разведчики недр, собравшиеся вокруг Филби, как раз и станут «нефтегазовой Меккой» исламского мира.

Лоуренс «Аравийский», сколь бы благородным ни показывали его на экране впоследствии, мстительно выживал Филби из подчиненных Лондону региональных структур. Но тот, перейдя на сторону еще не богатых Саудов, кочевавших со своими палатками по пескам Аравии, не только принял Ислам, но и отказался от британского гражданства. Лоуренс торжествовал: наконец-то раскрыто предательское лицо проводника отвергнутого им прогноза. Но вот незадача: прав-то оказался не Лоуренс, а именно Филби! Проглядев шансы саудовского бума, «владычица морей» смирилась накануне Второй мировой с переходом штурвала в Персидском заливе к Америке. Американец де Гольер, открыв сначала сказочные кладовые в Мексике, отправился а разгар войны в «королевство пустынь», где, ввиду трудностей момента, оставалась всего одна «славная сотня» геологов из США. Поняв, что в саудовских недрах залегает 20 млрд баррелей «черного золота», де Гольер полетел в Вашингтон с триумфальным докладом в 1944 году. Ну а в 1945-м, прощаясь со Сталиным по завершении Ялтинской конференции, президент Франклин Делано Рузвельт упомянул о том, что он прямиком отправляется к берегам Красного моря для личной встречи с королем Ибн Саудом. Там, на сошедшихся бортами кораблях ВМС США Quincy и Murphy, и началось реальное — масштабное продвижение всего того, что мы теперь с уважением называем «зарождением углеводородного века человечества». 

Итак, какой бы шедевр Голливуда вы ни просматривали с восхищенным предыханием, уважаемый читатель, — все-таки не обольщайтесь по отношению к историческим героям киноэкрана. Даже при виде всемирно знаменитых «рыцарей плаща и кинжала», скачущих на белоснежных арабских жеребцах по пустыне ради вызволения какой-нибудь красавицы из чужого и наглухо застегнутого шатра, — не «сотворите себе кумиров» ненароком. Это предупреждение, как видите, относится и к нашему ремеслу в многотрудном ТЭК, да и в его летописном освещении. 

Павел Богомолов