Персидский залив: кто кого?

Иран и не думал сдаваться под натиском американских нефтяных санкций. Блокированная региональная держава на Среднем Востоке даже в новом контексте словно возрождает старую традицию самых стойких наций, спаянных единой целью вопреки своим внутренним проблемам и противоречиям. В тот момент, когда заносчивым судьям кажется, что ненавистный противник уже распят, — он только начинает мстительно распрямляться, причем с самыми непредсказуемыми для непрошеных обвинителей последствиями. Для сегодняшнего Тегерана, окончательно лишенного с вашингтонской подачи любых законных покупателей своего сырья, это распрямление реализуется через невиданное по масштабам… складирование добытой нефти. Аналитик Reuters Джонатан Сол прав: даже со «спотыкающейся отраслевой инфраструктурой и стареющим танкерным флотом, что обусловлено усиливающейся изоляцией от значительной части мира, Ирану придется оставлять себе про запас нераспроданные объемы «черного золота» до тех пор, пока он не найдет покупателей. Ведь для Тегерана жизненно важно поддерживать приток добываемой из скважин нефти. Любой обрыв в этом процессе означал бы нанесение ущерба будущей жизнедеятельности (углеводородного ТЭК Исламской Республики — Авт.) ввиду дороговизны повторного запуска производственного цикла и его сложности».

Сырьевой резерв для контратаки — на завтра или послезавтра  

В Иране имеются резервуары на 73 млн баррелей, как напоминает компания Kayrros, специализирующаяся на мониторинге сырьевых потоков. Причем больше половины этих емкостей уже пришлось заполнить из-за нагроможденных заокеанским арбитром экспортных барьеров.

В абсолютной цифре это выглядит как 46,1 млн баррелей — высочайшая планка национального стратегического резерва за период с января 2019-го. И ведь все потому, что лишь за последний месяц поставки за рубеж упали из-за вашингтонских рестрикций вдвое, опустившись до критически-скромного уровня — 500 тыс. баррелей в сутки. В этом плане особым доверием в кругах нефтяников и специалистов по морским перевозкам углеводородного сырья пользуется специальная компьютеризованная платформа отраслевых данных, которая отслеживает динамику таких поставок в акваториях Мирового океана, пожалуй, лучше других. Это — Marine Traffic.  

Система, о которой идет речь, располагает точной методологией отбора, фильтрации и обобщения таких сведений — AIS Tracking. Так вот: наблюдая за нефтетанкерами, простаивающими на терминалах и рейдах с грузом нефти свыше двух недель, эта международная служба мониторинга установила, что у берегов Ирана таких неподвижных судов насчитывается ныне 16. Из них 11 танкеров простаивают, будучи заполненными «черным золотом», в течение не двух, а уже четырех недель. На глазах, иными словами, формируется целое складское хозяйство наплаву, звенья которого в любой момент готовы отправиться за рубеж по заказу тех клиентов, которые не опасаются санкций.

Сейчас на борту танкеров хранится 16 млн баррелей, или треть «запертого рестрикциями» иранского резерва. А ведь еще в марте с.г. таких плавучих резервуаров было всего 12 единиц, и содержимое их танков не достигало и 13 млн баррелей. Выходит, что страна, стиснув зубы, берет курс на выживание любой ценой. А для Трампа с его апломбом (вместо нефтяного блицкрига в Персидском заливе) начинается мучительно-позиционное противостояние. В условиях, когда способно воспламениться почти все северное побережье этой акватории, даже объявленная на днях в США отправка 1500 дополнительных штыков на подкрепление уже дислоцированной американской группировки — отнюдь не панацея. Ибо она не избавляет стороны от главного — длительной дуэли нервов. Не освобождает от гибридной войны на выживание для одних и поражение для других. А ведь это война очень тяжелая, будь то блокадно-экономическая, техногенно-катастрофическая или диверсионно-горячая. 

Сказанное ясно тем более, что, согласно источникам Reuters, Тегеран вот-вот займется дешевой скупкой или арендой ржавых, отслуживших свой век танкеров по всему миру. Цель — сделать их дополнительными хранилищами нефти; а сравнительно новые суда своего торгового флота — постараться все же использовать по назначению в поисках неожиданных экспортных ниш. Но покупать даже амортизированные и малоподвижные громадины нелегко, ибо даже продавцы обычного металлолома где-либо на прибрежных корабельных свалках в Бангладеш будут бояться грозных санкций из США! Но Иран тверд в своей стратегии: рассчитанных на энергоносители судов любого, даже смешанного назначения должно быть под флагом страны намного больше. Это подтверждает старший рыночный аналитик брокерско-шиппинговой компании Gibson Светлана Лобачева. Аналитическая служба Global Data сообщает вдобавок, что за период 2019–2023 годов Иран выделит на прирост емкости своих резервуаров и на строительство нефтехранилищ 900 млн долл. По итогам программы общая вместимость поднимется до 79,9 млн баррелей.

Правда, в заокеанском Институте ближневосточной политики усомнились в успехе столь амбициозной инициативы «режима аятолл». «Да, у них есть отдельные проекты, — признает сотрудник этого исследовательского центра США Фарзин Назими. — Ряд из них содержит создание подводных емкостей для нефти, которые имеется в виду устанавливать ниже уровня моря. Но ни один из этих проектов не будет реализован вовремя… Правда, в прошлом Тегеран уже пользовался складскими резервуарами не только у себя, но и в КНР; а теперь он в равной мере может попытаться использовать хранилища, например, в соседнем Омане. Однако если США нацелятся со своими санкциями против такой практики хранения за пределами территории Ирана, то это приведет к серьезным проблемам. Но и разъярит Иран еще больше».

Итак, завязывается качественно иная война — вокруг не транспортировки или добычи энергоносителей, а вокруг их хранения, — представляете?! Такое в истории топливно-энергетических конфликтов бывало крайне редко — по крайней мере, в крупных масштабах. И вот что показательно: блокированная страна «третьего мира» сопротивляется теперь еще и этому наступлению глобального гегемона на свои интересы. О чем идет речь? Быть может, о малоизученном феномене не просто стандартной конфликтологии? Что, если рождается некий энергетический фанатизм в рьяно атакуемых недругами звеньях исламского сообщества наций? Что ж, поговорим об этом далее.    

Факторы, работающие на дороговизну…

19 мая президент США пригрозил своим злейшим геополитическим врагам в Тегеране наступлением «официального конца Ирана как такового». В каком случае? Если Исламская Республика отважится вновь пригрозить военным ударом по экспедиционному корпусу Соединенных Штатов.

На другой день среднемировые цены на нефть подскочили — в опасениях схватки в Ормузском проливе еще на 1,6%. Наряду с Ираном, «подбросили дров» в костер подорожаний и другие добывающие страны расширенного формата ОПЕК+ (включая Россию). По итогам заседания министерского комитета в саудовской Джидде они заявили о твердом решении: и впредь придерживаться согласованных ограничений производства сырья. Учитывая 168-процентное выполнение совместных наметок этого влиятельного альянса в составе 24 государств в апреле с.г., — вышесказанное звучит отнюдь не пустой бравадой или сотрясанием воздуха. И все же: откуда взялась в Белом доме воинственная истерика, да и крикливая риторика об отпоре «желанию режима мулл повоевать» с могущественной сверхдержавой — угроза мнимой необходимости нокаутировать наследников древнего Персидского царства?

Оказывается, адмиралы Пентагона увидели в бинокли не только обычные военные корабли Ирана, которые, наверное, уступают своей мощью чужой армаде. С авианосца и линкоров разглядели вдруг… сотни катеров, шхун, пограничных судов, траулеров и моторных лодок, вооруженных кое-как сработанными ракетами разных классов, в т.ч. самодельно-маломощными. Стоит американцам пустить несколько снарядов по этой пестрой, но гневно настроенной эскадре фанатичных защитников шиитской веры, — и все равно не дано полностью избежать контрудара. Хотя бы пара импровизированных мини-ракетоносцев успеет «жахнуть» начиненными взрывчаткой обрубками труб по хвалено-бронебойной элите ультрасовременного кораблестроения. И тогда неясно, чем дело кончится. Скажу вам по секрету: профессиональные армии не только США, но и всего мира подсознательно и все же смертельно боятся такой вооруженной самодеятельности «морской геррильи». В конце концов, во Вьетнаме, откуда американцы едва унесли в свое время ноги, потеряв там 50 тыс. солдат убитыми и полмиллиона ранеными, бывали случаи меткого попадания в новейшие бомбардировщики из… старомодных охотничьих ружей периода французских колониальных завоеваний!

Кроме того, как заявил в субботней телепрограмме иранского канала Al-Mayadeen советник командующего Корпусом стражей исламской революции (КСИР) Мортеза Корбани, не сидят сложа руки и эксперты в национальных ВМС. Они располагают оружием, способным отправить на дно корабли под звездно-полосатым флагом «в случае их ошибочных действий». «Против них (т.е. США) мы используем секретное оружие в случае развязывания войны, и отправим на дно два их авианосца вместе с самолетами и экипажами, — сказал Корбани. — Иранцы ответят всей мощью на любую провокацию со стороны Соединенных Штатов». Что ж, у Трампа, конечно, есть статус Верховного Главнокомандующего. Но есть ли у него мандат элементарной человеческой совести, да и просто здравого смысла, чтобы подставлять под удар ни в чем не повинных американских парней там, где буквально ничто не угрожает непосредственно Америке — за тридевять земель от ее берегов? 

Массовость народного порыва и сопротивления глобальному гегемону, особенно в «третьем мире», — это могучее оружие. И его, видимо, начинают уважать хотя бы те советники Трампа, которые опытнее новичков. Уважать даже в XXI веке, на фоне космических технологий и приемов кибервойны.

…И те пружины, которые толкают в обратном направлении

Итак, массово негодующий, митингово-рассерженный и прижатый к стенке Иран (да и Венесуэла с упавшей до 500 тыс. баррелей в день добычей) плюс общая решимость ОПЕК+ продолжать свой ограничительно-квотный курс — вот факторы, работающие на повышение цен. 

«Со старта 2019-го, — сказал глава отдела исследований в London Capital Group Джаспер Лолер, — нефть подорожала на 40%. Выросла она, в основном, из-за лимитирования поставок от ОПЕК. Добавьте к этому напряженность на Ближнем Востоке и сопротивление Ирана мерам США, — и вы получите суть прочных подпорок, сдерживающих, как минимум на этих уровнях», котировки жидкого углеводородного сырья. 

Появляются, однако, и признаки иного рода. Желая отодвинуть нависший над США — после краткого, но шумного бума — экономический кризис путем дешевого доступа индустриалов к топливу и электричеству, Белый дом идет на нечто анекдотичное. Так, снята (надолго ли? — Авт.) нефтяная блокада с… Венесуэлы(!). «За прошлую неделю вывоз «черного золота» из страны на север составили 49 тыс. баррелей в сутки, — ссылаются «Вести» на обзор Минэнерго США. — Объем невелик. Для сравнения: ровно год назад поставки достигали 352 тыс. баррелей в день. Тем не менее, поскольку последние две недели США не покупали нефть из Боливарианской Республики, сам факт возобновления закупок дает определенный сигнал рынку… Изменение настроений на рынке подтверждает и тот факт, что спекулянты закрывают длинные позиции и формируют короткие, т.е. начинают игру на понижение». 

А ведь еще недавно партнерам Каракаса угрожали смертельной карой за сырьевой импорт с Ориноко. Но вот однажды ночью в Белый дом, наверное, явились… нет, не страшные гангстеры, а хозяева нефтеперерабатывающих империй, и без всяких кольтов покрутили пальцами у своих висков: «Вы что здесь, — с ума посходили? Эмбарго против Ирана, обрыв российских поставок нефти в страны ЕС… А тут еще и блокадный зуд с прицелом на Венесуэлу! Сколько еще региональных дефицитов топлива вам нужно?». «Нормально? — развела руками в ответ на экстравагантный жест авторов «послабления для Мадуро» представитель МИД РФ Мария Захарова. — Нормально! И вот так каждый раз. Всех на что-то подбивают, а потом меняют маневр на 180 градусов». Так-то оно так, но Боливарианская Республика все же внесена Минторгом США в список стран, представляющих… угрозу национальной безопасности Соединенных Штатов(!). Вот и понимай как хочешь.

Поскольку предстоящий в Америке отпускной сезон (с его подорожавшим бензином) сулит даунстриму меньше спроса на АЗС, чем обычно, — сеть НПЗ от Атлантики до Тихого океана не спешит после майской профилактики с возвратом на полную мощность. Кажется, бензина временно стало меньше. Но емкости горючего и дистиллянтов в национальном резерве переполнены по воле Белого дома, а ведь это — фактор превентивной борьбы с дефицитом сырья и нефтепродуктов. Психологическая атмосфера ясна: топлива у нас — хоть залейся! Сверхзакачка «в инвентарные резервуары и замедление с производством горючего позволяют предположить, что давление на цены в сторону их снижения усилится», — говорит Эдвард Мойя, старший аналитик в брокерском филиале OANDA, работающем на фьючерсном рынке.  

Эту же линию, по словам главы отдела стратегий в товарном сегменте commodities датского Saxo Bank Оле Хансена, подпитывают и «тревоги по поводу ослабления спроса (на нефть) ввиду того негативного воздействия, которое оказывает на глобальную экономику американо-китайская торговая война». Однако «в общем и целом, — отмечает Morgan Stanley, — во второй половине 2019-го мы будем наблюдать жестко-ограниченное предложение нефти». Тот же авторитетный источник на Манхэттене добавил, что и в следующем полугодии баррель Brent будет, видимо, торговаться выгодно для поставщиков — в вилке от 75 до 80 долл. Так что удешевление барреля на 1%, тут же сменившееся к концу прошлой недели однопроцентным ростом, не очень-то ярко украсило биржевую хронику, да и не так уж много оно значит.

И все-таки в руках у Трампа (его фамилия переводится с английского как «козырь») возникли кое-какие козыри в пользу шанса на удешевление. Кое-что подталкивает нефть в обратном направлении — к понижению. Среди этих пружин все, что замедляет хозяйственный рост в мире, особенно — в недрах экономики КНР. «Бульдозер», подрезающий рост ВВП в Китае (да и в самих Соединенных Штатах!), — это развязанные ими торговые войны. Острейшая их вспышка была на минувшей неделе. Обложив китайские товары (общей стоимостью 250 млрд долл) на рынке США дикими таможенными барьерами и сразу же получив боксерской сдачи от Пекина на 60 млрд долл, Белый дом запустил жесткие санкции против телекоммуникационного гиганта Huawei. Интернет-гигантам Gmail, YouTube и Google Maps сказано: бойкотировать Huawei, то есть отказаться от любой кооперации с китайским «мейджором», хотя через пару дней и произошло некоторое смягчение боевого приказа.

Эти новости предвещают мрачные последствия для хозяйственного роста на всех берегах Тихого океана, а не только в Азии. Кризис, увы, вероятен. А ведь кризис, если переиначить поговорку о голодающих, — «не тетка»! При наихудшем раскладе индустриальным комплексам мира может понадобиться меньше электроэнергии и топлива, чем вчера. Так в какую сторону качнется барометр цены «старого доброго барреля»? И какой тренд перевесит в итоге, скажем, через год — тенденция к росту дороговизны или дешевизны «черного золота»? Стопроцентно предугадывать сегодня я не решился бы.  

Сумерки даунстрима

Менеджеры российских НПЗ, тяжело прощаясь с первой половиной 2019-го и теми изъянами демпфера, которые снизили их прибыль и превратили нефтепереработку (в отличие от апстрима и розничного сбыта) чуть ли не в разновидность… социальной благотворительности(!), не всегда следят за нарастанием трудностей в той же подотрасли за рубежом.

Так, Азия, слывущая ключевым потребителем нефтепродуктов по итогам четвертьвекового бума в Китае, Индии и других странах, столкнулась вдруг именно в этом сегменте ТЭК с острыми проблемами. В мае регион скатился к нижайшей рентабельности своих сетей НПЗ за последние 16 лет! Вот почему расстроенные азиатские переработчики, по данным Refinitiv Data, Reuters и других источников информации, всерьез изучают возможность сокращения объемов производства: все равно, мол, одни потери. Отключение мощностей обсуждается, например, в сингапурской SK Energy. Речь — о мега-корпорации регионального даунстрима, которая принадлежит глобальным «мейджорам» — PetroChina и Chevron Corp. На то же самое нацелены заводы и в соседнем Таиланде. Да что там Таиланд, если и в Китае независимые НПЗ, именуемые «чайниками» и пропускающие около 1/5 «черного золота» в КНР, работали в апреле-мае вполсилы. Использовали всего 50% своей совокупной мощности в сравнении с более благоприятной 64-процентной планкой 1-го квартала. И ведь это не просто «оценки навскидку», а вполне доказуемые данные из уст Зань Венганя — аналитика консалтинговой службы Sublime Information Co.

Гадать о причинах нависших над азиатскими НПЗ убытков не приходится. Их финансовые расчеты сдавлены снизу ростом цен на сырье, а взвинчивать оптовые цены на свой бензин и масла такими же темпами переработчики не могут. Тем временем нефтяная блокада Ирана, зигзаги Ливии, спад поставок из Венесуэлы, загрязнение российской нефти и, главное, квотное упорство ОПЕК+ — все это вело к взлету «черного золота». Еще агрессивнее ведет себя та группа внутри экспортного картеля, которая представлена монархиями Персидского залива во главе с Эр-Риядом. Их воля — поднять цены жидких углеводородов еще выше и заново атаковать спотовые рынки уже четвертый месяц подряд. Отсюда, собственно, и упавшая на 3 долл прибыль азиатского даунстрима в перерасчете на баррель по сравнению, скажем, с 2009 годом. Так каким же, спрашивается, образом выходят из ситуации пошатнувшиеся «империи нефтепереработки» на крупнейшем континенте планеты?

Отвечу туманно: по-разному. Одни фирмы, по данным Reuters, перешли к дешевой скупке топлива низкого качества — «продукта прямой перегонки». Оно идет на очистку и — далее — на вторую, уже итоговую (и, естественно, недорогую по себестоимости) переработку. Другие заводы, относящиеся к сфере нефтехимии, ведут борьбу с особенно низкой «маржинальностью» ароматических веществ. Стараются, к примеру, оптимизировать и удешевить выпуск параксилена, столь нужного для выпуска текстиля и пластиковых бутылок. А, скажем, спрос на такую тяжелую смесь жидких углеводородов, как нафта, падает на глазах еще быстрее, чем все остальное. Купить один баррель сорта Brent, переработанный в нафту, — это обходится конечному потребителю, благодаря дисконтам, уже на 9 долл дешевле, что опять-таки не подарок для НПЗ. Расценки в данном сегменте даже ниже, чем при продаже солярки. Махнув рукой на эти невзгоды, дальневосточные переработчики временно закрывают для профилактики мощности по приемке нафты на Тайване. Ставят на ремонт линии переработки в Японии и, наконец, надолго отключили (для модернизации) завод по крекингу нафты в Южной Корее. 

Надежда, однако, умирает последней. Вопреки нарастающей дороговизне сырья, даунстрим Азии все же надеется хотя бы отчасти исправить в третьем квартале свои дела. Сезон массовых отпусков, летний пик туризма, период студенческих каникул, активизация пассажирских перевозок авиалиниями и морем — все это должно сказаться позитивно. А во-вторых, между самими титанами переработки традиционно срабатывает не только конкуренция, но и, с другой стороны, нечто вроде календарной круговой поруки. Вот и на сей раз в июне остановятся на техническое обслуживание 24% японских НПЗ. Одновременно пойдет «апгрейдинг» госпредприятий в Индии. Reliance Industries «уполовинит» производство горючего для индийского внутреннего рынка на том заводе, который обычно перерабатывает по 660 тыс. баррелей в сутки. Временный спад объемов предложения ГСМ ожидается — по сходным причинам — и в Китае, где подотрасль в равной мере надеется хотя бы на краткосрочно-сезонный подъем к осени.     

Впрочем, бытует среди профессионалов и более долгосрочный расчет на улучшение прибыльной составляющей многострадального даунстрима. Это — ожидание ввода строгих требований к составу и качеству бункеровочного топлива для судов. Начиная с 2020-го горючее для заправки теплоходов всех классов должно содержать меньше серы, чем сегодня. Позиционированы же азиатские НПЗ — технологически и географически — лучше своих аналогов в других частях света для достижения этой цели, да и большинство морских трасс проходит там. Конечная маржа на улучшаемые в обязательном порядке сорта бункеровочного топлива может дополнительно дать переработчикам от 2 до 4 долл за баррель. Причем год от года эти цифры смогут, при удачном стечении обстоятельств, даже удваиваться, как отмечает в своем прогнозе Оскар Йи — аналитик лондонского Сити. Он полагает, что наиболее весомые преимущества от таких перемен могут получить компании Reliance, SK Innovation, S-Oil Corp, Sinopec, Hengli Petrochemical и Thai Oil PCL.

Павел Богомолов