«Контракт века» (окончание)

Остановиться, оглянуться

Ревизия «контракта века» по разработке огромного блока каспийских глубоководных месторождений Азери — Чираг — Гюнешли (АЧГ) заняла 14 месяцев. Контракт (соглашение о разделе продукции, СРП) претерпел существенные изменения, став гораздо выгоднее для Азербайджана. В частности, документ гарантировал Азербайджану от 60 до 80% прибыли от реализации добытой нефти и попутного газа (отметим, что по контракту весь добытый газ принадлежит республике). 

Кроме того, существенно расширился «персональный» состав проекта — наряду с первоначальными участниками SOCAR, ВP, Statoil, Pennzoil, Ramco, Unocal, TPAO и McDermott, в него вошли еще Amoco, ЛУКОЙЛ, Exxon, Itochu и Delta Nimir — всего 13 компаний из 8 стран (Азербайджан, США, Великобритания, Россия, Турция, Норвегия, Япония, Саудовская Аравия). Крупнейший акционер — BP, срок контракта — 30 лет, совокупный объем инвестиций — 7,4 млрд долларов (впоследствии эта немаленькая сумма увеличилась почти на порядок).  

Подписание «контракта века» состоялось 20 сентября 1994 года в Баку, в торжественной обстановке, в присутствии Гейдара Алиева и глав компаний-участниц. Через три месяца документ был ратифицирован Милли Меджлисом (парламентом) Азербайджана, а еще через два месяца создан операционный консорциум Azerbaijan International Operating Company (AIOC).

Работа по проекту шла очень быстро — уже спустя 2,5 года, в октябре 1997 года, началась добыча нефти на месторождении «Чираг». Это радостное событие ознаменовалось торжественной церемонией, на которой присутствовал и высокопоставленный представитель России — вице-премьер, министр топлива и энергетики Борис Немцов.

Черное или Средиземное?

Начало промышленной эксплуатации АЧГ резко активизировало дискуссию о транспортировке и экспорте добытого сырья. Базовых альтернативных вариантов было два — качать нефть в направлении черноморских нефтеналивных портов, или же «пробиваться» к Средиземноморью в соответствии с разработанным почти 10 лет назад американской Amoco проектом строительства так называемого «Основного экспортного трубопровода».

Лоббисты черноморского маршрута вполне разумно указывали, что существующие трассы справятся с потоком нефти с АЧГ как минимум на первом этапе его разработки. Так, принадлежащий «Транснефти» трубопровод Баку — Новороссийск, построенный в 1983 году для прокачки западносибирской нефти на азербайджанские НПЗ, в 1996 году был переведен в реверсный режим и обеспечивал устойчивую прокачку 5 млн тонн нефти в год. Не очень затратная модернизация увеличила бы объем прокачки как минимум вдвое. 

Кроме того, в высокой степени готовности находилась магистраль от Баку до Супсы, нефтеналивного терминала вблизи грузинского порта Поти, с объемом прокачки до 7 млн тонн нефти в год. 

Помимо прочего, черноморский вариант транспортировки казался наиболее предпочтительным и ввиду относительно небольшой длины трассы — около 850 км. Средиземноморский маршрут был ровно вдвое длиннее.

Интенсивные дискуссии на всех уровнях — техническом, коммерческом и политическом — шли в течение года и завершились 29 октября 1998 года в Анкаре подписанием декларации в поддержку средиземноморского проекта. Пожалуй, впервые в мире довольно утилитарный документ, напоминающий ТЭО магистрального трубопровода, подписали президенты сразу пяти стран — Азербайджана (Гейдар Алиев), Грузии (Эдуард Шеварднадзе), Казахстана (Нурсултан Назарбаев), Турции (Сулейман Демирель) и Узбекистана (Ислам Каримов). 

В этом документе было закреплено и название проектируемой магистрали — Баку — Тбилиси — Джейхан (БТД). Как видно из названия, в качестве конечной точки трассы был выбран турецкий Джейхан — нефтеналивной порт в провинции Адана, наиболее восточный из крупных турецких портов Средиземноморья.

Спустя год, 18 ноября 1999 года, на полях Стамбульского саммита ОБСЕ был подписан уже «твердый» межгосударственный договор о строительстве БТД. На церемонии подписания присутствовал президент США Билл Клинтон, что тоже само по себе является беспрецедентным для мировой нефтянки фактом. Кстати, в саммите участвовал и Борис Ельцин (это была последняя зарубежная поездка Бориса Николаевича в статусе президента России), но, по понятным причинам, на подписание договора по БТД он не пришел. 

25 месяцев

Итак, к началу 21 века проект БТД был готов. Протяженность трубы составила 1768 км, из которых 443 км — азербайджанский участок, 249 км — грузинский и 1076 км — турецкий. Диаметр трубы — 1100 мм, пропускная способность — 1,2 млн баррелей нефти в сутки (60 млн тонн нефти в год). Владелец трубы — международный консорциум BTC (Baku Tbilisi Ceyhan) в составе BP (30,1%), SOCAR (25%), Unocal (8,9%), Statoil (8,7%), TPAO (6,5%), ENI (5%), Itochu (3,4%), ConocoPhillips (2,5%), Inpex (2,5%), Total (5%) и Amerada Hess (2,4%). Как видим, акционерная структура трубопроводного консорциума существенно отличается от состава собственников АЧГ, хотя доминанта ключевых участников проекта  — BP и SOCAR — ярко выражена в обоих взаимосвязанных проектах. 

Строительство трубы началось 18 сентября 2002 года на нефтеприемном пункте Сангачал недалеко от Баку. В тот день президенты стран-участниц проекта Гейдар Алиев, Эдуард Шеварднадзе и Ахмет Недждет Сезер заложили первый символический камень в фундамент будущей «стартовой» компрессорной станции. Через полгода началась масштабная стройка на всем протяжении магистрали. 

Труба возводилась ударными темпами — вместо заложенных в договоре 54 месяцев строители справились всего за 25: уже в мае 2005 года началось заполнение нефтью азербайджанского участка. К сожалению, главный «мотор» проекта — Гейдар Алиев — не дожил до этого момента: он скончался 12 декабря 2003 года в возрасте 80 лет. В знак заслуг Гейдара Алиевича его именем был назван трубопровод БТД и нефтеналивной порт в Джейхане.

В октябре 2005 года заработал грузинский участок магистрали, а спустя полгода состоялась первая сквозная прокачка, и от нефтеналивного причала в Джейхане отошел первый танкер, загруженный азербайджанской нефтью. В кратчайшее время БТД вышел на плановую производительность, и 13 июля 2006 года в Джейхане состоялась официальная церемония открытия трубопровода, в которой приняли участие главы государств-транзитеров — Ильхам Алиев (Азербайджан), Михаил Саакашвили (Грузия) и Ахмет Недждет Сезер (Турция), а также премьер-министры, главы МИД и министры энергетики около 20 стран. 

Строительство трубопровода обошлось в 4 млрд долларов; две трети этой суммы составили кредитные средства. 

Отметим, что «полоса отчуждения» БТД была использована для прокладки другой стратегической магистрали — 42-дюймового Южно-Кавказского трубопровода (Баку — Тбилиси — Эрзурум), транспортирующего газ с крупного азербайджанского морского месторождения Шах-Дениз. Более того, поскольку обе трассы синхронно строили одни и те же подрядчики (CCIC и Spie Capag/Petrofac), на ряде участков трубы и БТД и ЮКТ укладывались одновременно. Кстати, ЮКТ — именно та труба, поставки газа по которой недавно «осушили» «Турецкий поток», но, как говорится, сейчас не об этом.

С обоих берегов

Параллельно со строительством БТД вводились в эксплуатации пусковые объекты АЧГ: в начале 2005 года пошла нефть Центрального Азери, через год — Западного Азери, в конце 2006 года — Восточного Азери». Спустя полтора года, в апреле 2008 года, началась добыча на глубоководной части Гюнешли, и весь блок АЧГ заработал на полную мощность, что сразу же дало резкий рост объемов добычи и прокачки нефти. Пик производства — около 41 млн тонн нефти в год — пришелся на 2010 год, после чего началось плавное снижение добычи вплоть до нынешних 29 млн тонн нефти в год. 

Образовавшиеся в БТД резервные мощности помогли заполнять объемы газового конденсата с Шах-Дениз. С 2008 года в систему начала поступать казахстанская нефть, а с 2010 — туркменская нефть. Нефть с восточного побережья Каспия доставляется в нефтеприемный терминал Сангачал на танкерах из казахстанского Актау и туркменской Аладжи, ее совокупный объем составляет от 5 до 7 млн тонн в год. 

Можно предположить, что в ближайшие десятилетия дефицит сырья для прокачки БТД не грозит. Три года назад, в 2017 году, участники операционного консорциума AIOC подписали с правительством Азербайджана продление контракта по АЧГ еще на 26 лет — до 2050 года. Параллельно принято решение проинвестировать в развитие промысла (в строительство новой добывающей платформы «Центрально-Восточный Азери») в период до 2022 года дополнительно 6 млрд долларов. Очевидно, что это далеко не последний инвестиционный транш.

«И целого мира мало»

Многие эксперты считают БТД геополитическим проектом, цель которого — создание независимого от России пути транспортировки нефти из Азербайджана и Центральной Азии на мировые рынки. Согласно другой точки зрения, БТД диверсифицирует маршруты экспорта энергоносителей и тем самым стабилизирует мировой энергетический рынок. При этом Каспий рассматривается как альтернативный Персидскому заливу источник нефти и газа. Третья позиция рассматривает БТД как чисто коммерческий проект, причем, весьма экономически эффективный. 

Отметим, что политика преследовала БТД с самого начала реализации этого проекта. Даже беглый взгляд на географическую карту позволяет увидеть, что наиболее короткий путь из Баку в Джейхан пролегает по территории Армении. Соответственно, в ходе эскизного проектирования маршрута зондировалась возможность прокладки трубы через Армению в обмен на смягчение позиции этой страны по Нагорному Карабаху. Когда Ереван отказался вести подобные переговоры, маршрут БТД был проведен в обход Армении.

В августе 2008 года часть трассы БТД оказалась в зоне активных военных действий грузино — юго-осетинского конфликта. Более того, после перехода Ахалгорского (Ленингорского) района под контроль Южной Осетии полукилометровый отрезок трубы оказался под юрисдикцией непризнанной республики. Впрочем, на текущее функционирование трубопровода этот фактор влияния не оказал.

Оставил БТД свой след и в массовом искусстве — в 19-м фильме бондианы «И целого мира мало» (The World Is Not Enough, 1999 год) для завязки сюжета используется тема строительства большого нефтепровода из Азербайджана в Турцию.

Григорий Волчек