Фантомас разбушевался

Павел Богомолов

Два «разнокалиберных» события привлекли внимание политологов нефти к «солнечному штату» США – Флориде. Обе вести не радуют объективных наблюдателей как в Америке, так и за рубежом. Помощник президента по нацбезопасности Джон Болтон разгромил, выступая в Майами, сразу три неугодных Белому дому страны к югу от Рио-Гранде. Взвинтив и без того адские меры против Кубы, Никарагуа и Венесуэлы, «ястребы» запустили новые репрессивные санкции. Так, разморожены судебные иски против компаний ЕС и Канады, давно подключившихся к инвестированию в те объекты на острове, которые были полвека назад брошены американцами или конфискованы на гребне национализации революционной властью. Оттава и Брюссель, имеющие интересы на Кубе, негодуют от декрета Трампа… На переводы средств оставшимся на Кубе семьям граждан США наложен лимит. А тем американцам, у которых никого нет на «антильской жемчужине», ездить туда почти невозможно. Что касается Никарагуа, то санкции введены против сына президента и его «черной кассы» — Bancorp. Видно, не хватило введенных в 2018-м мер против жены того же лидера Даниэля Ортеги – Росарио Мурильо. Еще сильнее бьют по Каракасу и по его ТЭК. Дирижирует этим человек со зловеще-вкрадчивым голосом, похожим на тембр экранного Фантомаса. Разбушевался, иными словами, Эллиот Абрамс — ветеран подавления освободительных сил, назначенный представителем США по венесуэльскому кризису. Не забыл, видно, как по его приказу минировались в 1980-е подходы танкеров к никарагуанскому порту Коринто. А теперь затоптать нужно нефть Ориноко – и вот уже весь североамериканский Фантом, а не то что Эллиот Абрамс, обрушился на «черное золото» Венесуэлы. Герольды топливного эмбарго наступили 18 апреля на горло испанской Repsol, которая обменивала андское сырье на нефтепродукты вопреки давлению США. Теперь и эта отдушина для Каракаса закрыта. Впрочем, не хватит ли нам сетовать на флоридский дискурс Болтона? Давайте-ка лучше перейдем ко второму событию в том же штате, рассказа о котором аудитория «Нефтянки» тоже вполне заслуживает.

Кроме «утечек» от схваченного Ассанжа, налицо утечки сырья

Экологи окружили протестными пикетами здание конгресса Флориды. Это под его сводами заблокирована «углеводородными ястребами» целая серия законопроектов, нацеленных против лишенного природоохранных гарантий гидроразрыва сырьевого пласта на местных месторождениях.

Билли, обоснованные местным лобби Food & Water Watch и отраженные в отчаянном письме общественников на имя сенатора Билла Галвано, застряли в лабиринтах законодательной власти глубоко и надолго. Да и чему тут удивляться, если они противоречат генеральному курсу правящих в стране республиканцев во главе с Дональдом Трампом – курсу на отмену экологически мотивированных запретов на бурение эпохи Барака Обамы…

…А ведь оснований для запроса строгих ограничений против «донельзя «удешевленного» гидроразрыва у экологов более чем достаточно. С 2015-го по 2018-й год в штате (давно уже не лидирующем в нефтедобыче) отмечено 35 утечек нефти, что – в перерасчете на год – дает в среднем по 9 авральных ситуаций. Мало того, что во флоридских наземных недрах и на мелководье, именуемых геологами «особо пористыми», агрессивная технология проходки скважин с поэтапными «кислотными» взрывами и прочими «прелестями модернизированного апстрима» дает бесконтрольные выбросы сама по себе. Как пишет The Miami Herald, наряду с утечками как издержками усиленного бурения как такового, есть еще и «аварии при перевозке, а также прорывы на трубопроводах». Итак, пока на берегах Атлантики привыкают, после ареста Джулиана Ассанжа в Лондоне, судить да рядить о перехваченных утечках данных по каналам WikiLeaks, — куда более ощутимые утечки углеводородов тянутся ручейками на сотни миль. Тянутся все ближе к белоснежным пляжам Майами, прославленным в яркой кинокомедии «В джазе только девушки».

Если взять одни только реки, озера и прочие источники влаги, а также фермерские угодья и территории школьных площадок и спорткомплексов в той же Флориде, то получится, что за названный период они приняли на себя суммарные экологические удары в виде разливов как минимум 330 галлонов «черного золота» и 27,746 тыс. галлонов испорченной воды. Как жаль, что столь убийственная для «апельсинового региона» фактура не озвучивается главой администрации США, который частенько отдыхает во флоридской резиденции Mar-a-Lago. Впрочем, что говорить о каких-то тысячах галлонов, если в сегодняшней Америке безнадежно отравлены целые миллионы тонн(!) стратегического резерва нефти, что на глазах вырождается в несказанный скандал отнюдь не «районного масштаба». Наиболее дотошных читателей я попросил бы судить об этом по следующим конкретным цифрам и фактам:

Как сообщили на днях представители крупнейшего нефтегазового гиганта США ExxonMobil агентству Bloomberg, в партии сырья из национального резерва, купленной ими прошлым летом, содержание токсичного газа в 250 раз превысило технические нормативы! Более того, в семь раз превзойден уровень, смертельно опасный для человека. Полтора миллиона баррелей, о которых идет речь, поступили по заказу крупнейшей частной корпорации глобального ТЭК из государственного хранилища Bryan Mound. Купленная нефть пошла оттуда на завод ExxonMobil в Техас-Сити. Там-то, рассказывает РИА Новости, и выяснилось, что сероводорода в сырье – 5 тыс. частей на один миллион (ppm), хотя по госстандартам допускается не более 20 PPM.

Отравленная нефть – отравленная экономика

Большинство трубопроводов ограничивает содержание сероводорода в нефти на уровне 10 ppm, поскольку более высокая концентрация приводит к ускоренной коррозии стенок труб и резервуаров. Об этом напоминает уже процитированное нами агентство. Но в данном случае речь шла уже не об ущербе для оборудования, а о смертельной опасности для людей.

Дело в том, что при 700 ppm сероводорода человек, вдыхающий пары, через 5 минут лишается сознания и в течение часа гибнет. Что уж говорить о 5 тыс. ppm! Отравленную нефть из национального резерва, сами того не зная, покупали ранее и Royal Dutch Shell, Macquarie Group и PetroChina. В ответ на претензии Shell Macquarie все то же Минэнерго США заявило, что нефтяники сами загрязнили топливо при транспортировке(!). А китайцам правительство согласилось выплатить 1 млн долл в виде компенсации расходов на очистку сырья. По-видимому, «топливо отравили расплодившиеся в резервуарах бактерии, которые превращают содержащуюся в нефти серу в сероводород… Содержание сероводорода в американской стратегической нефти быстро растет, — фиксирует неумолимый ход событий РИА Новости. – Что вполне логично: если бактерии попали в благоприятную среду, — они размножаются и производят все больше сероводорода. Во-вторых, с этим ничего не поделаешь: антибиотиков для нефти пока не изобрели. Значит, американцам в ближайшее время придется столкнуться с очень серьезными проблемами».

Причем серьезнейшая из них – следующая. До последних дней Вашингтон связывал надежды со своим стратегическим резервом жидких углеводородов. Так, с 1 мая Минэнерго США планировало отгрузить 6 млн баррелей из национальных – охраняемых, казалось бы, на «черный день» резервуаров в солевых пещерах. Цель этого коммерческого «выплеска»? Избежать роста котировок после отмены послаблений для стран, закупающих нефть в Иране, полублокированном американцами. А ведь еще в марте иранские поставки превышали 1,7 млн баррелей в сутки. Разовое исчезновение с рынка такого объема приведет к скачку цен, а Трамп обещал этого не допустить(!). Теперь, однако, инцидент с ExxonMobil «может охладить энтузиазм покупателей американской резервной нефти, — пишет РИА Новости. — Так что Вашингтону придется либо отказаться от намерения «свести иранский экспорт к нулю», либо смириться с ростом цен. А ведь распродажа нефти из резерва должна была послужить главным источником финансирования многих госпрограмм. В пользу федерального бюджета собирались продать 5 млн баррелей в этом году и еще 221 млн – с 2020-го по 2027-й год. Теперь эти планы нужно пересматривать, поскольку спрос наверняка окажется ниже предложения. В любом случае доходов, на которые рассчитывало Минэнерго, уже не будет».

«Бюджетному управлению конгресса, вероятно, предстоит резко снизить ценовые ориентиры будущих продаж нефти из резервов, учитывая проблемы с качеством сырья», — заявил в беседе с Bloomberg управляющий директор аналитической фирмы ClearView Energy Partners Кевин Бук. При этом г-н Бук не обмолвился о том, что «биокошмары» американского стратегического сырья невольно ведут к усиленному спросу на нефть российскую! Не станем, однако, критиковать его за эту недомолвку. Такие глобальные сравнения между Востоком и Западом – не по его части. А вот нас с вами они как раз интересуют в первую очередь – и об этом пойдет речь в следующей главе.

Очередь за Urals – все длиннее

Крайне неприятный для Америки (с ее-то кажущимся мега-потенциалом в апстриме) облом интереса покупателей к «черному золоту» из США во многом симптоматичен.

Хотите, дорогие заокеанские поставщики, заменить своим «протухшим» сырьем все то, что вы сами обрезали антивенесуэльскими, антииранскими и, наконец, антироссийскими секторальными мерами? Получите абсолютный ноль. И, вместо аплодисментов отраслевого сообщества, повсюду будет греметь гомерический хохот. А тем временем в толпе западноевропейских покупателей не американской, а тяжелой сибирской нефти царит не то ажиотаж, а самая настоящая паника: как бы получить побольше «черного золота» с маркой «Сделано в России»? Не верите? Спросите у экспертов самых авторитетных аналитических служб и консалтинговых агентств.

«Как отмечает Reuters, недоступность иранского и венесуэльского сырья привела к тому, что покупатели в Европе буквально дерутся за российскую смесь Urals, — верно отзывается на эту парадоксальную для США ситуацию обозреватель Наталья Дембинская. – Все перерабатывающие заводы ищут нефть марки Urals и ее аналоги, — цитирует Reuters одного из европейских нефтетрейдеров. – И очевидно, что этой нефти на всех не хватит». «Санкции США против Ирана и Венесуэлы все дороже обходятся европейским переработчикам, — подчеркнуто в публикации. – Конкуренция между НПЗ за российскую нефть сократила разницу в цене между Urals Brent на 30% — до минимума с 2013 года. Так, в Средиземноморье этот показатель снизился с доллара до 70 центов. В результате за стандартный танкер с Urals объемом 600 тыс. баррелей переработчикам приходится платить на 1,35 млн долл больше». Авторам РИА Новости не откажешь в правоте: нефтяники России и впрямь подсчитывают дополнительные прибыли. Только в марте заработано на 140 млн больше, чем в октябре – до введения Трампом нефтяных санкций против Ирана и эмбарго на поставки «черного золота» из Венесуэлы. Но и это не предел с учетом спада в спросе на разрекламированные в США вбросы из испорченного мириадами бактерий резерва крупнейшей экономики мира.

«Аналитики предупреждают: в ближайшие месяцы дефицит тяжелой нефти продолжит усиливаться, а спрос – расти. Осложнит ситуацию и новый крупный НПЗ STAR в Турции, построенный специально для переработки тяжелой нефти, — продолжает Наталья Дембинская. – Сейчас Турция входит в восьмерку стран, которым Вашингтон до мая разрешил закупать иранскую нефть. Но льготный период подходит к концу, и в белом доме уже звучат заявления о намерении свести экспорт «черного золота» из Ирана к нулю».

«Мы и не предполагали, что дефицит тяжелой нефти будет настолько выраженным. Перерабатывающие заводы строятся в очередь за тяжелой российской нефтью, — констатируют европейские нефтетрейдеры. – О том, что будет в мае, страшно даже думать». Действительно, из жанра рыночно-нефтяного прогноза и отраслевой политологии многие вести из разъяренного на полмира Вашингтона переходят в разновидность едкой сатиры для политического кабаре. Это ведь в эстрадном репертуаре подобранные по заказам конферансье анекдоты густо перемежаются с удручающей хроникой жандармских репрессий и, главное, их непродуманности, наотмашь бьющей по самим же авторам болезненным бумерангом.

Слияния, поглощения…

Аналитикам углеводородного ТЭК хорошо известно: накануне глубоких отраслевых кризисов, а то и общеэкономических спадов, гиганты апстрима, даунстрима и нефтесервиса нередко сбавляют обороты по части мелочного противоборства и сведения счетов. А то и вовсе объединяются в еще более мощные – синергически-универсальные «супермейджоры». Почему?

Большой бизнес инстинктивно предвидит приход трудных времен — и страхуется. Причем не только в форме хеджирования, но и в ходе широкого, хотя и временного, примирения своих конкурентных интересов с интересами соперников. Помнится, в 2014-м, заметив забрезжившую на горизонте полосу рецессии (хотя и не зная, сколь долгой она будет), решили слиться в единую сервисную мегаструктуру два признанных чемпиона по техобслуживанию заокеанского и мирового апстрима – Halliburton и Baker Hughes. Были даже подписаны соответствующие документы, а тысячи специалистов – уволены за ненадобностью. Дескать, зачем объединенному сверхгиганту удвоенные штаты буровиков или, скажем, программистов? Правда, впоследствии эту «сделку века» отменили, но, как говорится, «осадок-то остался».

А вот от нынешней заявки американской Chevron на покупку своей корпоративной соотечественницы Anadarko будет не только осадок. Придут и ощутимые результаты; и на свет появится колоссальная по своим размерам компания, уступающая среди частных нефтегазовых холдингов США одной лишь ExxonMobil. Объединенная структура станет давать 1,6 млн баррелей ежедневно в Соединенных Штатах и 2,3 млн баррелей за рубежом. Иными словами, ставка «шевроновцев» сделана не только на приобретение активов Anadarko в североамериканском континентальном бассейне Permian и в Мексиканском заливе, но и на вхождение в заморские офшорные СПГ-проекты. В том числе близ Мозамбика, где открывательницей огромных запасов природного газа, обогнав там остальных, стала именно Anadarko.

Как и водится, в преддверии сделки биржевики подняли котировку акций Anadarko (как вожделенного приза для покупателей) и в то же время уронили ценные бумаги Chevron. Ведь все увидели, что она изрядно напрягается ради объявленного acquisition. Да, ухудшенный баланс – таким будет невольное следствие решения Chevron отдать за покупку независимого (вертикально не интегрированного с сетями НПЗ и АЗС) добытчика целых 33 млрд долл. Но все же игра стоит свеч, и покупателя это не остановит, тем более что та же Chevron распродаст часть не очень-то нужных ей активов на 15 млрд долл.

И заметьте: это не просто эпизод, а раскрутка новой тенденции на рынке. Отраслевые гиганты первой лиги на Западе очень уж обюрократились и, можно сказать, «забронзовели». Вот они и упустили, в отличие от юрких и не боящихся риска независимо-венчурных звеньев ТЭК, целый ряд быстро открывавшихся, но так же быстро закрывавшихся ниш. А вот менее крупные игроки заполнили их мгновенно – и вот уже несколько лет как процветают. В основном, это вызвано удешевлением сланцевой революции – достижением куда более резонной себестоимости гидроразрыва пласта и горизонтального бурения. Так какие же «мастодонты» нефти и газа станут следующими в ходе скупки не самых крупных, но прибыльных компаний накануне рецессии? Я вам скажу. Вслед за Chevron таковыми будут, скорее всего, ExxonMobil, Shell и BP. Впрочем, наряду с mergers & acquisitions, будут восстанавливаться нарушенные или даже разорванные ранее альянсы между суверенными, не стремящимися к слияниям добытчиками, транзитниками и сервисниками.

В надежде услышать что-либо ценное на сей счет автор этих строк отправился на первую же сессию ежегодного Национального нефтегазового форума в Москве. И услышал там, что вице-президент Wood Mackenzie Люк Паркер расценивает сюжет с Anadarko примерно с таких же обобщающих позиций. Эта история и впрямь отражает новый виток борьбы за ресурсную базу на фоне непредсказуемости рыночного климата на ближайшие месяцы; причем названные гиганты засматриваются не только на такие крупные корпорации, как Anadarko, но и на малых игроков. У некоторых из таковых имеется подчас всего лишь пара десятков скважин, но суммарно они дают чуть ли не половину нефти в США. (Для сравнения: в России, где малые и средние апстрим-структуры еще недавно добывали 50 млн тонн «черного золота» в год, сегодня эта цифра выросла до 64 миллионов, причем лишь при первых – робких налоговых послаблениях, далеких от американских). Так вот: не исключено, что мега-корпорации Европы и Америки и впрямь начнут, по словам Люка Паркера, массовую охоту на мелких производителей, хотя произойдет это, по всей вероятности, не в нынешнем, а в 2020 году, когда отраслевым лидерам станет яснее их собственное финансовое состояние.

…И просто примирения

В эти весенние дни «Газпром» и итальянская компания по строительному обслуживанию топливно-энергетических проектов — известная в кругах нефтяников и газовиков Saipem S.p.A. (аффилированная с Eni), обсуждают мирное урегулирование изрядно надоевшего сторонам судебного спора.

Арбитражный «процесс пошел» в 2015-м из-за остановки газопроводного проекта «Южный поток» на Черном море, что расстроило итальянцев. Да уж, происшедшее в ту ненастную пору стало малоприятным как для российской монополии, так и для миланского сервисного игрока. И хорошо, что эти компании, по данным газеты Milano Finanza, договорились, наконец, в марте с.г. о подготовке проекта мирового соглашения. Если же не удастся прийти к взаимовыгодному примирению, то придется брать курс на непредсказуемые слушания в июне 2019-го, причем со стартовой планкой суммарно-текущих претензий со стороны Saipem в объеме 615 млн евро. Но, собственно, за что?

В те давние дни, когда «фирменная трубоукладчица» миланской компании – специализированная флотилия Castoro Sei – бросила якоря на рейде Анапы, участников проекта сильно расстроили с другого конца Европы. «Огорошил» тот самый ненаглядный Евросоюз, членом которого является, между прочим, страна на Апеннинах. Брюссельская штаб-квартира ЕС так выкрутила руки своему балканскому звену по имени Болгария, что будущая получательница «голубого топлива» из РФ резко «охладилась». И предъявила «Газпрому иные, совершенно немыслимые условия создания черноморской топливной энергетической артерии. Ссылались, как и обычно в таких случаях, на Третий энергопакет ЕС, превращающий даже самых авторитетных и проверенных десятилетиями поставщиков углеводородного сырья с востока в подобие политзаключенных без права переписки. Но на деле демарш Софии оказался даже хуже, в чем она впоследствии не раз с унынием расписывалась.

Дирекция вынужденно отмененного в те дни South Stream честно сетовала в пресс-релизе: хотя и хорошо было бы мгновенно, без финансовых потерь, переориентировать итальянцев на новое направление – «Турецкий поток», но переговоры Москвой с Анкарой о заключении межправительственного пакта тогда затянулись. А ведь сразу после завершения прокладки первой нитки черноморской артерии судам под флагом Saipem предстояло идти к другому заказчику. Итальянцы потребовали 300 млн долл за полугодовой простой флотилии. «Газпром» стал добиваться снижения этой цифры, возложив всю ответственность на подрядчика за нагнетание ультимативности в подходе к урегулированию и выходу из тупика. Что же, интересно, выиграл с тех пор топ-менеджмент Saipem от одностороннего расторжения SST-контракта?

Почти ничего. Зато проиграл он многое. Во-первых, новый контракт, нацеленный из Анапы уже на Босфор, перешел к конкуренту из страны, даже не имеющей выхода к морю! Речь идет о швейцарской Allseas. Во-вторых, ей же досталась и прокладка «Северного потока-2». А в-третьих, доступ Saipem к подрядам «Газпрома» как таковым почти закрыт в общеглобальном плане. Что и говорить, плачевный исход. Однако еще прискорбнее и – вместе с тем — ироничнее судьба обошлась с Saipem на политическом фронте (от которого бизнес открещивается, но, тем не менее, сильно зависит). В те дни, когда компания обиженно начинала судиться с ведущей газовой корпорацией мира, — в Риме правили консервативные приверженцы санкционно-антироссийского альянса с США и Брюсселем. Словом, тогда суд на Апеннинах вершили «еще большие паписты, чем сам папа римский». Подстраиваясь под них, иные компании сворачивали и вовсе обрывали связи с крупнейшим по территории и природным ресурсам рынком Евразии – это, наверное, от большого ума.

Но вот ведь и смех, и грех: с тех пор бразды правления Италией отобрали у демохристиан националисты «Северной лиги» и «Пяти звезд», смело спорящие с Вашингтоном. Более того, они угрожают не то что охлаждением отношений с Парижем и другими колоссами ЕС, но и разрывом с зоной евро! Новые власти в Риме не остались глухими к бедам индустриалов и фермеров. Называя вещи своими именами, они осуждают антикремлевские репрессии и, более того, хотят возродить партнерство с Москвой, говоря об этом прямо и Владимиру Путину. В этих условиях хранить старое «нефтесервисное зло» на Россию из-за болгарского сюжета — дело проигрышное, и Saipem мудро и своевременно восстанавливает равноправный и свободный от предвзятости диалог. С чистого листа? Быть может, да, но что в этом плохого?!

Павел Богомолов