Ненастная осень на топливных рынках

Победа на выборах в Австрии Народной партии с явным шансом на повторное утверждение харизматично-популярного Себастьяна Курца канцлером Альпийской республики порадовала конструктивно мыслящих европейцев. Помимо прочего, это еще и успех пусть для заторможенного недругами, но все же упорно выполняемого проекта «Северный поток-2», поборником которого Курц считался изначально. Спору нет: четыре месяца вынужденного отдаления от государственного штурвала из-за правительственного кризиса, спровоцированного недругами России и постановщиками нацеленных против нее видеосюжетов, не прошли для австрийского лидера бесследно. Возможно, он стал более мнительным и осторожным; и отныне мы услышим от него меньше ясных сентенций в поддержку балтийской трассы, чем прежде. Но даже если бы он сам, что невероятно, захотел бы вдруг надеть чужую маску, то избиратели этому не поверили бы. Для них Курц — принципиальный противник любых санкций, в т.ч. топливно-энергетических… Словом, в Европе баланс сил складывается явно не в пользу оппонентов «Газпрома». Самые яростные среди них, наподобие Бориса Джонсона, увязли во внутренних проблемах; и неясно, выберутся ли они оттуда целыми и невредимыми. За океаном, наряду с украинским компроматом против Дональда Трампа, появился еще и австралийский. Оказывается, именно разведка Канберры первой разузнала о том, что эмиссары воинственного республиканца пытались сорвать через свои лондонские контакты расследование пресловутого «российского следа» в США спецпрокурором Робертом Мюллером… В общем, сегодня на берегах Атлантики явно не до регулирования мировых рынков нефти и газа. Но, быть может, гораздо больше отношения к этому извечному вопросу обрел, причем не впервые, Ближний Восток?

Ох уж эти цены…

Мировая нефть в эти дни топчется без особых подвижек. Неделю назад цены на эталонные марки пошли вниз на фоне вестей о ходе перемирия с йеменскими хуситами, на которое согласилась Саудовская Аравия. Но скоро, наперекор этим сообщениям, подоспела глобальная статистика, согласно которой добыча в России, в странах ОПЕК и в США в сентябре снизилась сама по себе, хотя и по разным причинам. Это вновь подогрело интерес к фьючерсным закупкам «черного золота», подняв его планку на 40 центов.

И все же именно йеменский фактор нейтрализации товарного ажиотажа оказался — методически — самым интересным. Прекращение огня отмечено уже в четырех районах расколотой междоусобицей арабской страны у входа в Красное море. И оно может распространиться на йеменскую столицу Сану. «Нефтянка», кстати, уже писала в одном из своих обозрений: жестокость эр-риядского контингента в Йемене усиливает негативный тренд на рынке. То и дело нарастает невроз, обусловленный угрозой обострения межисламской вражды не только на подступах к Ирану в Ормузском проливе, но и на юге Аравии — в Баб-эль-Мандебском проливе. Оба этих сюжета плюс сирийский, да еще вкупе с палестино-израильским, — это, поверьте, слишком много для одного-единственного региона Земли. Поэтому мы и отмечали: чем меньше пальбы станет в Йемене, тем больше возникнет здоровых шансов хотя бы на некоторое успокоение нефтяных котировок. На взгляд руководителя отдела стратегий Saxo Bank на торгово-сырьевом рынке Оле Хансена, при условии успеха перемирия планка вполне может вернуться к 60 долл за баррель.

Конечно, само по себе сказанное еще не стало гарантией долгой ценовой стабильности «черного золота». Внезапно подешеветь, причем очень сильно, оно все еще способно. Способно не только из-за смягчения «локальных войн», но и ввиду возможного замедления всей мировой экономики из-за тарифно-таможенных поединков между США и Китаем. Вот когда спрос на жидкие углеводороды и впрямь снизится не в сенсационно-геополитическом, а в структурно-кризисном смысле этих слов. Но сегодня, следует повторить, цены представляются хотя и не низкими, но и — в то же время — не столь уж высокими. Причем на карте мира есть одна сверхдержава, где этому и рады, и, вместе с тем, не рады. Впрочем, там никогда не бывают просто довольны любым ходом событий; так уж устроены общественное мнение и деловая атмосфера этой страны. Называется же она Соединенными Штатами. 

С одной стороны, то, что, вопреки опасениям, нефть не взлетела за пару лет (ввиду квот ОПЕК+ и других факторов) до 100 долл за баррель, — радует команду Дональда Трампа. Экономический бум и снижение безработицы в 2017–2018 годах стали предметами гордости, и она связана с недопущением сильной дороговизны топлива. Но сохранить этот тренд, да еще из последних сил (т.е. оттянув наступление хозяйственно-биржевого спада) можно только при недорогом горючем. Однако сама по себе нефтянка (а это немалая часть электората республиканцев), наоборот, не рада. Добывать труднодоступные и поэтому дорогостоящие сланцы снова, как при «строго-экологичной» власти Барака Обамы, становится менее выгодно. Вот почему, судя по квартальному докладу Federal Reserve Bank of Dallas Energy Survey, «вторая половина 2019 года, похоже, окажется для топливного сектора очень жесткой». 

«Настроение нормальное. Идем ко дну, но пока медленно»

О правоте столь невеселого прогноза свидетельствует хотя бы третий — истекший квартал 2019-го. Business Activity Index — самый общий показатель динамики углеводородного ТЭК в США — упал, по сравнению с планкой второго квартала (минус 0,6 пункта), до очень низкого уровня: минус 7,4.

Да, «итоги неважные, особенно для сервисных фирм нефтяного апстрима, — сетует старший исследователь-экономист в вышеупомянутой службе Майкл Планте. — Сервисные компании сообщают о спаде активности как таковой, да и в использовании оборудования. Их маржа рухнула». Действительно, индекс спроса в этом технологичном сегменте перешел в отрицательную плоскость, упав с планки 6,6 пункта до минус 21,8. Использование предоставленной сервисниками техники тоже «сползло» из плюса к минус 24 пунктам. А это, извините уж, самый низкий отраслевой индикатор за целых три года. Пришлось даже уменьшить расценки на предоставляемое нефтяникам и газовикам оборудование: от минус 12,1 до минус 18,5 условных пунктов.

Между тем, что тоже плохо, в нефтегазовых кругах, особенно на низовых уровнях, нарастает недоверие к государственной статистике. Недавно по коллективам ряда компаний был распространен «Опросный лист» с просьбой высказаться по ряду аспектов откровенно. Один из вопросов формулировался так: «Каким образом можно сравнить ваши личные наблюдения и подсчеты пробуренных, но так и не завершенных скважин с теми цифрами, которые публикует профильное правительственное ведомство — Energy Information Administration (EIA)?». И вот результат: 23% опрошенных заявили, что их подсчеты сильно отличаются от официальных данных EIA. 27% написали, что разница не столь уж велика, но она есть. Итак, половина тружеников ТЭК не очень-то доверяет министерским выводам. То есть явно чувствуется, что дела — по сравнению с двумя предыдущими годами — в целом ухудшаются.

«Если вы сложите все эти моменты воедино, — продолжает г-н Планте, — то выходит, что такие факторы толкают разведочные и добычные предприятия к одному и тому же: меньше бурить и реже завершать строительство скважин». Рост занятости повернул к своему закату, ослабло и повышение заработков. Так или иначе, трудоустройство упало с уровня минус 2,5 условных пунктов до минус 8. Индекс отработанных в апстриме часов снизился с 3,1 пункта до минус 2,4. Суммарная планка зарплат и пособий еще недавно составляла 14,5 пункта, а теперь она колеблется в скромной для США «вилке» вокруг 6,2 пункта. Сколь бы сложными для российского читателя ни были эти пункты, индексы и коэффициенты, — все равно видно невооруженным глазом: отрасль замедляется. Добыча газа уже снизилась с 13,4 до 6,5 пункта. Единственное, что «по инерции» продолжает пока расти, — это производство нефти. Уж оно, слава Богу, поднимается уже двенадцатый квартал подряд!

Однако и для пока еще выгодной нефти суммарные ценовые прогнозы на конец года — довольно скромные: 57 долл за баррель. «Моя догадка проста, — подытожил Майкл Планте. — Если только с этой цифрой не произойдет что-либо неожиданное, то исход в данном сегменте покажется нам мрачным». 

Танкер — не роскошь, а средство передвижения

Едва ли не половина отраслевых новостей в мировом углеводородном ТЭК связана в эти октябрьские дни с танкерами. Так, огромной утечкой нефти затронуты 3 тысячи километров на северо-восточном побережье Бразилии.

Как сообщает из этого туристского региона Reuters, пробы испортивших пляжи углеводородов указывают: речь точно не идет о местном сырье, добываемом на шельфе Южноамериканского континента. Почти наверняка в Атлантике разлились баки какого-то танкера с «черным сырьем» из Мексики, Венесуэлы или еще откуда-нибудь. Но достоверных фактов пока нет. Зато кое-какие вторичные детали имеются относительно взрывов и пожаров на нефтевозах в южнокорейском порту Улсан. Это ведь там (правда, неизвестно почему) взорвался танкер Stolt Groenland водоизмещением 25 тыс. тонн под флагом Каймановых островов. Среди 25 членов экипажа, передает агентство Yonhap, есть россияне. Огонь перекинулся на соседний нефтевоз с двумя десятками моряков, и он тоже загорелся. Спасти с обоих судов удалось всех, но девять человек ранено, причем один из них — в критическом состоянии.

Есть, однако, и хорошие новости, причем тоже о танкерах. Одна из них, правда, уже перестала быть таковой, потеряв за неделю свой сенсационный колорит. Речь — о том, что иранские власти в гавани Бендер-Аббас выпустили задержанный ранее британский танкер Stena Impero целым и невредимым. Приветствуя свободный переход судна в Дубай (ОАЭ), глава Британской палаты ассоциации морской торговли Боб Сангинетти произнес, казалось бы, прозаически: «Мировой товарооборот полагается на безопасные перевозки грузов. Без этого и потребители, и бизнес рискуют пострадать из-за высоких цен, особенно у нефтяного насоса». Неплохое, согласитесь, напоминание о том, что, при всем уважении к другим товарным категориям, «черное золото» и продукты его переработки становятся, как правило, первыми жертвами любых неоправданно-силовых акций на фарватерах Мирового Океана.

Освобождение Stena Impero стало добрым и, я бы сказал, джентльменским ответом на такой же шаг властей Гибралтара, автономно-подопечного клочка земли под эгидой Лондона у входа из Атлантики в Средиземное море. Своей либеральностью гибралтарцы, конечно, рассердили Вашингтон, с миром отпустив арестованный иранский «супермиллионник» с «черным золотом» для Сирии. И все же в конце концов даже самым недовольным оппонентам на Западе пришлось согласиться с конструктивизмом и здравым смыслом. Пришлось, так сказать, «проглотить» позитивный дуплет одновременного спада международной напряженности сразу в двух портах мирового класса. 

Итак, несмотря на досадную уязвимость танкерной навигации как перед природно-климатическими, так и диверсионными, а иногда и репрессивными угрозами и ударами разных калибров, — в целом морской фрахт нефтевозов не теряет своей популярности. И, увы, дорожает прямо на глазах. Услуги таких специализированных теплоходов заказчики ценят все больше, оплачивая их все щедрее. Но, как говорится, всему должен быть свой предел… Однако на днях тарифы на аренду танкеров на важном ближневосточно-тихоокеанском маршруте взлетели сразу на 28%! И ведь это — не очередной каприз «алчных шиппинговых магнатов», как считалось в нефтянке традиционно. Причина на сей раз куда серьезнее. Соединенные Штаты подвергли жестким санкциям два филиала крупнейшей в мире корпорации, занятой морскими перевозками «черного золота». Этим самым многочисленным и по-деловому динамичным парком нефтевозов располагает китайская COSCO. Она-то и пострадала.

COSCO поплатилась за иранский экспорт

Не спасло репутацию китайской мега-флотилии — в глазах заносчивого Вашингтона — ни наличие безупречного послужного списка, ни даже то, что одних только супертанкеров гигантского размера с логотипом шанхайского перевозчика углеводородных commodities насчитывается свыше 50.

Оказывается, для Белого дома с его секторальными рестрикциями все эти «плюсы» — не аргумент. Криминальной же уликой стало то, что COSCO, судя по обвинениям, замешана в операциях по вывозу нефти из подвергнутого эмбарго Исламского Ирана. Опасаясь неблагонадежности COSCO в глазах гневного американского «регулятора», иные поставщики сырья растерялись и взяли «тайм-аут». Другие заказчики плавучих емкостей переметнулись подальше от проштрафившегося перевозчика. Заметим: свои заявки на фрахт забрали не игроки «второй лиги», а солидные нефтеэкспортные «мейджоры». Это, в частности, торговый филиал ведущего в Азии нефтепереработчика Sinopec и, кроме того, Indian Oil Corp. — крупнейшая на всем Южноазиатском субконтиненте НПЗ-компания. Напуганные клиенты шиппинга ринулись прочь от SOCSO — к владельцам других танкерных империй. Но, естественно, это привело к нехватке свободных нефтевозов под альтернативным флагом.

Жандармски выведя из числа действующих ключевой сегмент грузового судоходства на линии от Ормузского пролива до Японского моря, герольды рестрикций нанесли ТЭК огромный ущерб. Фактически именно они подняли цены фрахта к неподъемным высотам. Дошло до того, что один день аренды супертанкера подорожал для экспортеров и, вместе с тем, для импортеров на 51 тысячу долларов. Словом, поясняет Baltic Exchange, каждый такой рейс через полмира стоит заказчику судна на 600 тыс. долл больше, чем совсем недавно. Даже нафта и другие светлые нефтепродукты на линии от Ближнего Востока до Японии резко подорожали в Токио из-за санкционного удара по COSCO и «веерного эха» случившегося среди других звеньев шиппинга. Цена доставки такой продукции в Страну восходящего солнца возросла на 13%. Это, согласно отраслевым источникам и данным Refinitiv Data, — наивысшая по танкерной дороговизне планка за последние две недели… 

…Все, что происходит в накаленном русле вокруг морских перевозок нефти, продуктов ее переработки и СПГ, — побуждает по-иному отнестись к серии трибунных атак на трубопроводы как на якобы отживший способ экспорта. На фоне блокад от Персидского залива до Карибского моря, как и попыток дискредитации Севморпути, а также других столь же недобрых затей, выясняется очень многое. И, прежде всего, то, что танкеры совсем не меньше подвержены пагубному воздействию международных рестрикций и конфликтов, чем стационарные трассы. Ярлык пресловутой «транспортной архаики», приклеенный некоторыми экспертами к тысячам километров давно уже проложенных и, с другой стороны, пока еще не до конца соединенных на некоторых артериях труб, рвется в клочья как довод крайне сомнительный. 

Да и то сказать: если бы в той же Европе нефте- и газопроводы и впрямь олицетворяли собой лишь «смехотворное наследие советской гигантомании и насильственной привязки к сибирским энергоносителям», — разве ощутили бы мы с вами на исходе первой четверти XXI века столько драматизма как раз в этой области?! О чем, кстати, есть нынче немало поводов поговорить. 

Каспию — быть морем добрососедства и энергоинтеграции

Перед вылетом в Ереван на саммит созданного в 2015 году Евразийского экономического союза Владимир Путин ратифицировал важнейший международный документ. Он напрямую касается судеб углеводородного сектора самой России и Казахстана (как членов «пятерки» ЕАЭС) и не входящих в состав этой группировки Азербайджана и Туркменистана, а также, конечно, Ирана, подписавшего с ЕАЭС Соглашение о зоне свободной торговли.

На кремлевском портале опубликована ставшая федеральным законом Конвенция о правовом статусе Каспийского моря. Она была подписана лидерами пяти государств, выходящих к крупнейшему соленому озеру, год назад — 12 августа 2018-го. То, что этот согласованный президентами текст полностью вступил в силу, да еще за несколько часов до форума ЕАЭС, — по-настоящему символично как в целом, так и для углеводородной энергетики региона. Отныне никто не может, например, обвинить Москву в любых затяжках с прокладкой желанного для Европы подводного трубопровода к Баку из четвертой крупнейшей газоносной страны мира — Туркменистана.

Как известно, предстоящее наполнение уже построенной трубы TANAP и — далее — греческо-албано-итальянской ТАР как взаимосвязанных частей «Южного коридора» (наполнение сырьем с шельфовой кладовой Шах-Дениз) представляется в ЕС недостаточным. И вот на протяжении многих лет в затягивании туркмено-азербайджанской смычки на Каспии огульно винили «российский диктат». Но теперь, с четким разграничением дна и недр седого Хвалынского моря на секторы и внятным определением условий прокладки трубопроводов, все видят воочию: «кремлевские происки» — это вымысел. Любые споры о маршруте или сроках строительства трассы, как и — в целом — об ускорении проекта вполне подконтрольны самим же Ашхабаду и Баку. 

Среди главных принципов Конвенции — отсутствие в Каспийском море любого вооруженного присутствия государств, не расположенных на его берегах. Ныне это представляется нам как нечто само собой разумеющееся. Но год назад дела обстояли не совсем так. Страны НАТО пытались открыть — под невинными вывесками пунктов материально-технического снабжения, судоремонта и в целом портовой, складской, железнодорожной и воздушной логистики — свои базы в регионе. Это становилось опасной затеей. Запахло невыдуманной угрозой открытия чуть ли не второго — северного фронта против и без того блокированного Вашингтоном Ирана, хотя формально речь шла якобы о жизненно необходимой инфраструктуре поставок по лини НАТО на полпути к расколотому междоусобицей Афганистану.

Кстати, почему в последний момент была недавно сорвана, казалось бы, хорошо подготовленная встреча Трампа с президентом Афганистана и руководством оппозиционно-повстанческого движения Талибан в Кэмп-Дэвиде? Иные СМИ упрощают этот вопрос. Дескать, примирение воюющих вокруг Кабула сторон было не по нраву помощнику главы администрации по национальной безопасности Джону Болтону. И вот, используя в качестве предлога гибель американского солдата накануне запланированной кэмп-дэвидской встречи, Болтон якобы навязал Трампу ее отмену. Между тем за последние годы жертвами террора на негостеприимных отрогах Гиндукуша не раз становились не отдельные военнослужащие, а десятки пентагоновских «джи-ай»; так что болтонский довод оказался на сей раз неубедительным.

«Ташкент — город хлебный», и потому его обхаживают с Запада

В Вашингтоне, как сообщается, на данный момент раздумали выводить свой 14-тысячный корпус из Афганистана. Не потому ли изменились планы, что эта страна (как вспомнили в США на фоне мирового противоборства с экономическим соперником номер один) словно нависает своими горными хребтами с запада над Китаем, который так сильно раздражает Америку?

Нынешнее празднование 70-летия КНР не случайно совпало с острейшей вспышкой массовых беспорядков в Гонконге против пекинской юрисдикции над этим анклавом. Внешнее влияние на разжигание этих бунтов ощущается все рельефнее. Кроме того, заокеанские политологи частенько заглядываются и на Синцзян-Уйгурский автономный район Китая. Спорадические вспышки этно-культурной и чисто языковой розни между уйгурами и региональными властями издалека рассматриваются подчас Западом с такой же недоброй надеждой, какая вынашивалась 20 лет назад в отношении Северокавказского региона России. И снова трубопроводная тематика невольно выступает на передний план. Кое-кто испытывает нездоровый интерес к идее прокладки из России в КНР «Силы Сибири-2». Речь о газопроводе, который доставил бы в Китай через узкое окно алтайского рубежа «голубое топливо» не из Якутии и Ковыкты (как на Дальнем Востоке), а прямиком из зауральской Югры.

 Под призмой «Большой игры» на стыке Центральной Азии и Поднебесной — те экс-советские республики, которые не вошли в ряды ЕАЭС и оборонного альянса с решающим участием Москвы — ОДКБ. Так, в противоположную от РФ сторону изо всех сил оттягивают самую густонаселенную страну региона — Узбекистан, в подъем углеводородного ТЭК которого вложено компаниями России свыше 5 млрд долл целевых инвестиций. Белому дому, да и всему межпартийному спектру США, явно не по душе, что уже сейчас, задолго до завершения целого ряда интеграционных проектов, «голубое топливо» Небитдага и Каракумов поставляется через казахскую территорию в Китай. 

Госсекретарь Майк Помпео и его люди пытаются будировать из Ташкента и иных среднеазиатских столиц недоверие к Москве и, еще больше, этно-религиозную и политическую неприязнь к Пекину. «Репрессивная китайская кампания в Синцзяне, — заявил глава дипломатического ведомства США, — не касается борьбы с терроризмом. Речь — о попытке КНР стереть идентичность своих граждан… Мы призываем все страны сопротивляться требованиям Китая о репатриации уйгуров». Итак, уважаемый читатель, полвека мы жили в атмосфере защиты Вашингтоном суверенитета буддистов Тибета; а ныне стрелка, как видите, повернула от Гималаев к равнинно-пустынному северу, населенному кочевниками-мусульманами. Обеспокоена же их положением страна, которая на таких же каменистых пустошах, но только за океаном, подавила полтора века назад идентичность мексиканцев на огромных территориях Техаса, Аризоны, Невады, Калифорнии, Нью-Мексико и т.д.

По-хорошему контрастным и позитивным событием на этом тревожном фоне видится — как раз в день ереванского саммита ЕАЭС и по его итогам — визит председателя Совета Федерации Валентины Матвиенко в Ташкент. В ходе ее пребывания в Узбекистане подтвердилось, что очередная поездка президента Шавката Мирзиеева в Россию состоится в феврале 2020 года. 

Павел Богомолов