С природой не поспоришь. Особенно если это природа вещей

Стоило урагану Sally приблизиться к цепи буровых платформ у берегов Мексиканского залива, и рынок дрогнул. 16 сентября, закрепив канунный ценовой «плюс», график спроса, сообщает Reuters, и дальше пошел вверх. Повысившись днем ранее на 2% как по смеси Brent, так и по сорту WTI, котировки вновь выросли — на 0,4% и 0,6%. Что ж, инвесторы опасаются разрушений от разгула стихии на шельфе, спеша закрывать — при атаке тайфуна — все, что можно. Вот и ныне было заблокировано 25% морской добычи, закрыты экспортные порты. «Наша текущая оценка потерь от всех отраслевых отключений, связанных с погодной системой Sally, — это лишение нефтянки (из-за природного катаклизма — Авт.) сырья в объеме от 3 до 6 млн баррелей, — считает Rystad Energy. — И это всего за 11 дней». А ведь удары ветра предстоят и в октябре… Sally еще сильнее собьет топливный резерв США, причем вопреки сезонному закрытию НПЗ. Это не выдумка: неделей раньше инвентарный запас нефти упал на 9,5 млн баррелей, хотя бензина, правда, прибавилось. А ведь что предвещали аналитики? То, что складированный резерв «черного золота», наоборот, возрастет к середине сентября на 1,3 млн баррелей. Ну и о чем все это говорит? Извините за откровение, но многие эксперты и сами-то ничего толком не знают. Твердя об переменах климата, они почему-то не проецируют их на кривую спроса. А ведь это уже назрело: если циклоны будут чаще бить по апстриму в Луизиане, в Северном и Охотском морях, в Африке, Австралии и ЮВА, — значит, сбои в насыщении рынка будут чаще приводить к скачкам цен — не так ли? Конечно, можно и возразить: мол, от стихии будет замедляться вся мировая экономика, требуя порой меньше топлива. Но эти спады менее ощутимы. Вывод: предсказываемое повсюду снижение спроса из-за COVID-19 не станет плавным спуском с ценовой горки. Скорее оно напомнит «подпрыгивание на кочках», когда даже в русле общего уныния нас не раз порадуют подъемы, приятные для ТЭК… В целом же, как сообщил 17 сентября каналу «Россия-1» министр энергетики РФ Александр Новак, в течение трех последних месяцев на рынке стабильная ситуация. Колебание цены — на уровне 40-45 долл. Это во многом — благодаря усилению дисциплины тех членов ОПЕК+, которые поначалу недовыполняли взятые на себя квоты. Зато позднее, в августе, альянс 24 нефтедобывающих стран, взятый в целом, вышел на уровень исполнения 101%. Кое-что будет зависеть от уязвленного коронавирусом спроса в 4-м квартале; но очень сильной волатильность не станет. Ну а уверенное «возвращение к средним пятилетним значениям запасов в мире будет во втором квартале 2021 года», — прогнозирует Новак. 

О чем напомнил ход Берлина

Мировая пресса комментирует просочившееся в СМИ письмо министра финансов ФРГ Олафа Шольца. В Вашингтон оно ушло еще 7 августа. Это было, иными словами, еще до ввода «свежайшего» пакета драконовских мер США против окончания прокладки «Северного потока-2». Думается, Шольц был бы рад посочувствовать коллегам перед лицом разверзшихся летом природных аномалий в Мексиканском заливе. Но в практическом плане его, видимо, больше интересует иная, санкционно-геополитическая природа — природа вещей, причем довольно неприятных. Особенно — на Балтике.

В послании германского казначея американцам предлагалась, как теперь уже известно, своего рода сделка, цель которой — удержать «гегемона» от силового замораживания финального этапа «стройки века». Отозвавшись на попытку Берлина спасти проект по заявке немецких компаний, как и по просьбам партнеров в других заинтересованных странах ЕС (включая такую «младшую сестру» ФРГ, как Австрия), газеты пишут только о германском аспекте инициативы. Действительно, глава федерального Минфина высказал желание кабинета Ангелы Меркель вложить 1 млрд евро (или около 1,2 млрд долл) в строительство двух объектов энергетической логистики на побережье Германии, в чем должны быть заинтересованы Соединенные Штаты. Речь — о терминалах по приемке сжиженного газа со сланцевых месторождений США. И ведь это звучит в то время, когда добыча сланцев за океаном падает по ряду причин (о которых «Нефтянка» не раз писала), и твердой уверенности в их завтрашнем дне в отраслевых кругах наверняка нет, да и не может быть.

В обмен на вынужденно-бюргерскую покладистость, как рассчитывали практичные немцы, команда Дональда Трампа могла бы пойти им навстречу на Янтарном море. То есть отменить, либо хотя бы смягчить, затягивание «санкционных гаек» (против порта Мукран и земли Передняя Померания) до крайности. Но, судя по всему, в распоряжении популярной на Шпрее Die Zeit оказались еще и другие факты — «не про Германию». И ведь это — не менее щедрые предложения Берлина. Среди них — готовность помочь с прокладкой альтернативного газопровода в Польше, да и с функционированием старого транзитного маршрута (или, быть может, с продлением строящейся польской энерготрассы?) на Украине — в русле сколоченного Белым домом «газового треугольника» от Балтики к Черному морю. И вот именно этот «варшавско-киевский аспект» почему-то оказался — для иных обозревателей — в тени. Оказался, по-моему, напрасно, ибо свидетельствует он об очень многом. 

Инсталляция из музея ГДР в Берлиине, посвященная немецким строителям нефтепровода «Дружба».

Если на Висле и на Днепре так нуждаются в привлечении зарубежных (в данном случае германских) фондов на развитие, расширение, модернизацию или просто сохранение своей топливной инфраструктуры (что самолюбиво разрекламировано в качестве национальных приоритетов), то можно сделать не слишком приятный для них вывод. С деньгами у гордых столиц не очень-то хорошо! И это — по итогам трех «прославленных» десятилетий, истекших после роспуска Варшавского Договора, денонсации Совета Экономической Взаимопомощи и, в целом, разрыва с Москвой. Между тем вспомним: еще полвека назад союзный Госплан и Секретариат СЭВ финансировали создание сказочных по своей протяженности и мощи магистралей. Они тянулись на тысячи миль! Нефтепровод «Дружба» и газопровод «Братство» не прошли ни мимо Украины, ни в обход Польши. География артерии «Уренгой-Помары-Ужгород» бойко звучала из ребячьих уст на школьных уроках. И никто не ждал спасительно-западного спонсорства на реализацию этих мега-проектов. Идеологических перегибов и структурных пороков в тогдашней системе было множество — это правда. Но была и Ее Величество социалистическая экономическая интеграция — не в пример нынешнему «выскребанию полунищих сусеков» в госбанковских подвалах Восточной Европы.

Впрочем, кто сказал, что нам подвластна интеграция лишь СЭВовско-интернационального типа? Углеводороды — вот товар, который требует, без окриков заокеанского шерифа, свободного перехода границ. А потребность в «голубом топливе», по данным Новака, растет во всем мире. Несмотря на спад спроса, который был во втором квартале, ныне спрос восстанавливается, и цены на газ — тоже. Газ будет основным источником в балансе потребления энергии. Для стран Европы он очень важен. Сегодня в прокладке «Северного потока» участвуют более 100 компаний из 12 стран. Проект высокой степени готовности. «…Это тот проект, который позволит создать инфраструктуру на многие десятилетия вперед. И можно будет гарантированно обеспечивать конкурентные условия» для поставки энергоресурсов в ЕС… Я уверен, что этот проект нужен и будет до конца реализован», подытожил министр… 

…Весть о письме Шольца в США день в день совпала с беседой Владимира Путина с главой «Газпрома» Алексеем Миллером. При обсуждении новых газотранспортных проектах были отражены мега-расстояния, на покрытие которых, при всем уважении к финансовой мощи ФРГ, нам (в отличие от поляков или украинцев) не нужны германские займы, субсидии, дотации или кредитные линии… Из Арктики — через Монголию — пройдет «Сила Сибири-2» в КНР; а в целом трубопроводный экспорт нашего газа (не считая продаж СПГ) в страны Азии составит вскоре 50 млрд кубометров в год. Вот о чем «контрастно думается» у телеэкрана на фоне специализированного судна «Иван Сидоренко» на Балтике, идущего в Мукран. Дадут ли ему выполнить там свою миссию или нет — в конечном счете это не изменит ход европейской и, тем более, мировой истории. Пусть выкручивают руки кому угодно и как угодно. Это им — в перспективном плане — все равно не поможет. 

Атаки на нефть и газ нарастают

Католический благотворительный альянс Cafod обрушился с резкой критикой на авторитетную кредитно-финансовую организацию Британии — CDC Group. Спрашивается, за что? Оказывается, CDC, вкладывая немалые капиталы в мировую энергетику, инвестирует — по традиции — больше средств в углеводороды, чем в возобновляемые источники энергии.

Намного ли больше? Если в сферу альтернативных носителей направлено 610 млн фунтов стерлингов, то на традиционно-ископаемые виды топлива — 632 миллиона. Непростительная, просто чудовищная разница, не правда ли?! Впрочем, шутки — шутками, а эксперты и банкиры CDC не бездействуют — они изо всех сил меняют содержимое своего портфеля с учетом Парижского протокола о климате. Но аналитикам в католическом фонде этого мало. Мол, инвесторы, по словам резко настроенной г-жи Сары Уайкс из Cafod, хитро прикрылись… «новым нарядом короля» по сказке Андерсена. Осудив якобы ложный наряд, д-р Уайкс игнорирует то, что CDC — не частная контора с капризными владельцами, а ответственное государственное ведомство, и оно бдительно отслеживает курс продвижения ТЭК к желанной топливно-энергетической альтернативе XXI века. Действительно: еще недавно эта структура именовалась не иначе как Commonwealth Development Corporation под эгидой британского министерства международного развития (DFID)…

Sarah Wykes, CAFOD

…Да уж, воистину суровые времена наступили для сторонников резонно-сбалансированного подхода как к традиционному, так и к завтрашнему ТЭК. Об угле, нефти и газе на Западе все чаще испуганно помалкивают. Перейти к отрицанию углеводородов требуется не только от самих энергогигантов, но и от банков. Да что там банки, если свой вклад должны вносить и компании таких ультрасовременных отраслей, как IT и High-Tech в целом! Например, если Google провозгласила себя «нейтральной к карбонизации» в 2007-м, то ныне этого мало. Какой там нейтралитет, если нужна воинственность! Сбить с дороги наследие эпохи «конвенциональных энергоресурсов», а к 2030 году оперировать по всей Земле основной частью неуглеводородной энергетики на базе подконтрольных Google вычислительных центров и кампусов — вот сверхзадача. В те же сроки 5 гигаватт чистой энергии пойдет на предприятия Google, что станет равносильным выводу — за год — целого миллиона машин с дорог планеты! Помощь в сокращении выбросов СО2 будет оказана силами «электронщиков» 500 мегаполисам! Похоже, что Google, да и многие другие, встревожены следующим: даже обвал мировой экономики из-за COVID-19, замедлив злосчастный «парниковый эффект» поначалу, — усилился на исходе лета. «В нынешнем году мы видели снижение атмосферных выбросов из-за пандемии и закрытия предприятий в ряде стран. Но общей картины это не меняет», — сетует в интервью для Reuters Петтери Талаас, глава Всемирной метеорологической организации, работающей под эгидой ООН в Женеве. 

Тем временем в эфир и на газетные полосы просачивается все больше негативных (а подчас просто убийственных) фактов о том, что капитанам углеводородного ТЭК и впрямь есть в чем покаяться. В июне 2019-го была, оказывается, тайно сделана диктофонная запись дискуссии гендиректоров нефтегазовых компаний, проведенной «мозговым трестом» под вывеской Independent Petroleum Association of America. Это там, при закрытых дверях, президент North Dakota Petroleum Council Рон Несс сказал: «Мы просто сжигаем в факелах невероятные объемы голубого топлива, ибо его реальная ценность минимальна». Это признал и глава Colorado Oil and Gas Association Дэн Хейли, призвавший прибегать в спорах сланцевиков с природоохранным лобби не к рассказу о технологиях гидроразрыва пласта и горизонтального бурения, а к скорее к «тактике эмоционального маркетинга». Апеллировать, словом, к чувствам. «Этим, — сказал он, — как раз и заняты (противостоящие нам — Авт.) активисты, требуя запрета на гидроразрыв в Колорадо. Они не показывают самого взрыва — показывают женщин и детей». Словно предвидя уже тогда экологический раскол электората осенью 2020-го, Райан Флинн из New Mexico Oil & Gas Association говорил: «Юные избиратели, женщины, испаноязычные американцы — словом, почти каждый сектор нашего электората, кроме консервативно настроенных мужчин старшего возраста, — всегда на стороне экологистов, как только заходит речь о судьбах отрасли». 

О царящей в ряде штатов США «антинефтяной» атмосфере лучше всего свидетельствует судебный процесс против ExxonMobil в Коннектикуте. Суть иска, предъявленного там генпрокурором-демократом Уильямом Тонгом, — обман общественности, якобы допущенный топливно-сырьевым гигантом в попытке скрыть свою роль в изменении климата. Прежде всего, конечно, речь идет о мнимой вине крупнейшей в мире частной корпорации ТЭК в повышении среднегодовых температур. Слушания в Коннектикуте — уже четвертый процесс, начатый противниками «большой нефти» всего за две последних недели. Судебно-климатическая «инквизиция» развернулась по жалобам штата Делавэр, городов Хобокен (Нью-Джерси) и Чарлстон (Южная Каролина). Если только защитник углеводородов по имени Дональд Трамп не сможет отстоять 3 ноября свое кресло в Белом доме, — многие из подобных исков определенно увенчаются недобрыми для отрасли вердиктами. 

Шпионы — тоже против НПЗ

Когда «33 русских богатыря», доверившись сработанному украинскими и американскими спецслужбами приглашению — охранять за приличные деньги промыслы и НПЗ в далекой Венесуэле, — оказались в белорусском СИЗО из-за «транзитного недоразумения», — кое-где раздался хохот. Очень уж дикий маршрут предстоял нашим ветеранам «локальных войн». Сами посудите: предвыборный Минск — погрязший в геополитическом водовороте Стамбул — «горячие точки» в Африке и, наконец, охваченный не только рыночным хаосом революционный Каракас. В общем, ничего себе Mission Impossible!

Но вот что нынче выясняется, уважаемый читатель, — выясняется со всей неопровержимостью. Нефтеперерабатывающие заводы Боливарианской Республики действительно нуждаются в усиленной охране по стандартам скорее военного, чем мирного, времени. Следы опасного (уж не граничащего ли с диверсионными вылазками?) международного шпионажа тянутся в венесуэльский штат Фалькон. Речь идет о полуострове Парагуана на западе республики. По своему ландшафту он похож на скопище песчаных дюн, как будто это Аравия… По приглашению нефтегазовой госкорпорации PDVSA автор этих строк не раз бывал на той полосе «нанизанных» друг на друга барханов. Летали в Фалькон и коллеги из других российских энергетических компаний. А на обратном пути (если возвращаться в столичный Каракас нам приходилось автотранспортом) многие притормаживали у магазинов Duty Free рядом с «прощальным шлагбаумом» на границе штата. Дело в том, что туристами со всего света он рассматривался как зона свободной торговли, где хороший шоколадный набор, жестяную банку отменных кофейных зерен и спрятанную в замшевый чехол бутыль рома Aniversario цвета состаренного золота можно прикупить дешевле, чем на остальной территории Венесуэлы. 

Однако не за ромом отправился в те края американский спецагент, взятый властями латиноамериканской страны во вторник на предыдущей неделе. В разгар жестокого топливного дефицита, как сообщает известный телеканал Aljazeera, шпион был направлен туда с особой миссией: собирать данные о даунстрим-гигантах тамошнего ТЭК — перерабатывающих заводах Amuay и Cardon. Взятые вместе, они образуют целый комплекс Paraguana мощностью 971 тыс. баррелей в день. Но это, как говорится, в идеале. А на деле судороги бьющейся в кризисе венесуэльской нефтянки вкупе с вашинтонским эмбарго на танкерных трассах снизили эту производительность в разы. Действующая против президента Мадуро оппозиция винит в простоях и поломках крекинг-установок «управленческую импотенцию рулящих социалистов». Но правда-то далеко не так проста. Попытки взорвать третий по своему значению НПЗ — El Palito и впрямь имела место! Майская высадка мини-десанта путчистов в составе бывших пентагоновских «зеленых беретов» действительно была перехвачена пограничниками и добровольцами-«милисианос»; и двое американцев — закоперщиков той акции — уже отсиживают 20-летние сроки.

Хотелось бы оговориться: сайт «Нефтянка» — против любой шпиономании во всех ее ипостасях. Более того, мы даже рады были бы оценить нынешний арест в карибском штате Фалькон как ложную, подброшенную политиканами версию, или просто как недоразумение. Но… увы, никак это не получается. Ибо высокомерно отмалчиваются обе вашингтонские инстанции, которые в принципе могли бы ответственно и официально опровергнуть злосчастный агентурный сюжет, — Белый дом и госдепартамент. Почему молчат — с какой стати? Неужто и впрямь есть что скрыть и в чем не хочется расписаться? А тем временем шпион, брошенный в камеру, судя по Aljazeera, «раскололся» — и дает признательные показания. Еще бы! По словам Николаса Мадуро, речь идет о «морском пехотинце, который проходит действительную службу именно в морской пехоте на базах США в Ираке (вот, оказывается, откуда добрался до Фалькона арестованный там нынче неудачник — Авт.). Парень был взят со специальным шпионским вооружением и спецтехникой, а также с крупной суммой наличности — долларов, да и с другой соответствующей атрибутикой. В общем, империя все тех же грингос жаждет реванша против Венесуэлы. Они хотят предотвратить восстановление нашего производства всех необходимых нефтепродуктов, в первую очередь бензина»… 

…Такие, друзья мои, невеселые дела. Дела, скорее всего, недостойные статуса великой державы. А ведь кто-кто, а сами-то американцы отлично знают: как трудно и подчас даже невозможно тушить крупные пожары, будь то в венесуэльском ТЭК или, скажем, в элитных поселках и городках сегодняшних Орегона и Калифорнии. 

Страна, у которой нет памяти

«Начиная с нынешнего момента, наша страна уже никогда не будет использовать больше импортной нефти, чем в прошлом году, — никогда!, — заклинал президент США, о котором далее пойдет речь. — … Точно так же, как былое создание первой корпорации синтетического каучука помогло нам победить во Второй мировой войне, — мы теперь мобилизуем всю американскую решимость и способность выиграть войну энергетическую».

Быть может, вы думаете, что «Нефтянка» цитирует Трампа? Ведь говорят же — как его друзья, так и недруги, — что никогда еще в истории США судьбы ТЭК не выдвигались на передний план национальной повестки так рельефно, как ныне. И республиканец Трамп, и демократ Байден вторят: предвыборная вражда двух лагерей с особой остротой ведется в эти дни вокруг дуэли между углеводородами и другой энергетикой — из возобновляемых источников. Мол, никогда раньше в избирательных кампаниях на просторах той же державы не было столь резко противоположных топливно-сырьевых и природоохранных платформ: 3 триллиона долларов на «отраслевой трансфер» по призыву Джо Байдена или ставка нынешнего Белого дома на «старый добрый ТЭК» с его преданным электоратом. Но на самом деле все «якобы новое» — это «хорошо забытое старое». Первый призыв критично сфокусироваться на том, как освещается, отапливается и движется Америка, произнес вовсе не Трамп. И не Байден. Их озвучил еще в 1979-м тогдашний лидер Соединенных Штатов — демократ Джимми Картер. Послушайте, что он сказал далее, — и вы не найдете даже малейших стилистических отличий от того, чем сотрясают воздух нынешние кандидаты на президентский пост. 

«С энергетической темой мы должны иметь дело по-военному, — призывал Картер. — Да, это моральный эквивалент войны,.. фундаментальная опасность для основы американской демократии, да и не только опасность, но и кризис, грозящий уничтожить всю социально-политическую ткань Америки,.. ясный и истинный вызов стране». Словом, как говорил экс-владелец арахисовой фермы, а теперь президент США, «энергетика… тоже способна стать флагом, под которым мы сплотимся!». «Зависимость от привозной нефти, которая нарастала в течение жизни целого поколения, — заявил он, — будет намертво остановлена на своей порочной колее прямо сейчас. Затем, по мере нашего марша в 1980-х, она будет вообще отброшена вспять. Почему? Потому что сегодня вечером я ставлю цель: вдвое снизить привязку к «черному золоту» из-за рубежа уже к концу следующего десятилетия». Как пишет политолог Рейчел Мэддоу, ради этого «Картер собрался применить все оружие своего арсенала. Это импортные квоты, государственные инвестиции в уголь, как и солнечная энергия и альтернативное топливо. А также, пожалуйста, — под барабанную дробь — мудрая программа консервации (аккумулирование электричества — Авт.), в русле которой каждый шаг по экономии энергии, — здесь та же Мэддоу вновь ссылается на Картера, — это более чем проявление здравого смысла; я вам скажу — это еще и подтверждение патриотизма».

Чем, спрашивается, не готовый пассаж для нынешних предвыборных боев в тех же Соединенных Штатах?! Вместо логичного президентского заявления о том, что в 1979-м, слава Богу, США ни с кем в мире не воевали, — Картер похвалился иным: своей энерго-экологичной «сверхответственностью». Да, почему-то он захотел, пишет та же Рейчел Мэддоу, не продавая избирателям нечто реально-убедительное, поумничать на тему ТЭК! «Объявил, иными словами, войну энергетическому кризису — и потерял свое президентство». Это ведь после картеровской тирады об окончании зависимости от привозной нефти, пишет далее та же обозревательница, «потребление углеводородов только выросло в эпоху Рейгана, потом — в период правления Буша старшего, затем — в эру Клинтона, после чего — то же самое при власти Буша младшего. Наш импорт нефти, сильно взлетевший в ходе второго срока Рейгана, рос по-прежнему. Если в 1973-м Соединенные Штаты ввозили 1/3 от общего объема потребляемой нами нефти, то к 2005-му мы импортировали уже около 60%». 

…В России бытует поговорка: «Мы это уже проходили». У нас не сдвинется ни единая рука с избирательным бюллетенем, если кандидат на высший пост заново призовет — в виде ядра своей платформы — к какой-то электрификации. Или к коллективизации. Или к хрущевской оттепели. Или к брежневскому застою, горбачевской перестройке либо к ельцинскому методу приватизации. Почему? Все это мы уже проходили. И как жаль, что у американцев многое не так, и они страдают столь короткой памятью. Ничего толком не помнят и, главное, не хотят помнить. Потому и сносят сотни памятников, причем не в ходе гражданских войн и смены общественного строя, как в других странах, а уже ныне, в «цивилизованном XXI веке». Беспамятство — вот что страшно. 

Павел Богомолов