Иран: в тисках между санкциями и геополитикой

Иран является одним из крупнейших производителей нефти в мире. По иранским данным, доказанные запасы нефти в стране составляют около 150 миллиардов баррелей. Иран обладает четвертыми по величине запасами нефти в мире и вторыми по величине запасами газа, а также владеет наравне с Катаром массивным морским месторождением в Персидском заливе. При этом геополитические конфликты перманентно связывают руки Ирану. Институт развития технологий ТЭК (ИРТТЭК) изучил, как страна пытается найти выход из положения.

Июнь 2020 года. Иранские нефтехранилища переполнены. Добыча сырья упала до минимума за последние 40 лет. Пандемия коронавируса ударила по и так проблемному нефтяному сектору Ирана. Добыча нефти в июне 2020 г. составила всего 1,9 млн баррелей в сутки, а это только 50% от того, что добывалось в июне 2018 г. Это самый низкий уровень с 1981 года. Переработка нефти также сократилась. В мае она упала до 1,4 млн баррелей в сутки, еще в апреле показатель составлял 1,5 млн баррелей в сутки, а в феврале — 1,8 баррелей в сутки. Но не только пандемия стала причиной таких показателей. Проблемы у Ирана появились задолго до коронавируса. Речь идет о санкциях США. 

Санкции Вашингтона 

В 2018 году президент США Дональд Трамп восстановил санкции против Ирана, выйдя из ядерного соглашения 2015 года. Оно было заключено между Ираном и шестью мировыми державами — США, Великобританией, Россией, Китаем, Францией и Германией — и вводило ограничения на ядерную программу Ирана в обмен на ослабление режима международных санкций. 

С тех пор экспорт нефти из Ирана оценивается в 100–200 тыс. баррелей в сутки по сравнению с более чем 2,5 млн баррелей в сутки в апреле 2018 года. Новые санкции привели к резкому спаду в экономике Ирана, подтолкнув стоимость его валюты к рекордно низкому уровню, в четыре раза увеличив годовой уровень инфляции, оттеснив иностранных инвесторов и вызвав протесты.

По сравнению с ноябрем 2019 года, падение ВВП Ирана на июль 2020 года составляет 22%, безработица составляет около 37%, инфляция превышает 65%. Государство в настоящее время также имеет дефицит бюджета в размере 80% и отрицательное сальдо торгового баланса в размере 6,5 миллиарда долларов США.

Тем не менее, в конце июля 2020 года Иранская нефтяная инжиниринговая и девелоперская компания (PEDEC) и Petropars Group подписали соглашение о завершении разработки нефтяного месторождения Южный Азадеган, а также о строительстве Центрального очистного экспортного завода (CTEP) на этом месторождении с производительностью 320 тыс. баррелей в сутки. Сделка стоимостью 961 млн долларов плюс около 281,66 млн долларов была подписана управляющим директором PEDEC Тураджем Дехкани и генеральным директором Petropars Хамидрезой Махмуди в присутствии министра нефти Бижана Намдара Зангане. Цель — удвоить добычу на сверхгигантском месторождении. 

Логично, что возникает вопрос: как, учитывая санкции и тяжелое экономическое положение Ирана, он может позволить себе такие проекты? И куда эта нефть будет продаваться?

На эти вопросы единственный вариант ответа — Китай. Экспорт нефти Ирана не был сведен к нулю в значительной степени благодаря постоянной поддержке Пекина.

Существует очень небольшая вероятность, что США в ближайшее время отменят санкции против Ирана. Поэтому Тегеран обратил свой взор в сторону Поднебесной.  

По данным ресурса OilPrice.com, в 2019 году Иран подписал 25-летнее соглашение с Китаем на 18 страницах, не озвученное публично. Договор в том числе включал в себя сотрудничество в нефтегазовой сфере. Согласно тому же источнику, в обмен на получение как минимум 400 млрд долларов от Пекина китайским компаниям будет предоставлена возможность участвовать в любых новых (или незавершенных) нефтяных, газовых и нефтехимических проектах в Иране. 

КНР также сможет закупать нефть, газ и нефтепродуктов с минимальной гарантированной скидкой в ​​12% от скользящей средней цены за последние 6 месяцев для сопоставимых эталонных продуктов плюс еще 6–8% от этого показателя в качестве компенсации с учетом риска. Кроме того, Китай сможет производить оплату в «мягких» валютах, полученных от ведения бизнеса в Африке и странах бывшего Советского Союза. Учитывая соответствующие обменные курсы, Поднебесная может рассчитывать на дополнительную выгоду — от 8 до 12%, что означает общий дисконт в размере около 32% для Китая на все покупки нефти, газа и нефтепродуктов.

Сделка стала достоянием общественности. Последовала резко негативная реакция со стороны США. Китай, в свою очередь, не только находится в разгаре продолжающейся торговой войны с США, но и сталкивается с рядом других проблем. Например, с санкциями США в отношении Китая в связи с нарушениями прав человека в отношении мусульманских меньшинств в Синьцзяне, а также продлением санкций США против ведущей китайской технологической компании Huawei в связи с кибершпионажем и кражей технологий. Сотрудничество в Ираном несет довольно большой риск для Китая, на который он готов идти только в случае абсолютно невероятных скидок и условий, о которых мы говорили выше. 

Полученные от Китая 400 млрд долларов будут инвестированы в банковский, телекоммуникационный, портовый и железнодорожный секторы Ирана, в числе прочих. Страны также будут углублять военное сотрудничество.

Как Китай обходит иранские санкции США

Китай импортирует иранскую нефть через непубличные посреднические структуры, независимые от долларовой международной финансовой системы. Еще одним способом обхода американских санкций для Китая стало хранение ввезенной в страну иранской нефти в режиме таможенного склада, что технически не является импортом.

Со времени введения санкций против Ирана в США не было никаких официальных данных ни об экспорте сырой нефти Ирана, ни о его объемах. Тем не менее компании, отслеживающие международные перевозки нефтяных танкеров, предоставляют четкие доказательства того, что Китай остается преобладающим импортером иранской нефти.

Например, по данным Platts и Bloomberg, Китай покупал в среднем 225 тыс. баррелей нефти и конденсата в день у Ирана во второй половине 2019 года, что составляло 81% от общего иранского экспорта. 

Разумеется, увеличение китайского импорта иранской нефти может спровоцировать неприятную реакцию со стороны администрации Дональда Трампа, особенно если он победит на президентских выборах в США в ноябре.

Пока нефтеперерабатывающие предприятия по всей Азии с осторожностью следят за развитием событий. Некоторые тоже пытаются получить свою выгоду от торговли с Ираном. Одной из таких стран является Индия. 

Индийский подход 

Индия, второй по величине импортер нефти и потребитель нефти в Азии после Китая, также борется за коммерческое присутствие в Иране. Ситуация заодно осложняется и противостоянием Пекина и Нью-Дели, которое периодически выливается в столкновения на границе. 

Южно-азиатский гигант по-прежнему стремится участвовать в разработке иранских нефтяных и газовых ресурсов, заполняя вакуум, созданный после ухода западных компаний. До выхода США из иранского соглашения в 2018 году Индия импортировала до 457 тыс. баррелей каждый день. Но в мае 2019 года закупки прекратились под давлением США. Индия была от этого не в восторге, как, собственно говоря, и Иран, который открыто призывал не слушаться американцев. Например, в сентябре 2019 года чрезвычайный и полномочный посол Ирана в Индии Али Чегини подчеркнул, что Индия должна начать импортировать иранскую нефть «по китайской модели», то есть в обход санкций США, как сообщало иранское информационное агентство Mehr.

Санкционный союз с Венесуэлой

Раздираемая экономическим и политическим кризисом Венесуэла не могла остаться без внимания Ирана. В конце мая 2020 года четыре из пяти иранских нефтяных танкеров, перевозящих топливо в Венесуэлу, прибыли в южноамериканскую страну и пришвартовались в портах, игнорируя санкции США против обеих стран. Пятый танкер прибыл 1 июня. По оценкам Франциско Дж. Мональди, эксперта по венесуэльской нефти в Университете Райса в Хьюстоне, суда перевезли приблизительно 1,5 млн баррелей топлива, что достаточно для снабжения страны от нескольких недель до месяца. 

Также в Венесуэлу стали поступать компоненты для нефтеперерабатывающих заводов. Например, иранские химические катализаторы, необходимые для работы нефтеперерабатывающих заводов. После 22 апреля в латиноамериканской стране приземлилось около 16 самолетов иранской государственной авиакомпании Mahan Air, тоже под санкциями США. Согласно Bloomberg, обратно самолеты вернулись с 9 тоннами золота на сумму более 500 млн долларов в качестве оплаты помощи Ирана.

«Для Ирана Венесуэла интересна с точки зрения не только экономики, но и геополитики, — рассказывает эксперт в сфере энергетики, редактор сайта geopolíticapetrolera.com Мигель Хаймес. — Никто больше не развивает так активно отношения с Венесуэлой в настоящее время. И Каракас этому только рад, он никак не ограничивает страны, которые с ним хотят дружить. Иран — это второй производитель нефти в ОПЕК и четвертый производитель в мире. Он вполне способен сдерживать давление США. Он дружит с Индией и Китаем и продает им нефть. Он обладает необходимыми технологиями, которыми тоже готов делиться, например, с Венесуэлой. Иран напрямую участвует в восстановлении нефтеперерабатывающей промышленности Венесуэлы. У Ирана огромные запасы, у него есть Ормузский пролив, через который проходит 20 млн баррелей нефти в день. В июне Иран доставил в Венесуэлу 1.5 млн баррелей бензина на 4 суднах. Также уже анонсирована поставка еще одного миллиона баррелей бензина. Все это под жутким давлением США. Одно имя «Иран» уже является раздражителем для США, которые всячески и с помощью конфликтов пытаются контролировать рынок нефти. Поэтому Иран ищет новые рынки в условиях, в которых он оказался». 

Курс на возрождение

«Мы не сдадимся ни при каких обстоятельствах … Мы должны наращивать свои мощности, чтобы восстановить свою долю на рынке», — сказал в июле 2020 года министр нефти Ирана Биджан Зангане. 

В том же июле первый вице-президент Ирана Эсхак Джахангири заявил, что Соединенным Штатам не удалось полностью остановить экспорт иранской нефти, несмотря на многочисленные санкции, сообщает агентство IRNA. «США заявили, что экспорт иранской нефти должен сократиться до нуля, но, к счастью, этого не произошло», заявил он. Сегодня Тегерану удается ловко лавировать между санкциями США и непростыми взаимоотношениями Вашингтона с Каракасом и Пекином. Насколько это будет удаваться завтра, зависит во многом от результатов президентских выборов в США.

Михаил Вакилян
Зарубежный корреспондент ИРТТЭК