«Республика химии»

(окончание)

Трудности роста

После триумфального пуска в июне 1932 года Березниковский химический комбинат (БХК) по-настоящему заработал только через год: освоение производства продвигалось с большим трудом. Отметим, что ровно такая же ситуация сложилась и на большинстве других «великих стройках социализма», включая Магнитку, ДнепроГЭС, ЧТЗ, ХТЗ, ГАЗ, «Уралмаш», «Ростсельмаш», Новокузнецкий меткомбинат, «Запорожсталь», Первый шарикоподшипниковый завод, и т.д. Некоторым из гигантов советской индустрии, наспех построенных на голом месте, для того, чтобы «прийти в чувство», потребовалась целая пятилетка.

Как раз к началу нормальной ритмичной работы БХК на комбинат приехал «всесоюзный староста» Михаил Калинин. Принимать у себя «президента» Советского Союза было престижно, но не более того — любезный и общительный Михаил Иванович был фигурой номинально-церемониальной и ничего в стране не решал. Через год состоялся более содержательный визит — на БХК пожаловал народный комиссар (министр) тяжелой промышленности СССР Георгий Орджоникидзе (товарищ Серго), который остался доволен увиденным. Действительно, предприятие набирало обороты: через три месяца после посещения Серго была введена в строй вторая очередь комбината — производство серной кислоты, хлористого бария, бертолетовой соли и анилиновых красителей.

Одновременно с этим произошло еще одно принципиально важное событие, окончательно определившее индустриальный облик Березников и оформившее статус города как «столицы советской химии» — начало строительства калийного предприятия. За 9 лет до этого выдающийся геолог Павел Преображенский (см. материал «Человек эпохи великих геологических открытий») открыл крупнейшее в мире Верхнекамское месторождение калийно-магниевых солей с извлекаемыми запасами руды (сильвинита и карналлита) в астрономическом объеме — 15 млрд тонн.

Калий и нефть

Систематическое геологическое изучение Верхнекамья началось в 1916 году, в разгар Первой Мировой войны, когда профессор Петербургского горного института Генрих Деринг пробурил оценочную скважину в 30 км к северу от Березников, на одном из соляных промыслов Соликамска — старинного города, основанного еще в 15 веке, где, помимо прочего, родилось знаменитое прозвище «Пермяк – соленые уши». В отобранных с разных глубин кернов каменной соли Деринг нашел вкрапления сильвинита — калийсодержащей руды.

Конечно, мощная фигура Генриха Робертовича Деринга требует отдельного рассказа, поскольку он на протяжении почти 40 лет был одним из крупнейших российских и советских специалистов по разведочному и промысловому бурению (в основном, в угольной и нефтяной отраслях). Пока же ограничусь ремаркой о том, что, как видим, и в соляных делах Деринг оказался весьма сведущ.

Находка Деринга привлекла внимание выдающегося ученого — академика Николая Курнакова, создателя физико-химического анализа. Изучив образцы породы, Курнаков в 1918 году поставил перед Геологическим комитетом вопрос о необходимости проведения в Соликамско-Усольской провинции масштабных геологоразведочных и химико-технических работ на предмет обнаружения промышленных запасов сильвинита. Увы, Гражданская война не позволила реализовать этот план, который, впрочем, спустя 7 лет был «реанимирован» Преображенским. 

Собрав «с миру по нитке» (в Геолкоме и трестах «Пермсоль» и «Северохим») необходимые средства, Павел Иванович весной 1925 года заложил в Соликамском районе разведочную скважину №1, в которой спустя полгода на глубине 92 метра был обнаружен сильвинитовый пласт с 11-процентным содержанием оксида калия. Это была промышленная залежь руды с высокой концентрацией полезного продукта.

Учитывая профиль нашего издания, нельзя не отметить, что затем, в 1929 году, ровно 90 лет назад, Преображенский открыл еще и первую промышленную нефть в Прикамье. Это, по сути, стало открытием огромной и богатейшей Волго-Уральской нефтегазоносной провинции. 

После исторических открытий Преображенского нефтяная и химическая отрасли в Прикамье стали расти как на дрожжах. О пермской нефтянке того периода нужно будет рассказать особо, а с химией происходило вот что. В 1930 году в Соликамске был введен в пробную эксплуатацию первый сильвинитовый рудник, а через 4 года руду здесь начали добывать в промышленных масштабах. Объемы добычи росли, но поскольку основные залежи руды находились либо вблизи Березников, либо непосредственно под городом, то основные мощности калийного производства — шахты и обогатительные комплексы — было решено разместить в «Республике химии».

Наука и жизнь

Основным продуктом березниковских калийщиков должен был стать хлористый калий — ценное минеральное удобрение. При этом гигантская сырьевая база калийно-магниевого месторождения и богатый состав руды позволили принять решение о строительстве на территории Верхнекамского горно-химического кластера двух крупных предприятий цветной металлургии — Соликамского и Березниковского магниевых заводов (Березниковский завод впоследствии существенно расширился и стал титано-магниевым комбинатом). 

Соответственно, потребовалась дополнительная рабсила, и она появилась в виде так называемого «кировского потока» — после убийства ленинградского партийного лидера Сергея Кирова 1 декабря 1934 года суды стали штамповать приговоры «врагам народа» по ускоренной процедуре, и лагерное население существенно выросло. Стройки заметно ускорились, но «большевистские темпы» достигались, мягко говоря, экстенсивными методами. «Там, где должны работать два человека, работают шестеро, а качество очень низкое», — сетовал начальник строительства Соликамского магниевого завода. При этом об огромной смертности зеков гражданин начальник умолчал. Ничего не сказал он и об охране труда и технике безопасности — видимо, из-за полного отсутствия оных. Рабочие завода, запущенного в начале 1936 года, работали в противогазах и с ног до головы обмазывали себя солидолом, поскольку с потолка постоянно капала… соляная кислота. Водопровода на заводе не было, умыться было негде.

Тем временем главное предприятие Верхнекамья — химкомбинат — быстрыми темпами приближался к выходу на проектную мощность. В 1935 году молодому предприятию была оказана большая честь — здесь состоялась выездная сессия химического отделения Академии наук СССР с участием таких светил химии и минералогии как Николай Курнаков, Дмитрий Прянишников, Александр Ферсман и Александр Фрумкин. 

Прошлое и настоящее

В 1937 году химкомбинат, как и всю страну, захлестнула кровавая вакханалия сталинского террора. В августе того года по надуманным обвинениям был арестован и вскоре расстрелян директор БХК Михаил Пучков. Вслед за ним на расстрельные полигоны были отправлены еще несколько десятков комбинатовцев — как руководителей, так и рядовых сотрудников предприятия. Кроме того, были казнены и предшественники Пучкова — Михаил Грановский и Евель Бродов, уехавшие из Березников на повышение и возглавившие столичные главки — соответственно, Главжелдорстрой и Главазот. На предприятии началась кадровая чехарда — директора менялись каждый год.

В 1939 году огромный химкомбинат начали разукрупнять — из его состава были выделены трест «Березникихимстрой», анилино-красочный и содовый заводы, а также мощная ТЭЦ. Оставшееся ядро комбината назвали Березниковским азотно-туковым заводом имени К.Е. Ворошилова. Масштабная реорганизация заняла более двух лет.

В годы Великой Отечественной войны все предприятия, ранее входившие в состав химкомбината, наряду с мирной продукцией, выпускали продукцию двойного назначения, использовавшуюся, в основном, для военных нужд — например, хлорбензол и концентрированную азотную кислоту (компонент взрывчатки). Цех карбида кальция был перепрофилирован под выпуск самовоспламеняющейся жидкости (зажигательной смеси) марки КС, которая использовалась для поджога бронетанковой техники противника. В конце 1941 года была запущена смонтированная в кратчайшие сроки установка по производству гидроокиси кобальта — присадки для выплавки особо прочной броневой и оружейно-артиллерийской стали. До 11 тысяч тонн в год были увеличены объемы производства иприта — боевого отравляющего вещества, применять которое в ходе войны, к счастью, не пришлось.

После войны развитие верхнекамского горно-химического кластера продолжилось. Особенно активно развивалось калийное производство — в 1954 году было сформировано мощное рудоуправление (многоствольный рудник плюс обогатительная фабрика), которое затем вместе со вспомогательными службами было преобразовано в производственное объединение «Уралкалий». 

Затем пришел черед и других предприятий — при Никите Хрущеве, питавшем особую симпатию к химической индустрии, были модернизированы все производства бывшего химкомбината. Особенно масштабной и кардинальной была завершившаяся в 1970 году реконструкция азотно-тукового завода — были построены цехи карбамида, нитрит-нитратных солей, слабой азотной кислоты, гранулированной аммиачной селитры и калиевой селитры, а также смонтированы два крупнотоннажных агрегата аммиака. В 1974 производство аммиака было переведено с кокса на природный газ, а завод стал называться производственным объединением «Азот».

В настоящее время все предприятия, ранее входившие в состав БХК, успешно работают. Они входят в разные холдинги, принадлежащие разным владельцам, но все вместе по-прежнему позволяют позиционировать Березники и Верхнекамье в целом как территорию Большой химии.

Григорий Волчек